Сюжеты

Адвокаты напали на присяжных

На процессе об убийстве Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой защита подсудимых пытается утопить суд в скандалах и мелочах

Этот материал вышел в № 23 от 4 марта 2011 года
ЧитатьЧитать номер
Политика

Вера Челищеварепортер, глава отдела судебной информации

1 марта. День пятый Сценарий в Мосгорсуде на процессе по делу об убийстве Стаса Маркелова и Анастасии Бабуровой — все тот же. Адвокаты подсудимых в присутствии присяжных заседателей целыми днями заводят споры вокруг незначительных...

1 марта. День пятый

Сценарий в Мосгорсуде на процессе по делу об убийстве Стаса Маркелова и Анастасии Бабуровой — все тот же. Адвокаты подсудимых в присутствии присяжных заседателей целыми днями заводят споры вокруг незначительных процессуальных моментов («почему с нас берут подписки о явке на заседание?»), закидывают суд возражениями на его действия и ругаются с присяжными...

«Помолчите». Это адресовано судье. Причем сказавший это адвокат Коротков-Гуляев с места не встает. Председательствующий Александр Замашнюк сдержан, просто делает очередное предупреждение и обещает: «Еще одно — и будут санкции, учтите».

Итог: из-за скандалов присяжные не выходят в зал более полутора часов.

— Задача — сорвать процесс и добиться роспуска коллегии присяжных, — прямо говорит адвокатам судья. И словно в качестве доказательств сказанного берет в руки записку, демонстрирует и поясняет: — Поступило сообщение от присяжных — адвокат Коротков-Гуляев накануне зачем-то направил в их сторону мобильный телефон и держал его так продолжительное время. Максим Юрьевич, как вы объясните это?

— Что? — Коротков-Гуляев заметно суетится. Достает из сумки мобильный, показывает. — Вот мой телефон. Вот, самый простой… Без всякого оборудования — диктофона и видео.

— Вчера у вас был другой мобильный! — подмечает судья.

Наконец выходят присяжные. Как только прокурор анонсирует, что сегодня свидетели — журналисты, в том числе и представители «Новой газеты», по рядам адвокатов прокатывается возмущение. «Они не являются очевидцами», «их допрос прокуратуре необходим, чтобы вызвать у присяжных предубеждение к подсудимым»… Хасис напоминает, что с «Новой» она судилась из-за публикаций, но ее адвокаты забывают добавить, что иск проиграла с треском.

— Начинаем допрос, — постановил судья.

Показания — о мотиве преступления, который связан с антифашистской и профессиональной деятельностью Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой. Свидетель Литинский особое внимание уделяет процессу об убийстве антифашиста Рюхина, на котором представителем семьи погибшего выступал Маркелов:

— Во многом благодаря усилиям Маркелова были задержаны причастные к этому убийству неонацисты. — О причастности к этому убийству Тихонова Маркелов, по словам свидетеля, говорил публично.

Адвокаты и подсудимые допрос Литинского пытались свести к тому, что мотивов для убийства Маркелова и Бабуровой была масса, а мотив идеологической ненависти и вражды стоит в этой очереди чуть ли не самым последним. «От Чечни до Благовещенска», — говорили адвокаты, перебирая дела, которые в качестве адвоката вел в свое время Маркелов. И обвиняли свидетеля в том, что он о них «умалчивает». 

Затем свидетелем выступил зам главного редактора «Новой газеты» Сергей Соколов. Рассказал, что через несколько дней после убийства Стаса на электронный ящик «Новой газеты» пришло сообщение: «19 января в центре Москвы были уничтожены одиозные враги русской нации Станислав Маркелов и Анастасия Бабурова. Данная акция является нашими последними предупреждениями всем антирусским правозащитникам, журналистам, антифашистам, ментам и чиновникам. Отныне никто из врагов русской нации не находится в безопасности». Подписано: «Боевая организация русских националистов — БОРН».

Вспомнил свидетель и том, что Станислав Маркелов называл в беседе с ним фамилию Тихонова — в связи с убийством антифашиста Рюхина: «Маркелов очень радовался и гордился, что смог заставить правоохранительные органы объявить Тихонова в федеральный розыск». Зашла речь и о Хасис, которая активно участвовала в деятельности организации «Русский вердикт», которая материально поддерживает осужденных неонацистов. Организация позиционирует себя как правозащитная, однако недавно один из этих «правозащитников» был осужден за убийство, совершенное в день проведения «Русского марша».

Следующий на трибуну — журналист телеканала «Дождь» Илья Васюнин. Речь идет о Хасис. Ее Васюнин не раз видел на процессе по делу об убийстве Рюхина. Он освещал процесс в качестве журналиста. Она сидела с родственниками и друзьями обвиняемых. Что касается Тихонова, то и этот свидетель подтвердил: Маркелов упоминал его фамилию как одного из причастных к убийству Рюхина и добивался того, чтобы он оказался на скамье подсудимых. При этих словах Тихонов поднимается с места и в который раз дает понять, что претензий к Маркелову у него не было.

— А это Маркелов или следствие объявило меня в розыск? — спрашивает у Васюнина.

— Следствие.

— Благодарю. У меня нет больше вопросов, — и подсудимый опять бросает выразительный взгляд на присяжных*.

2 марта. День шестой

Свидетелем выступает журналист Илья Донских. Как и допрошенные днем ранее, он рассказывает о деятельности Маркелова, который «был буфером между антифашистами и правоохранительными органами, передавал следствию информацию о фашистах, собранную антифа». Донских подчеркивал: Маркелов был главным врагом националистов. Яркий пример — адвокат являлся основной мишенью в интернет-«забаве» «Русская игра»: чтобы обеспечить себе «карьерный рост» в движении, наци должен был пройти несколько уровней — после убийства «таджикского дворника» нужно было перейти к расправе над милиционером, представителем власти, а высшим достижением составители программы считали убийство Маркелова.

Тихонов, а вместе с ним и Хасис долго интересовались у свидетеля, чем же они противоправным занимались — он в издании «Русский образ», Хасис — будучи волонтером «Русского вердикта». Донских отвечал: чем противоправным они занимались, он не знает, но то, что и издание, и организация националистические, — факт.

Тихонов принялся отрицать свою причастность к написанию публикаций, имеющих националистический характер. Хасис же упорно называла «Русский вердикт» организацией исключительно «правозащитной».

— Женя в этой организации помогала заключенным, готовила им передачи, писала письма, передавала деньги, — говорил о Хасис Тихонов.

— А что это были за заключенные? — зачитал переданный присяжными вопрос судья. До этого, надо сказать, в своих показаниях свидетели упомянули, что адресатами помощи были осужденные за тяжкие преступления националисты.

— Это были совершенно разные заключенные, — ответил Тихонов. — «Русский вердикт» вообще помогал всем, даже ветеранам.

Следующий вопрос присяжных: а откуда у этой организации были деньги на «достойную жизнь заключенным»? Оказалось, Хасис «специально продала квартиру, чтобы делать милосердие».

— Является ли милосердной деятельность по продаже оружия и боеприпасов? — задал свой вопрос и судья.

— Хасис и «Русский вердикт» к продаже оружия не причастны. Я причастен и готов нести за это ответственность.

— А Хасис брала в руки оружие?  — спросили Тихонова.

— Да. Я ей показывал, как снаряжать магазин, там очень тугая пружина была... — впрочем, Тихонов, поняв, что «подвел» Хасис своим ответом под 222-ю статью УК, оговорился, что это был не браунинг, из которого, как считает следствие, были убиты Маркелов и Бабурова.

Вскоре возник скандал — защита обвиняемых сообщила, что стала свидетелем общения прокуроров со старшиной присяжных. Прокуроры отрицали факт беседы, старшина присяжных — тоже. Адвокаты настаивали, что разговор был, настаивал даже не присутствовавший на процессе в момент «разговора» Коротков-Гуляев, о чем ему не преминул заметить сам присяжный.

— Ты посмотри, еще огрызается! — возмутился Коротков-Гуляев. Судья в итоге присяжного в процессе оставил.

Выступил свидетель обвинения Иван Великанов, хозяин квартиры, которую снимали Тихонов и Хасис. По его словам, 25 октября 2009 года, в тот же день, когда он оформил договор аренды с Тихоновым, который, правда, показал паспорт на имя Тарасова, на него вышли сотрудники правоохранительных органов и предупредили, что в его квартире будут жить люди, подозреваемые в совершении преступления. Было обговорено, что Великанов будет помогать оперативникам. Утром 3 ноября 2009 года свидетелю снова позвонили и попросили приехать на его квартиру — присутствовать при обыске.

— Были обнаружили патроны, гранаты, автомат, большая сумма денег в рублях, — рассказывал свидетель, добавляя, что когда дверь в квартиру была открыта, Хасис стояла в коридоре и была одета, у Тихонова при себе обнаружили пистолет, а в рюкзаке — автомат.

— Юноше оперативники что-то предъявили, зачитали (санкцию на обыск. — Прим. ред.), потом юноша куда-то рукой полез, что ли… после чего его положили на пол и надели наручники.

Это уже пятый свидетель (после осуществлявших задержание двух сотрудников ФСБ, понятой и следователя), который опровергает заявления защиты, что Тихонова задержали у метро, а Хасис была в ночной сорочке и спала, когда в квартиру ворвались оперативники.

Под конец заседания защита попросила суд признать показания некоторых свидетелей из числа журналистов недопустимыми доказательствами, так как те не всегда называли источники своей осведомленности.

— Эти ярые антифа ссылались на какой-то закон о СМИ, который лично мне не известен, — отметил адвокат Жучков. В зале послышался смех.

*По делу об убийстве Рюхина были в итоге осуждены три человека, обвинения с Тихонова сняты, в розыске находится один предполагаемый участник убийства.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera