Сюжеты

Кажется, приехали…

Неприязнь к приезжим объединила большинство россиян. 56% допускают возможность массовых кровопролитных столкновений на национальной почве

Этот материал вышел в № 34 от 1 апреля 2011 года
ЧитатьЧитать номер
Политика

Двадцатилетние блуждания в поисках национальной идеи, которые на данный момент привели к чему-то вроде «вставшая с колен великая Россия за все хорошее и против всего плохого», могут получить неожиданный для их инициаторов поворот. Как...

Двадцатилетние блуждания в поисках национальной идеи, которые на данный момент привели к чему-то вроде «вставшая с колен великая Россия за все хорошее и против всего плохого», могут получить неожиданный для их инициаторов поворот. Как показывают последние исследования Левада-центра, сегодня подавляющее большинство россиян (68%) объединяет простая и доступная почти каждому мысль: «Правительство должно ограничить приток приезжих».

Какие нервные лица,
Быть беде.
               Борис Гребенщиков


Противоположную точку зрения «не ставить на пути потока приезжих административных барьеров и пытаться использовать его во благо России» разделяют 24% респондентов — почти вдвое меньше, чем 10 лет назад. Показательно, что примерно такое же соотношение голосов за и против привлечения мигрантов зафиксировал в феврале и фонд «Общественное мнение» (ФОМ): 63% против 21%.

По данным Левада-центра, к весне 2011 года доля сторонников сокращения экспансии с окраин бывшей империи в центральную Россию достигла максимума за десятилетие. Не намного меньше оказалось и тех, кто в той или иной форме поддерживает идею «Россия — для русских» (58%). Последний раз она была настолько популярна в обществе ровно 10 лет назад, в 2001 году. Так что эту совершенную в своем роде кольцевую композицию можно считать одним из главных итогов жизнедеятельности политической системы имени Владимира Путина, сотворенной как раз на рубеже тысячелетий.

Сильнее всего ксенофобские и националистические настроения распространены в некогда оплоте демократической революции Москве. Прошлогодние события на Манежной площади показали, что столица беременна погромом. Причем подтверждается это настроениями москвичей в целом, а не только злобными происками «деструктивных сил» в лице политических радикалов, юных маргиналов и прочих «раскачивающих лодку» товарищей.

Потому что главными чувствами, которые испытывают жители Москвы по отношению к представителям «неславянских национальностей», являются раздражение, подозрение и страх. Их предъявили социологам 63% опрошенных. Еще 27% москвичей никаких эмоций у себя по этому поводу не обнаружили и лишь 6% оказались воистину толерантны, заявив, что сочувствуют приезжим или даже жалеют их.

Притом что ксенофобия распространена крайне неравномерно (в наибольшей степени присутствует в крупных городах, а, скажем, на селе ее практически нет), настроения по стране в целом оптимизма тоже не внушают. Так, в ноябре 2009 года возможность массовых кровопролитных столкновений на национальной почве в России допускали только 23% граждан. К началу 2011 года доля встревоженных россиян выросла более чем вдвое — до 56%. Еще сильнее эскалация тревоги проявилась в ответе на вопрос о возможности межнационального кровопролития не вообще в России, а в конкретном месте проживания респондентов: с 10% в 2009-м до 30% сегодня.

Основной причиной роста националистических настроений участники исследований Левада-центра называют «вызывающее поведение представителей национальных меньшинств». На втором месте идут «плохие условия жизни в России», на третьем — «национальные предрассудки русского населения». Однако сами социологи интерпретируют полученные ими результаты несколько иначе.

— Массовая антипатия к приезжим связана не столько с вызывающим поведением на самом деле очень небольшой группы из них (в основном это «золотая» кавказская молодежь), сколько с неуверенностью большинства населения в жизни, — считает директор Левада-центра Лев ГУДКОВ. — Вообще ксенофобия — это попытка поддержать свою уверенность, идентичность за счет переноса собственных страхов и комплексов на чужих, когда им приписываются все те негативные качества, которые отрицаются в себе: зависть, жадность, наглость, корысть, хамство и т.д.

Но это скорее академическое объяснение с точки зрения социальной психологии. Что же касается более близкой всем социальной реальности, то, по словам Гудкова, рост националистических настроений в России сегодня питают три основных фактора. Во-первых, приводящий в отчаяние все более широкие слои населения неукротимый, несмотря на все правительственные заклинания, рост цен. Во-вторых, никуда не исчезнувший со времени начала экономического кризиса 2008 года страх потери работы. В-третьих, нарастающая в преддверии президентских выборов 2012 года неуверенность в политическом будущем, которая характерна для наиболее образованных и успешных слоев населения — тех, кому есть что терять. Все эти три разные, но глобальные неприятности проще пережить, если перевести стрелки на чужих, «понаехавших врагов, которые мешают нам жить».

Точно так же и лозунг «Россия — для русских» для разных слоев населения означает разное.

— Если для верхов он формулируется прежде всего как доминирование русской культуры на фоне других культур, — говорит Гудков, — то для средних и малообеспеченных слоев речь идет о защите от экспансии приезжих на бытовом уровне, о том, что русские должны обладать привилегиями по отношению к ним в образовании, здравоохранении, обеспечении безопасности. Иными словами, речь идет о запросе на этносословную иерархию, при которой права доминирующего этноса должны быть защищены государством в наибольшей степени.

Пока что государство ответило на этот запрос призывом к формированию непонятной подавляющему большинству населения российской нации, посиделками Путина с футбольными фанатами после погрома на Манежке и запретом ДПНИ. О сколько-нибудь осмысленной национальной политике речь по-прежнему не идет. Между тем если этносословный запрос действительно оформится в национальную идею («оформители» из числа национал-патриотов уже активно предлагают свои услуги), то она станет самоубийственной. Потому что никакого другого источника для хотя бы стабилизации численности населения, кроме миграции, не существует. По данным Института демографии, чтобы просто сохранить население на прежнем уровне, половина семей с детьми должна иметь 2 детей, а оставшаяся половина — 3 детей. Для сегодняшней России это фантастика.


Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera