Сюжеты

Жюри ММКФ под руководством бразильского режиссера Эктора Бабенко назвало победителей

О предпочтениях можно спорить, но выбор судейства логичен

Этот материал вышел в № 73 от 4 июля 2012
ЧитатьЧитать номер
Культура

Лариса Малюковаобозреватель «Новой»

 

О предпочтениях можно спорить, но выбор судейства логичен...

Конкурсная программа 34-го ММКФ выглядела сносно. Без прорывных фильмов – ну, а где их взять, если по словам программного директора Кирилла Разлогова, лучшее уходит если не в Канны, то в Венецию. Если не в Венецию, то в Рим, если не в Рим, то в Карловы Вары. Продюсеры действительно держат свои картины на так называемом листе ожидания, выбирая журавля в небе в виде крупных иностранных смотров, нежели московскую  синицу в руках. При этом отборщикам удалось собрать коллекцию фильмов (за исключением пары провальных работ), пусть не поражающую воображение – как Канны, но и не уступающую «Берлинале», который сегодня переживает ощутимый кризис.

«Отбросы» режиссера Тиндж Кришнан – приличная британская картина, хотя и с «непрожаренным» сценарием. Премьера фильма прошла в Великобритании еще прошлой осенью. В Москве этот кипящий живой эмоцией фильм назван лучшим, как и блестящий актер Эдди Марсан, сыгравший главную роль. Переживший чудовищную драму (из-за его ошибки застрелили безоружную женщину) отставной солдат Фрэнк, лечится от посттравматического шока с помощью алкоголя. Его кухня буквально заставлена шкаликами, но «лечение» не помогает. Он впускает в свою квартиру бездомного подростка - мулатку Люнетт. И тем самым, заводит невидимый механизм сокрушительных событий – в частности запущенную квартиру Фрэнка дружок Люнетт превращает в бандитский притон. Но именно это «личное землетрясение» переворачивает жизнь героя с…головы на ноги. Это история непостижимой и невозможной дружбы, бросающей людей на «дно» и дающей им спасительную соломинку…

Приз  за лучшую режиссерскую работу получил Андрей Прошкин. О его картине «Орда» по сценарию Юрия Арабова «Новая» рассказывала (http://www.novayagazeta.ru/arts/53242.html). Роза Хайруллина, сыгравшая ослепшую от грехов ханшу, работу которой трудно было не заметить, названа лучшей актрисой. Роза – опытный профессионал, прошла школу провинциального театра (последнее время работает у Табакова), и в кино она снималась. Но именно работа в «Орде» стала открытием актрисы крупной пробы.

Критика международная (ФИПРЕССИ) и российская - не сговариваясь, выбрала итальянский фильм «Все копы – ублюдки»
или «A.C.A.B» ( слоган скинхэдов из 1970-ых, постепенно стал популярным в европейской городской среде). Фильм Стефано Соллима снят по мотивам одноименного романа. Заметим, кино с показательной регулярностью обращается к теме жестокости итальянской полиции, хотя фильмы на схожую тему можно снимать и в США, во Франции, России. Соллима пытается понять истоки безжалостности копов. Три обаятельных и даже вполне человечных «ублюдка» из высокооплачиваемого отделения полиции: Кобра, Неро и Мадзинга. Они всего лишь пытаются разгрести дерьмо, которое вот-вот накроет еще вчера благополучное общество с головой. Но война каждого из них идет на два фронта. На внешнем они противостоят скинхедам, нелегальным эмигрантам, наркоманам, больным на голову болельщикам. И прочим беспредельщикам. Но у каждого есть еще и второй фронт, внутренний: у одного в скины  записался собственный сын – того и гляди зарежет родного папу, у другого привезенная с Кубы жена запрещает видеться с дочерью, у третьего мать выселяют из аварийного дома, а в новую квартиру уже вселились румынские нелегалы… Стрелки и мишени меняются местами, на насилие отвечают насилием, зверство проникает в кровь. В общем, на войне как на войне.  Власть вместо того, чтобы решать социальные проблемы – вооружает полицейских дубинками, превращает их тела в плотину перед неостановимым потопом звереющих от собственного бессилия людских толп.

Приз газеты «Коммерсант» получила «Последняя сказка Риты» - независимый проект, снятый Ренатой Литвиной и ее сопродюсером Земфирой на собственные деньги. Это такая специальная очень литвиновская сказка. В одном черном-черном городе, вроде Москвы жили-были, а точней «не жили, но были» три женщины. Точней, три состояния души одной женщины. Ищущая любви Таня Неубивко, Любовь – Маргарита Готье и Разочарованная Надежда.

Мифологическое эфирное создание Таня Неубивко, разыгранная на экране самой Литвиновой, выплыла  из муратовских «Увлечений, к которым юная Рената и сочинила свою медсестру из морга с ее болезненной подругой Ритой Готье.

Неубивко – вероломно нездешняя красавица смерть. То есть живая, но относительно, хотя регулярно и посещает все клинические летучки. Слушает как замороженным голосом доктор Алисы Хазановой докладывает, сколько пациентов умерло за ночь. Смерть Неубивке к лицу. И когда она вся в черном, блескучем, нарядном с пушистой  белой накидкой – в обшарпанной больничной тумбочки всегда найдется корона для смертельно красивой королевы.  К лицу и наглаженный белый халатик - днем Таня Неубивко присматривает себе в ветхом больничном корпусе «души» – не всякие, только способные любить.  Да и сама Таня, какая-то неустроенная, ищет во всех встречных проходимцах большую и нетленную любовь, потому что влюбляется неотвратимо.

Ее подруга Рита Готье (Ольга Кузина) приходит в чем-то красном салонном в затрапезную больницу – проверить здоровье перед свадьбой. Она и есть  любящая душа, поэтому за ней в палату заглянет зима и заберет ее. Готье из трех подруг, единственно любимая и любящая (ее жениха блестяще сыграл режиссер Николай Хомерики). Потому обреченная. Можно сказать, обрученная со смертью.

Друбич играет «тотальную потерю». Доктор Надя тонет в депрессии,  «вся такая рассыпчатая», и к больным ее не отправить. И выпивает. Ее Надя – родственница разуверившейся Офелии из муратовских «Трех историй». Помните: «Я не люблю мужчин, я не люблю женщин, я не люблю детей. Вообще, этой планете я бы поставила «ноль»?

Окна полуразрушенной клиники замурованы, иначе стены развалятся. Рядом кафе «Запределье», в котором три прекрасные неместные дивы празднично проводят  время. Что-то вроде девичника накануне… похорон. Впрочем и в самой аварийной клинике все девушки  ярко накрашенные, некоторые медсестры с жемчугами в длинных косах. Во всех скетчах, снах и словно глотнувшей ледяного шампанского и поперхнувшейся реальности – виден выраженный литвиновский стиль. В нем родительские черты Киры Муратовой и Рустама Хамдамова – выморочный абсурд, ломкость, внутренняя свобода и смех. Сказка Литвиновой (картина производит более целостное и внятное впечатление, нежели ее «Богиня…») – мрачная комедия, по сути стилизованный автопортрет режиссера, озвученный ее же сформулированным девизом «как страшно жить». Таня Неубивко, взлетевшая со своей надрезанной и замотанной бинтиком шеей над трухлявой действительностью, рассказывает нам очередную сказку о любви. Высшая точка «полета» - финал.  Под взмывающие над Ленинским проспектом драматические рулады Земфиры, вскидывает руки к небу титановый космонавт Гагарин. И тем самым предотвращает самоубийство жениха безвременно погибшей Риты Готье – ведь жених хотел убить себя, как тот морской офицер из рассказа Тани Неубивко.

Лучший фильм документального конкурса «В поисках Шугармена»

Малика Бенджеллула. Красивая История, которой позавидует любой из сценаристов. Вряд ли вы что-то слышали о фолк-роковом музыканте 1970-х Родригесе.  Его первые альбомы привели в бешенный восторг профессионалов и… провалились в США. Имя было позабыто-позаброшено, судьба неизвестна. Волей случая пиратские записи его альбома попали в Южную Африку, и стали в эпоху апартеида символом молодёжного протестного движения. В Кейптауне его чтут наравне с «Битлз» и Джимом Хендриксом. И вот поклонники «исчезнувшего» рокера пытаются что-то прознать про судьбу «детройского Боба Дилана». А Родригес продолжает спокойно жить в родном Детройте, работает каменщиком на стройках. Но продолжает быть поэтом, музыкантом и философом. Жизнь его состоялась, она наполнена и без многотысячных орущих стадионов.

И наконец, “Марцефаль” Валерия Спирина и Сергея Кальварского – самый неожиданный фильм из программы «Российское кино», вышедший с опозданием почти на 20  лет. Гангстерская комедия по сценарию Константина Мурзенко и Сергея Добротворского. Кино менее навязчивое, но и менее драйвовое, чем балабановские «Жмурки». «Марцефаль» - наркотическая песня про 90-ые. Недавнее  - сгущенное ретро.

Весь фильм - экстатическое кружение вокруг Питера, присыпанное кокаином, укаченное старым американским кадиллаком с номером «Elvis 1». С прекрасной медсестрой – «привет Уме Турман», и конечно же, с трупом в багажнике, который периодически «оклемывается». В общем, Тарантино, но заторможенный, под кайфом неоправданного оптимизма из «Я шагаю по Москве». «Марцефаль» напоминает концерты «Поп-механики» Курехина – соединение несоединимого, «когда “забой”, вклинивается в музыку Гайдна». Молодые Михаил Ефремов и

Федор Бондарчук. Ефремов – модный диджей,  Бондарчук играет наркодиллера Шамиля, то мертвого, то живого. Шамиль - забубенный, гротескный,  в золотом костюме. Уже лысоватый, но еще совершенно свободный Бондарчук – трудно поверить. Строго говоря, «Марцефаль» и фильмом-то назвать нельзя. Скорее это медленное блюз-роковое шоу со швами наружу. Но есть в картине запах и ритм рок-н-ролльного времени. А как говорят герои фильма: «Рок - это когда нервные мужчины поют нежные песни, а вот когда нежные мужчины поют истерично – это попса».

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera