Сюжеты

«Страсбург» — «Византия»: делайте ставки, господа!

Арбитром в схватке прокуроров и следователей должен быть не президент, а Закон

Этот материал вышел в № 35 от 4 апреля 2011 года
ЧитатьЧитать номер
Политика

Леонид Никитинскийобозреватель, член СПЧ

Редколлегия «Новой» попросила меня как обозревателя по вопросам права осветить борьбу Следственного комитета и Генпрокуратуры, глав которых развел по углам ринга (по состоянию на прошлую субботу) президент. Я в затруднении, так как к...

Редколлегия «Новой» попросила меня как обозревателя по вопросам права осветить борьбу Следственного комитета и Генпрокуратуры, глав которых развел по углам ринга (по состоянию на прошлую субботу) президент. Я в затруднении, так как к закону это не имеет отношения, но все же мы попытаемся осмыслить весь процесс в терминах правил, то есть как бы права.

В замечательном документальном фильме «Океаны» есть сцена битвы двух полчищ каких-то подводных пауков. Вот они шустро бегут членистыми ногами по дну моря, вот сошлись стенка на стенку — и понеслось. Миг спустя, кроме самого факта жестокой драки, ничего не понятно: кто сверху, кто внизу кучи на дне, как они вообще различают друг друга, — с человеческой точки зрения, все эти существа совершенно одинаковы. Интересно, но недолго: смысла и правил мы не понимаем. Да и не важно, они же вон где: на дне, а мы сами (по сравнению с ними), считай, что на небе, — и что нам до них?

Таково же наше не лишенное брезгливости отношение к схватке следователей с прокурорами. Но оно не совсем правильно. От ее исхода, на самом деле, будут в ту или иную сторону зависеть и ставки ЖКХ, и цены на продукты, в которые пока по определению заложен коррупционный «налог». Поэтому наблюдать нужно, но болеть за ту или иную сторону просто не получится: в отличие от морских пауков, эти участники даже сами не всегда понимают, кто из них кто.

Возможности нашего наблюдения можно сравнить с трансляцией некоего матча по телевизору: оператор может просто не уследить и показать нам не тот участок поля, где сейчас происходят наиболее важные события, он может сделать это и намеренно, а может не доставать куда-то по определению сам. Мы в курсе, что в четверг вечером президент Медведев говорил в Горках с Бастрыкиным и Чайкой, но не знаем, говорил ли перед этим кто-то с ним самим и о чем.

Этот матч, которым мы увлеклись, не единственный, в то же самое время и где-то рядом идет другой, там бьются команды как бы МВД и ФСБ, но игроки могут перебегать из одной в другую, не меняя цвет маек. Вопрос переназначения или отстранения от власти верхушки ДЭБ МВД или управления «М» ФСБ гораздо важнее (с точки зрения коррупционного налога, во всяком случае), чем судьба сына Чайки, но это тесно связано, а уследить за всем мы не можем, да и они сами, скорее всего, тоже. А что это было: преферанс или «очко» — нам объявят не раньше, чем тузы и короли уже исчезнут из колоды.

Правил в этой игре фактически не существует: они вроде бы и записаны даже как «закон», но могут, когда надо, действовать, а когда надо —  не применяться. Так, дав Бастрыкину понять (если верить источникам «Коммерсанта»), что допрос сына Чайки — это как бы удар ниже пояса, Медведев отменяет Уголовно-процессуальный кодекс в отношении этого свидетеля. Но президент ли в этом матче законодатель и судья? От этого зависит сила и продолжительность действия его табу.

Мячиков в игре сразу много, и, как когда-то говорил один акционер «Новой», их «нам подбрасывают». Серпуховской мэр Шестун, ставший сейчас едва ли не главным пасующим вроде бы «команды Бастрыкина», рассказал в «Новой» о никому не ведомом тогда Иване Назарове и о подмосковных прокурорах весной прошлого года, но тогда этот мячик не был засчитан. Дорога ложка к обеду, но это не наш обед и даже не Шестуна, мы тут «ложка». Впрочем, Медведев как будто бы сказал, что ею с пятницы разрешается есть только постное.

Команда «Б», выходит, залепила в штангу, но может оказаться, что так даже лучше. Ворота-то потом можно и передвинуть, и сказать, что это как раз был гол. Мы же не знаем, что тут считается голом, нам рассказывают, что цель игры — это борьба с коррупцией, но мы-то уже догадались, что это сама коррупция и есть.

То есть мы тут поняли только то, что ничего не поняли, но зато поняли, что руководство страны тоже только делает вид, что понимает. По первоначальному смыслу «коррупция» — это порча. Дело даже не в деньгах, вопрос справедливости всегда является основным, но он из другой оперы. Тут нельзя выстроить иерархию управления, не говоря уж про мифическую «вертикаль власти», и все идет вразнос.

Нам бы хотелось плюнуть и сказать: «Пусть они пожрут друг друга, паразиты и кровопийцы», — но это было бы слишком легкомысленно. Безоговорочная победа любой из команд может привести к монополизации рынка и росту коррупционного налога, не говоря уж о том, что вот-вот рухнет (вместе с нами) и весь стадион.

Из пассивных зрителей мы должны стать активными участниками этой «игры», то есть гражданами государства, требующими: «Правила — в студию! Законы (при всех их издержках и недостатке гибкости) — в студию! И понятный, независимый ни от кого суд». Надо осмыслить весь процесс только как борьбу между двумя моделями развития: прозрачной «западной» и непрозрачной «восточной». Конечно, это не исчерпывает всего содержания картины, но только такой взгляд позволяет придать ей какой-то смысл.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera