Сюжеты

День второй. О том, как судья Данилкин сдает экзамен, а прокурор Лахтин его экзаменует

Самое страшное, что картина, как Лахтин, вооружившись карандашом, сверяет по своим бумагам читаемое Данилкиным, уже никого не удивляет…

Этот материал вышел в № 145 от 24 декабря 2010 г.
ЧитатьЧитать номер
Политика

Вера Челищеварепортер, глава отдела судебной информации

28 декабря пошли вторые сутки, как судья Данилкин начал читать приговор. На смену отчаянию и раздражению пришла необыкновенная легкость и пофигизм ко всему. Сработала обратная реакция. Вы демонстрируете нам профанацию правосудия. Мы...

28 декабря пошли вторые сутки, как судья Данилкин начал читать приговор. На смену отчаянию и раздражению пришла необыкновенная легкость и пофигизм ко всему. Сработала обратная реакция. Вы демонстрируете нам профанацию правосудия. Мы отвечаем вам тем же…

У «аквариума», где сидят Ходорковский с Лебедевым, которых признали накануне виновными по всем статьям, – равнодушие. Они уже все поняли, они уже все давно для себя решили, они готовы ко всему. Настрой рабочий, словно сидят не на приговоре, а в обычном рядовом заседании, каких за эти два года по их делу были сотни. Платон решает кроссворды, Ходорковский работает с бумагами, раздает задания адвокатам, пишет, пишет, пишет… Оба иногда прислушиваются к Данилкину. Улавливая тот или иной пассаж судьи улыбаются друг другу – пассаж в точь-в-точь повторяет прокурорский. На мелочи внимания не обращают, им интересно как судья изложит ключевые пассажи бирюковско-каримовского трактата. Излагает также, по-прежнему вместо слова «по данным следствия» вставляет «суд установил»… Например, говорит о том, что ЮКОС – «мама» - лишала свои «дочек» самостоятельности, хотя та лишь создавала для «дочек»управляющие компании – обычная бизнес-практика в крупных холдингах, без которых встанет производство… А Данилкин, как в обвинении – лишала. Платон смеется…

А Данилкин уже спешит к доказательствам «вины» - показаниям свидетелей, «подтверждающим вину» Ходорковского и Лебедева. Показания не разбирает, а дает их в изложении или обвинительного заключения, или в изложении прокуроров. Почему не опирается на источник? А как опираться на расшифровку показаний Грефа и Христенко. Легче прибегнуть к рыбе того же Лахтина, который на следующий день после выступления Грефа и Христенко заявил, что, мол СМИ, даже официальные информагентства, абсолютно неправильно и «тенденциозно» поняли показания свидетелей - на самом деле Греф и Христенко подтвердили вину подсудимых. Как подтвердили и чем? - прокурор тогда не сказал. Не сказал и теперь Данилкин, а просто перечислил фамилии этих чиновников в числе прочих имен, которых занес в список свидетелей, «подтвердивших вину» «аквариума». Вот так. Коротко и ясно.

… Интернет и радио забурлили. Это была топовая новость дня. Но Христенко и Греф себя обиженными не почувствовали – ни вечером того же дня, ни утром следующего ни с каким заявлением по поводу оригинального изменения их показаний не выступили. Впрочем, не выступали и раньше – когда показания видоизменял на 180 градусов прокурор Лахтин… А ведь Греф говорил, что ЮКОС не нарушал закон, когда покупала нефть у своих дочек по ценам ниже Роттердама, а Христенко признался, что ничего не знает о «миллионных» хищениях нефти…

Но ни звука в тот день от высокопоставленных чиновников не последовало. Съели.

Судья вложил в приговор и мнение прокуроров относительно показаний бывших сотрудников ЮКОСа. Получалось, что, все как один, подтвердили вину…

И так опять весь день.

Если накануне только некоторые журналисты сверяли читаемое Данилкиным с имеющимся  у них обвинительным заключением  Генпрокуратуры, то теперь им вооружились все поголовно. Сверяют. Результат тот же: тексты, за исключением незначительных мелочей, идентичны. 

Но как раз за незначительными мелочами и следит прокурор Лахтин. Словно экзаменатор, с карандашом в руках сверяет читаемое Данилкиным с листами, по стопочкам разложенным перед ним на столе. Сверяет по строчкам, по абзацам. Стопочек у прокурора на столе много, по объему все разные… Необходимая в тот или иной момент стопка раскладывается на отдельные листки и работа начинается. Если Данилкин останавливается, останавливается и Лахтин. Если Данилкин начинает читать с нового абзаца, Лахтин нервничает и побыстрее пытается отыскать этот абзац…

И не поймешь, то ли экзаменатору Лахтину не нравится, что студент Данилкин внес в текст свои инициативы (многие вещи в обвинительном заключении обобщил, подчистил, убрал), то ли просто как всякий щепетильный педагог следит за ответом студента…

Но опасаться нечего: серьезных отличий от того, на чем настаивали в суде все два года прокуроры, в «приговоре» нет. Так, оказывается, «суд установил», что подсудимые тщательно распланировали и подготовили условия для заключения «заведомо невыгодных» для нефтедобывающих компаний договоров по купле-продаже нефти и скважинной жидкости, которые совершались и должны были совершаться в будущем. Хотя «аквариум» не раз объяснял судье: эти соглашения одобрялись на общих собраниях акционеров «Юганскнефтегаза», «Самаранефтегаза»и «Томскнефти». И никто из них не протестовал.

А на улице территория вокруг суда и в его окрестностях зачищена под чистую. С раннего утра. Все подъезды к Ростовскому переулку оцеплены ОМОНом и милицией. Проверяют паспорта, документы, словно проводят контроперацию по поимке и уничтожению главы бандформирования. Вдоль дороги автобусы с ОМОНом, спецназом, милицией. Спят. Остальные несут вахту на улице. Ощущение – словно выносят приговор «Чекатиле века», а не людям, обвиняющимся в экономических преступлениях…

Предпринимаются попытки закрыть процесс. Журналистов сквозь оцепление пропускают со скандалом. Ссылаются на начальство, «которое дало команду прессу не пропускать». Какое начальство, почему, на каком основании?... Не пояснялось. Журналистов запускали в суд дозами - по пять человек, затем доступ закрывали – нет мест, хотя места были, о чем сообщали уже пропущенные в суд коллеги. «Отказников» даже близко к дверям не подпускали, всех сгоняли к помойному контейнеру и приказывали «ждать». На морозе, по два-три часа… А приговор вовсю оглашался. Ни пресс-служба Мосгорсуда, ни пресс-служба Хамовников, куда звонили журналисты, не помогала. У кого-то работал автоответчики, кто-то просил подождать. Приставы откровенно издевались, хамили, смеялись, оскорбляли журналистов: «Процесс закрытый! Хаха-ха! Че пришли?! Ха-ха». Чудом прорвавшей сквозь оцепление немногочисленной публике вообще заявлялось: «Вас никто не пустит даже близко». В частности, заявлено это было народной артистке Фатеевой…

В зале суда все также. Приговор выносится так, словно не было и дня судебного разбирательства. Однако ни в коем случае не опускать руки призывают…Ходорковский и Лебедев. Пока Данилкин читает, они распространяют обращение ко всем, кто поддерживает: «Знаем, что вас не пускают в зал, что прекратили трансляцию. Это понятно. Судье стыдно. Но страшно, увы, больше, чем стыдно. Не унывайте, наши общие усилия небесполезны. Власть без закона – табуретка без ножки. И смотрится глупо, и перспектива предсказуема. А нам здесь жить. И нашим детям и внукам. С Новым годом!»

Тем временем Данилкин читает еще быстрее, несется. Почти неслышно. Никаких смысловых акцентов, ничего… Уследить за мыслью невозможно…Журналисты и адвокаты пожимают плечами. Общими усилиями во второй день оглашения «приговора», например, удается понять вот еще что:

«Как установил  суд», Ходорковский и Лебедев «подкупали» акционеров и менеджмент, «которые могли оказать активное сопротивление их преступным планам». «Подкуп был совершен путем выплат незаконных вознаграждений со счетов подконтрольных Ходорковскому и Лебедеву иностранных компаний»… - читал Данилкин.

А пока он так  читал, сигналы SOS посылал российский МИД. Читаемое Виктором Николаевичем здесь было не причем. Ведомство на Смоленской площади билу тревогу из-за западных коллег, которые, оказывается, своими заявлениями об избирательности закона давят на российский суд.

- В связи с заявлениями, прозвучавшими в Вашингтоне и ряде столиц Евросоюза по поводу процесса над Михаилом Ходорковским и Платоном Лебедевым, хотели бы в очередной раз подчеркнуть, что данный вопрос относится к компетенции судебной системы Российской Федерации, - заявлял МИД. - Попытки оказывать давление на суд неприемлемы…

Почему такую обеспокоенность ведомство не проявило после известного телемоста премьера Путина с народом – осталось загадкой…

А судебная система Российской Федерации в лице судьи Данилкина опять до самого вечера читала доказательства вины. И опять  «вину» Ходорковского и Лебедева подтверждали абсолютно все – как рядовые сотрудники, начиная с курьеров, так и вышестоящее звено и госчиновники…

Прокурор Лахтин все так же тщательно следил, то ли судья читает. Вроде, претензий  не имел…

P.S. Заслушав окончательный вердикт судьи Данилкина, защита и подсудимые планируют обратиться к президенту Медведеву и международному сообществу с открытым письмом. Речь пойдет в том числе и о последних событиях в суде…

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera