Сюжеты

Вызову бригаду уборщиков. Чтоб духу КГБшного в моем доме совсем не осталось

Ирина Халип — после объявления приговора: о том, зачем ее держали под домашним арестом, почему журналистика — самая лучшая в мире профессия, и что она сделает, выйдя на свободу

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 52 от 18 мая 2011 года
ЧитатьЧитать номер
Политика

Ирина ХалипСоб. корр. по Белоруссии

Все эти месяцы я старалась понять, почему меня сначала держали в СИЗО, а потом под домашним арестом? Зачем держать под замком женщину с ребенком? Но после заявления моего мужа, которое он сделал в суде, о том, что ему угрожали моей и...

Все эти месяцы я старалась понять, почему меня сначала держали в СИЗО, а потом под домашним арестом? Зачем держать под замком женщину с ребенком? Но после заявления моего мужа, которое он сделал в суде, о том, что ему угрожали моей и Данькиной жизнью, я поняла: меня просто держали заложницей. И мужу говорили: твоя жена и ребенок в наших руках. В запертой квартире, под надзором, без связи с миром.

Мы и сейчас остаемся заложниками. Отсрочка исполнения приговора означает, что через два года меня будут судить снова. И будут определять: можно ли сказать, что я встала на путь исправления? Можно ли отныне назвать меня законопослушным человеком? Но кто в нашей стране может назвать оппозиционного журналиста законопослушным?!

Я хочу сказать большое спасибо моим коллегам, которые все это время помогали моей семье, поддерживали нас добрым словом. Моим родителям, которым пришлось вынести столько, сколько не каждому доведется. Единственное, что меня раздражало в тюрьме, это когда мои сокамерницы начинали рассуждать, что Бог не дает испытаний больше, чем человек может перенести. Чушь собачья. Моей маме, моему папе и моему сыну Бог дал гораздо больше испытаний, чем человек может вынести. Не мне, а именно им.

Я рада, что мы все держались достойно. Я очень горжусь своим мужем и считаю его национальным героем. Вчера мне передали слова большого друга нашей семьи Павла Демеша (словацкого эксперта по Беларуси, бывшего главу МИДа. — Ред.), который сказал: «Вацлав Гавел получил четыре года и стал президентом». Так что избирательная кампания Андрея Санникова, можно сказать, продолжается.

Мой муж для власти — как Луис Корвалан, он не будет отбывать свой срок до конца, его используют, чтобы обменять на жратву и кредиты.

И спасибо вам, коллеги. Когда я сидела в тюрьме, меня пару раз вызывал начальник СИЗО и говорил: «Я не понимаю, почему про вас пишут больше, чем про кандидатов?» А я объясняла: «Это потому, что у нас есть корпоративная солидарность. Если где-то сажают журналиста, то его коллеги будут кричать об этом на весь мир и, чтобы его освободить, сделают больше, чем любые правительства, любые правозащитные организации. А у вас не так?» На что мне сказали: «Ну что вы, у нас в КГБ если кто-нибудь сидел — все забывают, что были с ним знакомы». Так что, коллеги, у нас самая замечательная в мире профессия.

Что я собираюсь сделать, когда попаду домой? Первое — написать письмо своему мужу. Пять месяцев я не имела возможности даже писать ему. Нас с мужем просто разделили, похоже, навечно. Я уверена, что и приговор назначили на сегодня только для того, чтобы в субботу я не смогла попасть на оглашение приговора своему мужу и увидеть его хоть раз.

Второе — сменить замки в квартире, поскольку за эти пять месяцев ключи от моей квартиры переходили из рук в руки, как станица в Гражданскую войну.

Третье — вызвать профессиональную бригаду уборщиков, химчистку, дезинфекцию, дезактивацию. Три с половиной месяца по моей квартире шлялись дядьки в красно- зеленых штанах. Я хочу, чтобы и духу кагэбэшного в моем доме не осталось.

И только после этого я буду, естественно, обжаловать приговор.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera