Сюжеты

Военно-полевой обман. Государство спрятало информацию о вкладах красноармейцев, деноминировало их до трех копеек и не хочет отдавать

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 67 от 24 июня 2013
ЧитатьЧитать номер
Экономика

Борис Бронштейнобозреватель «Новой»

Уже более 70 лет вклады красноармейцев хранятся невостребованными в Центробанке. За это время государство о своих обязательствах не вспоминало, а обратившимся ветеранам объясняло: вклады не могут принести доход, они обесценились — до копеек. Буквально. Все данные засекречены. Неужели — только потому, что стыдно?

Позвольте выдать застарелую военную тайну, которая перестала быть тайной не только для многих граждан России, но даже для нашего Верховного главнокомандующего. Если допустить, что от него, Владимира Путина, этот факт долго-долго скрывали военные финансисты, то вот, наконец, ему все как есть рассказала невоеннообязанная женщина. Депутат Госдумы от Республики Коми Тамара Кузьминых после ряда запросов письменно сообщила Владимиру Владимировичу, что в архиве Центробанка России хранятся 2 миллиона 600 тысяч невостребованных вкладов. На них — деньги солдат Великой Отечественной войны, погибших и ныне здравствующих. Деньги эти (зарплата военнослужащих) исправно перечислялись на счета с 1942 года. Солдатские рубли в тайне хранят уже 70 лет, и тому, кому удастся в законном порядке получить их (хотя бы без процентов), впору будет вручить медаль «За взятие вклада».

Михаил Черепанов ищет не только пропавших солдат,

но и их деньги

Хазип Садыков владеет сберегательным билетом отца
Вклад Антонины Заикиной превратился в 3 копейки

Депутат Кузьминых написала президенту, и в то же время в «Новую газету» пришло письмо заведующего Музеем-мемориалом Великой Отечественной войны в Казанском кремле Михаила Черепанова. Михаил Валерьевич, известный поисковик, кропотливо занимающийся военной историей, уже второй год мобилизует жителей Татарстана на получение тех солдатских вкладов. Он активно распространяет информацию о солдатских деньгах, помогает наследникам оформлять запросы в полевое учреждение «Красноармейское». Представьте, так до сих пор и называется это подразделение Центрального банка РФ, которое умело держит оборону. Оно не отрицает, что лицевые счета хранятся в архиве, но о размерах вкладов никому ничего не сообщает. Тут мало предоставить свидетельство о браке с погибшим или свидетельство о том, что тот является вашим отцом. «Красноармейское» желает иметь дело только с нотариальными конторами «по месту открытия наследства» — места, откуда человек был призван в армию.

— Доказать, что ты — наследник, очень трудно, — поясняет Михаил Черепанов. — Добиваться признания прав наследника приходится в судах. При этом нередко судьи либо разводят руками, либо заявляют, что для получения информации о вкладе военнослужащего его наследниками необходимо постановление правительства или Указ президента России.

Совсем безнадежно обстоят дела с наследниками солдат, пропавших без вести. Пока владелец вклада числится пропавшим без вести, получить деньги может только он сам. То есть чего опасается банк? Выдаст он вклад солдата наследнику, а тут заявится 100-летний вкладчик и скажет, что он выбрался, наконец, из лесной и болотистой местности и ему как раз нужны деньги, чтобы привести себя в порядок и приодеться. А у нас миллионы пропавших без вести — выходит, только и жди сюрпризов.

На вопрос: «Получил ли в наши дни хоть один человек наследство по солдатскому вкладу?» — Черепанов отвечает, что иногда только слухи доходят, что кому-то это удалось, а подтвержденных сообщений нет.

Я считаю, что Центробанк должен был сам разыскивать родственников погибших, подобно тому, как это делала в советские времена инюрколлегия, которая помогала гражданам СССР получить наследство от иностранных родственников, — считает Михаил Валерьевич. — В случае же с вкладными книжками солдат все наоборот. Несмотря на то что был приказ замнаркома обороны СССР генерала Хрулёва от 14 июля 1942 года, в котором говорилось, что вместе с извещением о смерти бойца в областной военкомат по месту жительства семьи солдата должны были выслать и расчетную книжку, родственники погибших сами ищут информацию о зарплатах красноармейцев.

Кстати, что это были за зарплаты? С 1942 года Госбанк СССР начислял каждому рядовому фронтовику по 10 рублей в месяц, лейтенанту — 200 рублей. Тем, кто старше по званию, — еще больше. Есть сведения, что начислялись и премии: за сбитые самолеты или подбитые танки противника. Все это шло на сберегательный билет, который, как на нем написано, следовало «бережно хранить». Где хранились эти билеты, никто не знает. Видели ли вы хоть одного участника войны, который вернулся бы домой со сберегательным билетом в кармане гимнастерки?

Мне удалось взглянуть на «Сберегательный билет по специальному вкладу», отыскав обладателя столь редкого документа. Билет бережно хранится у 79-летнего казанца Хазипа Садыкова, сына погибшего в ноябре 1943 года рядового бойца 3-й гвардейской армии 4-го Украинского фронта Юсупа Садыкова. Хазип Юсупович объясняет, как диковинный билет оказался в селе Измери, где жила семья воина. Оказывается, документ прислал еще во время войны некий земляк отца. При этом земляк интересовался в письме, жив ли отец. То есть, похоже, Юсуп Садыков передал билет земляку и просил в случае чего отослать его родным.

«В случае чего» на войне происходило каждый день, а бойцы, видимо, больше не встречались, и земляк решил, что пора отсылать билет. Действительно, было пора. Третья гвардейская в ту пору преследовала по запорожской слякоти отступающую 6-ю армию генерала Шернера и выходила к Днепру. Бои шли кровопролитные, и уцелеть, отбивая танковые атаки противника, было мудрено. Рядовой Садыков погиб близ хутора Шевченко. Похоронен он в селе Чапаевское в братской могиле вместе с 622 бойцами.

Казалось бы, бесспорная ситуация. Солдат не без вести пропал, есть извещение, и известно место захоронения. Есть наследники, и документ у них на руках. В нем четко написано, что остаток вклада — 92 рубля 69 копеек. Здесь же указано, что по вкладу начисляется 3 процента годовых. Не сразу поймешь, сколько тут денег в пересчете на нынешние, но почему бы не расписаться в получении? Может, хватит на какой-нибудь сувенир в память об отце…

Но не тут-то было. Хазип Юсупович, случайно услышав о солдатских вкладах, вспомнил про билет отца, отыскал его в бумагах покойной матери, снял копию, приложил необходимые документы и отправил все это в Москву. Адрес ему, как и многим другим казанцам, дали в музее у Черепанова. Уже несколько месяцев прошло, а из полевого учреждения «Красноармейское» нет даже треугольника без марки, не то что фирменного конверта.

Конечно, солдатские деньги были нужнее тогда, когда вдова погибшего осталась с семью детьми, а школьнику Хазипу с братьями и сестрами выпало голодное военное детство. Собственно, в том и была идея военных вкладов, чтобы немного облегчить участь сирот и вдов. Сейчас Хазип Юсупович ищет не столько деньги, сколько справедливость, которую три денежные реформы вроде бы не должны были обесценить.

С наследниками дела не важные, но живы же некоторые вкладчики, которым ничего доказывать не надо. Человек воевал, ему благодарное государство начисляло какие-то деньги на счет. Потом, правда, забыли его пригласить к окошечку кассы, но мало ли чего забыли из обещанного нашим гражданам. Раз уж через 70 лет выяснилось, что ветерану кое-что причитается, пожалуйста, к окошечку без очереди. Зрение уже не то, и руки дрожат, но поставить закорючку там, где «сумма прописью», — это уж как-нибудь… Не гранату метнуть.

Старшему сержанту 123-го отдельного полка связи Второй ударной армии Антонине Заикиной в июле исполнится 90 лет. На войну Антонина Семеновна, ворошиловский стрелок, ушла в 41-м, прямо из школы. Проучилась до октября на курсах связистов и в телячьем вагоне — на фронт. Первый бой — под Ленинградом, потом — окружение, из которого выходили три месяца. Служила связисткой у печально знаменитого генерала Власова, пока тот не сдался в плен. Все было: и ранили ее (лежала без сознания, кто-то видел, как немецкий солдат перевернул ее и счел мертвой), и сама выносила из боя подругу. Поседела к 19 годам. «Хорошо, — говорит, — зеркала не было. Редко себя видела». Войну закончила в мае 45-го в университетском городе Грайфсвальде неподалеку от Балтийского моря.

При демобилизации никаких денег со счета старший сержант Заикина не получила. Медали «За боевые заслуги», «За оборону Ленинграда» и орден Красной звезды — это достойная оценка, а о деньгах кто тогда думал? И вот около года назад Антонина Семеновна услышала про солдатские деньги и вспомнила, что на ее имя тоже открывался вклад. Написала в учреждение «Красноармейское» заявление, попросила предоставить ей информацию о состоянии вклада. Ее уведомили, что письмо получено. Потом было несколько ответов типа «направлен соответствующий запрос в архив». Антонина Семеновна обратилась за помощью в Госдуму. Оттуда ответили: «Ваше обращение для детальной проработки и рассмотрения по существу направлено председателю Центрального банка России».

Проработка в банке затянулась и не очень ускорилась даже после обращения заявительницы к президенту Путину. Но все же Антонине Семеновне удалось добыть секретную информацию, которая сделала бы честь полковому разведчику, а не то что связисту. В письме на ее имя и.о. начальника Департамента полевых учреждений ЦБ России О.Н. Беленко сообщает, что при выплате данных вкладов учитываются произведенные в XX веке деноминации российского рубля. Далее при чтении официального ответа пожилому человеку надо сделать паузу и переложить на видное место валидол или корвалол. «Таким образом, — информирует военный чиновник, — средний размер вклада участника Великой Отечественной войны в современном масштабе цен составляет 3 (три) копейки».

Неужели 3 копейки? Наверное, все-таки больше. Ну, конечно, больше. В упомянутом письме президенту России (его цитируют СМИ Республики Коми) депутат Тамара Кузьминых приводит, в частности, такой пример: «В Мещанском суде Москвы рассмотрено исковое заявление Светланы Секретаревой, единственной наследницы лейтенанта Красной Армии Петра Ивановича Дейкуна, геройски погибшего 11 марта 1944 года. При отступлении дивизии ему был дан приказ, прикрывая отступление, стоять до конца со своими солдатами. Петр Иванович выполнил приказ ценой собственной жизни и был посмертно награжден орденом Отечественной войны I степени. Недавно, узнав из интернета о фронтовом наследстве, Светлана Петровна стала разыскивать вкладную книжку отца. Ее мать, тоже фронтовичка, умирая, успела сказать, что при демобилизации она свои фронтовые получила, а вот фронтовые мужа ей не выдали. Вкладная книжка П.И. Дейкуна так и не нашлась. В суде выяснилось, что после перерасчета 2900 рублей превратились в 29 копеек, компенсация — 12 копеек, начисленные проценты — 54 копейки. Итого: наследство отца составляет 95 копеек».

Получается, вклады не обросли процентами, а обесценились в несколько тысяч раз. Выдать их в таком размере государство стесняется, а ничего другого предложить не намерено. Зато заведующий музеем Отечественной войны Михаил Черепанов послал предложение в администрацию Путина. Он полагает, что если у государства нет денег, то вклады солдат, справедливо проиндексировав, можно хотя бы отчасти превратить в акции. Или дать на эту сумму послабление в оплате жилья вдовам и другим наследникам вкладчиков. Да мало ли чего можно сделать, но не делается ничего, и продолжается военно-полевой обман.

Старший сержант Антонина Заикина сказала «Новой газете», что хочет дожить до 70-летия освобождения Ленинграда.

— Много наших там погибло, — сквозь слезы говорит она.

Пожалуй, следует пожелать Антонине Семеновне дожить и до получения ее солдатского банковского вклада. Вот это будет долголетие так долголетие!

 


Лично в руки!

Председателю Центрального Банка Российской Федерации Набиуллиной Э.С.

Уважаемая Эльвира Сахипзадовна!

Сегодня Вы официально вступаете в должность председателя Банка России — одну из ключевых в нашей стране. Перед Вами стоит ряд задач, эффективное решение которых в конечном итоге будет важно для жизни каждого гражданина, но их понимание и оценка — все же удел специалистов и руководства РФ.

Однако есть один сюжет остросоциального характера, который развивается с 1942 года, и ЦБ до сегодняшнего дня играет в нем весьма странную роль. Речь идет о вкладах солдат и офицеров Великой Отечественной войны, которые хранятся на счетах полевого учреждения «Красноармейское» Центрального банка РФ. Общее количество таких вкладов, открытых для красноармейцев в годы Великой Отечественной войны, составляет 2,6 миллиона. Подавляющее большинство людей, на имя которых они были открыты, до наших дней не дожили, но есть и здравствующие вкладчики — собственники денежных средств.

Оценить их точное число не представляется возможным хотя бы потому, что полевое учреждение «Красноармейское» хранит информацию о них, как военную тайну, и тем, кто желает ее получить, приходится проходить множество инстанций, в том числе и судебные. Сложившаяся практика поражает своим цинизмом: те, кому удается отстоять свое право на вклады, получают по суду копейки. Это не метафора. Десятки и сотни рублей (по номиналу сороковых годов прошлого века) превратились в единицы и десятки современных копеек — в результате проведенных в XX веке деноминаций российского рубля. Такова официальная позиция полевого учреждения «Красноармейское» ЦБ РФ, поддержанная судами.

Эльвира Сахипзадовна! Мы уверены, что эта острая проблема может иметь решение, не столь обременительное в финансовом отношении для Банка России, однако его социальный эффект трудно будет измерить. Мы не предлагаем конкретных механизмов, но накопленный за последние 20 лет опыт работы с вкладами Сбербанка или валоризацией пенсий убедительно показывает: государство способно найти адекватное решение по пересчету советских денег в современные. Тем более что цена вопроса, учитывая столь малое количество ветеранов Великой Отечественной, которые смогли дожить до наших дней, не будет обременительной для государства — представляется, что она будет даже меньше, чем сумма денег, которая может потребоваться для ежегодного переименования Волгограда в Сталинград.

Мы уверены, что проявленная Вами политическая воля в решении этого вопроса станет прекрасным началом Вашей работы на посту председателя Банка России.

«Новая газета»

Читайте также

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera