Сюжеты

Москва никуда не спешит

В начале учебного года появились слухи, что все экстернаты скоро закроют, или — что все они станут платными. Еще весной многие московские школы предложили своим экстернам искать другие учебные заведения. К сентябрю число школ, работающих с экстернами в Москве, внезапно сократилось. В чем дело?

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 113 от 5 октября 2012
ЧитатьЧитать номер
Общество

Ирина ЛукьяноваНовая газета

 

В начале учебного года появились слухи, что все экстернаты скоро закроют, или — что все они станут платными. Еще весной многие московские школы предложили своим экстернам искать другие учебные заведения. К сентябрю число школ, работающих с экстернами в Москве, внезапно сократилось. В чем дело?

ИТАР-ТАСС
 

В начале учебного года появились слухи, что все экстернаты скоро закроют, или — что все они станут платными. Еще весной многие московские школы предложили своим экстернам искать другие учебные заведения. К сентябрю число школ, работающих с экстернами в Москве, внезапно сократилось. В чем дело?

 

Законодательство и реорганизация

В прессе обычно связывают сокращение количества школ, работающих с экстернами, с новым законопроектом об образовании: экстернат не включен в него как форма обучения, в отличие от действующего закона.

«По школам в самом деле ходят слухи, что новый законопроект уничтожает экстернат, но они безосновательны, — говорит Павел Парфентьев, председатель Межрегиональной общественной организации «За права семьи». — В новом законопроекте сохраняются формы семейного обучения и самообразования, а экстернат сохраняется как форма аттестации».

Законопроект об образовании поступил в Госдуму летом и еще не рассматривался даже в первом чтении. Если он будет принят, то в силу он вступит не раньше начала следующего года.

«В действующем Законе об образовании экстернат как форма обучения есть, — говорит Галина Мисютина, директор Центра интенсивных технологий образования. — Есть федеральное положение об экстернате, есть московское положение — словом, нормативная база есть, она действует, и ее никто не отменял. И я считаю, что сохранение экстерната в новом законопроекте именно как формы аттестации, а не обучения — это правильно. Однако для большинства учреждений, работающих с экстернатом, это не основная форма работы, а второстепенная. Когда в Москве начались процессы реорганизации школ, их укрупнения, многим школам стало просто не до экстернатов: им бы разобраться с основными формами обучения. Часть школ объединили с другими школами, еще часть стала сворачивать экстернаты просто потому, что и без них проблем хватает. Кроме того, возникли проблемы с их финансированием».

 

Финансирование

В 2010 году появился Федеральный закон №83, который ввел нормативно-подушевое финансирование. По новым нормам школа получает за экстернат, для которого предусмотрен понижающий коэффициент, очень мало, школам это невыгодно.

Более того, многие школы уверяют (не для печати), что в январе прошлого учебного года финансирование экстернатов вообще внезапно прекратилось, так что оплачивать учительскую работу с экстернами пришлось из других статей бюджета — очного обучения, например. А нецелевые расходы бюджетных средств — это нелегально. Никаких официальных объяснений по поводу того, будут ли финансироваться экстернаты в дальнейшем, пока нет. Школы начали отказываться от экстерната. В прошлом году прошла смена школьных уставов, и часть школ не стала вносить экстернат в свой устав.

 

Терминология

Экстернат, по сути дела, — это только аттестация. Ребенок приходит в школу, сдает промежуточные экзамены, школа решает, можно ли его допустить к итоговой аттестации, он приходит на нее, получает консультации, сдает экзамены, получает документ об образовании. Все это для ученика бесплатно.

«Моя дочь Маша уже девять лет учится сама дома, — рассказывает москвичка Ирина Дмитренко. — Она прикреплена к школе №77. За прошлый год она прошла два класса, восьмой и девятый. Экзамены — один раз в год, с конца февраля и до июня, потом — ГИА, все бесплатно».

Платят родители не за сам экстернат, то есть аттестацию, а за дополнительные услуги: доступ к серверу, на котором хранятся записи уроков; регулярные уроки или консультации в школе, индивидуальные консультации педагогов. Эти дополнительные услуги обычно называют интенсивным обучением: при нем предметные знания дают в сжатом, концентрированном виде, в короткие сроки (два класса за год).

«Интенсив — это право на ускоренные формы работы, — говорит Павел Парфентьев. — Как правило, такие формы оформляются документально на подзаконном уровне».

Плата за интенсив зависит от учебного заведения и количества уроков в неделю/месяц. Опрос московских родителей показал, что разброс цен довольно велик: от групповых занятий три раза в неделю по шесть уроков за 49 тысяч рублей в год (при 34 учебных неделях выходит 80 рублей за урок) до консультации раз в месяц по три урока за 40 тысяч рублей в год (9 месяцев по 3 урока, то есть 1481 рубль за урок).

 

Родительские деньги

Лично обучать детей дома — удовольствие недешевое. Наталья Старостина, мама восьмиклассника-экстерна, жалуется: «По физике, химии и отчасти по биологии программа требует проводить лабораторные и практические работы. По химии универсальный набор лабораторного оборудования стоит 9 тысяч, реактивы в набор не входят и частным лицам их не продают. По физике в 8-м классе три основных темы: термодинамика, электричество и оптика. Для них нужны три разных набора, от 6 до 13 тыс. руб. каждый, итого с дополнительным оборудованием — 30 тысяч за одну физику. Можно, конечно, не делать лабораторных работ. Но что это тогда за учеба?»

 

Злоупотребления и ответственность

Злоупотребить всегда можно. Например, официально брать деньги за доступ к записям уроков на сервере школы — а на самом деле сервер пуст. Или сознательно завышать оценки за экзамены по не основным предметам, не в форме ГИА или ЕГЭ.

«Формально все было в порядке: консультации четыре раза в неделю, положенное количество пробных ЕГЭ, ежемесячные зачеты, — рассказывает Галина, мама выпускника нынешнего года. — На практике дети делали вид, что учатся, а школа делала вид, что работает. К экзаменам сына готовили репетиторы. О пробном ЕГЭ нашим детям просто не сообщили. Как проходила аттестация, я не знаю, но что четверки моего сына по многим предметам не имеют под собой никакого реального основания, я уверена».

В некоторых школах экстернов проводят по документам как учащихся очной формы обучения и получают за это бюджетные деньги. Но это палка о двух концах. Отвечает школа и за своих очных учеников, и за экстернов одинаково: отчетность одна.

В прошлом году на экстернаты обрушилась волна проверок с участием Московского центра качества образования, спровоцированная тем, что в одной школе экзамены за учеников сдавали студенты.

«Школы испытывают двойное давление — и Центра качества образования, и окружных управлений, — говорит Галина Мисютина. —  Результаты экзаменов детей, которых школа фактически не учит, идут ей в плюс, если они хорошие, или в минус, если плохие. Школа допускает ребенка к итоговой аттестации на основании промежуточной и несет за него ответственность. Но на промежуточной аттестации составить полное представление об ученике невозможно — а отвечать за него приходится как за собственного. Именно поэтому экстернаты отказываются иметь дело с троечниками: не хотят брать на себя ответственность за их провалы».

 

Права семьи

«Школы и местные органы образования давят на семьи, вынуждают выбирать очную форму обучения, назначают аттестации с неоправданной частотой, например, уже через месяц после оформления ребенка в школу, — рассказывает Павел Парфентьев. — В московских школах — своя специфика: в экстернаты не берут детей из Подмосковья, без московской регистрации. Это незаконно. Школы ссылаются на некое телефонное распоряжение; официальных документов по этому поводу нет. Как правило, органы образования и школы вообще плохо знают законодательную базу и не понимают специфики семейного образования и экстерната. По закону города Москвы на экстернат или семейное обучение обязаны перевести в любой государственной школе. Если у ребенка есть право поступить в свою школу, у него есть право сдавать в ней экзамены экстерном, это должно быть обеспечено в каждой школе. А если в его школе этого нет, органы образования должны ему дать возможность пройти аттестацию в другом месте. Кроме того, у ребенка есть право сдавать экстерном отдельные предметы и в том случае, когда он учится очно».

Как правило, дети-экстерны учатся и сдают экзамены лучше, чем их сверстники, которые ходят в школу каждый день. Толковой статистики по экстернам и их категориям нет, а ее следовало бы вести: ведь экстерном сдают экзамены и дети, которые учатся дома, и взрослые ученики вечерних школ (некоторые эксперты полагают, что статистику портят именно они), и выпускники негосударственных школ, не имеющих права проводить аттестацию и прикрепленных к другим школам…

В общем, никто экстернаты специально  не закрывал. Все, как обычно, получается само собой: тут ужали финансирование, тут ужесточили отчетность, тут участились проверки в связи со злоупотреблениями… Школы объединили, услуги подорожали, законодательство меняется — а в итоге получается, что устраняется еще одна альтернатива поточному, конвейерному обучению в массовой школе.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera