Расследования

Работе не помеха

Пересажав ветеринаров, химиков и бакалейщиков, наркополиция переключилась на новую категорию населения: авторов «неудобных» экспертиз, из-за которых в судах разваливаются весьма сомнительные дела

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 94 от 22 августа 2012
ЧитатьЧитать номер
Политика

Вера Челищеварепортер, глава отдела судебной информации

 

Пересажав ветеринаров, химиков и бакалейщиков, наркополиция переключилась на новую категорию населения: авторов «неудобных» экспертиз, из-за которых в судах разваливаются весьма сомнительные дела

 

Фото из архиваОльге Николаевне Зелениной 55 лет. Более 30 из них посвящено науке. Она — заведующая химико-аналитической лабораторией Пензенского научно-исследовательского института сельского хозяйства, единственного на сегодняшний день в стране научного учреждения, делающего экспертизы по так называемым маковым делам. Зеленина — эксперт в области изучения мака и конопли. Давала свои заключения как по запросам ФСКН, так и по запросам обвиняемых этой структурой кондитеров, булочников и всех, кто имеет связанный с маковой продукцией бизнес. Авторитет, уважение, почетные грамоты от той же ФСКН… Словом, никто не ожидал, что жизнь этого достойнейшего человека так повернется…

За неделю до случившегося врачи рекомендовали ей лечь в больницу: стенокардия. Она попросила госпитализацию отложить: из Москвы приезжала дочь с внуками. Приехали. А 15 августа в 6 утра в квартиру Зелениной нагрянул десант из автоматчиков, ОМОНа и сотрудников ФСКН (пензенской и столичной) во главе с следователем Плиевым. Предъявили бумагу, что Зеленина якобы дала «заведомо ложное экспертное заключение» по одному маковому делу и тем самым «пособничала в покушении на контрабанду наркотиков организованной группой в особо крупном размере». Обыскали всю квартиру, изъяв электронные носители, рабочие документы и… маленькую кружку мака на кухне, предназначавшегося для выпечки.

Из дома женщину забрали в чем была, объявив ей, что она задержана на 48 часов. Сначала увезли в областное управление ФСКН, затем в Москву. При этом дочери и мужу Зелениной даже не сказали, куда ее забрали. О ее местонахождении они не знали сутки, после чего обратились в полицию.

Обыски тем временем проводились и по месту работы — в институте. А в ходе допросов следователи интересовались у Зелениной ее общением с адвокатами обвиняемых по маковым делам, цитировали ее изъятую электронную переписку с ними и давали понять, что она за деньги подгоняла свои заключения под выгодные обвиняемым выводы.

Но, похоже, причина раздражения ФСКН была в другом. Как уже писала «Новая газета» (см. №  92 от 17 августа 2012 г.), экспертные заключения Ольги Зелениной часто опровергали доказательную базу ФСКН, на основе которой выстраивались обвинения в отношении фигурантов уголовных дел — директоров и сотрудников бакалейных лавок, закусочных, кафе, имеющих в своем ассортименте маковую продукцию.

Кондитерский мак всегда содержит в себе сорные примеси в ничтожном количестве — крохотные кусочки коробочек, стеблей, которые, в свою очередь, включены в наркотический первый список, т.е. категорически запрещены к обороту. Однако эти примеси в пищевом маке — неистребимы, хоть ты тресни, и даже ГОСТ допускает их присутствие. Мак в России, кстати говоря, не производят, его импортируют — и он с этими примесями проходит таможню. Но сотрудники ФСКН предъявляют кондитерам и продавцам претензии в том, что они сами подмешивают их в мак и затем продают его.

Дилетантские выкладки экспертов ФСКН Зеленина разносила в клочья не только в своих заключениях, но и выступая в судах по «маковым делам». И к ее помощи прибегали не только обвиняемые кондитеры и их адвокаты, но и многие СМИ, в том числе «Новая газета»: выводы Зелениной всегда основывались на выверенных методиках, конкретных научных данных. Да и Пензенский институт, где трудится Зеленина, — единственный, который профессионально занимается такими экспертизами.

Адвокаты, сотрудничающие с Зелениной, первыми сообщили «Новой газете» о ее задержании. Они предположили сразу, что случившееся — попытка вывести невыгодного ФСКН специалиста из игры и напугать всех — защитников, отстаивающих интересы обвиняемых, а также потенциальных экспертов. Чтобы неповадно было.

В случае с Зелениной ФСКН пока зацепилась лишь за одно дело — «о ввозе крупной партии наркотиков под видом пищевого мака». В прошлом году Ольга Николаевна, изучая дело по просьбе бизнесмена Шилова, пришла к выводу, что в ввозимую Шиловым через Брянскую таможню партию мака специально не подмешивались наркотики (Шилов и еще несколько бизнесменов уже под арестом. Дело в 2010 году закрывали, не сочтя количество найденной сорной примеси в маке достаточным для уголовного преследования, однако затем снова возобновили). Впоследствии в суде следствие и не скрывало досады ФСКН: заключение Зелениной «было направлено на то, чтобы развалить заключение других экспертов ФСКН».

Однако вот что страшнее всего: у Зелениной больное сердце. В ночь после задержания у нее случился приступ стенокардии. Ее даже отправили под конвоем в ГКБ № 40, а затем утром и на весь день — опять увезли на допросы в ФСКН. Как рассказали «Новой» адвокаты Зелениной и ее дочь, допросы велись и в следующую ночь. А 17 августа суд должен был решить вопрос о дальнейшей мере пресечения. В суд приезжала «Скорая»: женщине опять стало плохо с сердцем. Впрочем, резко ухудшающееся состояние здоровья подозреваемой следователей не смутило — они не стали просить суд ограничиться хотя бы подпиской о невыезде или залогом. Не повлиял на них и вмешавшийся в ситуацию уполномоченный по правам человека Владимир Лукин — он выступил с личным поручительством за эксперта. Задержание Зелениной продлили на 72 часа, а суд перенес вопрос об ее аресте на понедельник, 20 августа. Из больницы в тот же день ее отвезли обратно в СИЗО.

ФСКН ничего не комментирует, отсылая СМИ к скупым строчкам на своем сайте, гласящим: эксперт задержана по делу, «связанному с пищевым маком», «проводятся дальнейшие оперативно-следственные мероприятия».

В понедельник Зюзинский суд столицы очень удивился, когда увидел на заседании прессу, и даже пытался ее удалить, забыв о принципе открытости судебной системы.

Заседание шло 8 часов — с 15.00 до 23.00. И опять в суд приезжала «Скорая», диагностировавшая у Зелениной приступ стенокардии, и опять адвокаты приобщали к делу медицинские справки, констатирующие у Зелениной пиелонефрит, ишемическую болезнь сердца и ряд других заболеваний. Показывали рекомендации медиков провести обследование женщины в условиях стационара, документы, свидетельствующие о том, что родственник Зелениной, проживающий в Москве, готов разместить ее у себя дома, чтобы ей удобно было являться на следственные действия. Опять показывали личные поручительства за Зеленину уполномоченного по правам человека Лукина, главы Института прав человека Валентина Гефтера и еще десяток поручительств от ее коллег и знакомых, некоторые из которых сами пришли в суд… И опять ФСКН и лично следователь Александр Плиев настаивали на аресте, говоря, что «профессионализм Зелениной свидетельствует о том, что ее заключения не могли быть даны по заблуждению, а именно что с целью способствовать ввозу наркотических средств», что «есть информация», что «аналогичные заключения Зеленина давала ранее по другим уголовным делам», что «установлено»: на ее банковскую карточку переводились 20 тысяч рублей — «плата» от обвиняемых по делу Шилова; что при обыске на ее рабочем месте найдено множество листов с образцами подписи ее непосредственного руководителя Алексея Смирнова: мол, «тренировалась за него расписываться», а сам Смирнов «удивлен, что Зеленина дала такое заключение». При этом в материалах следствия имеется положительная характеристика за подписью Смирнова в отношении подчиненной, где ничего такого он не говорит… Но характеристику и подлинность подписи Смирнова следователь тоже поставил под сомнение. Как и состояние здоровья обвиняемой.

Прокуратура вслед за следователем тоже потребовала ареста: ведь 55-летняя женщина «может скрыться или повлиять на ход расследования». И судья Зюзинского суда Елена Петрова в двенадцатом часу ночи санкционировала арест Зелениной. В СИЗО она будет находиться до 15 октября.

 

P.S. От Зелениной и ее родных следствие потребовало не разглашать какую-либо информацию. То же самое потребовали и от адвокатов. Однако они молчать отказались.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Благодаря вашей помощи, мы и дальше сможем рассказывать правду о важнейших событиях в стране. Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас. Примите участие в судьбе «Новой газеты».

Становитесь соучастниками!
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera