Мнения

Что за инверсия, создатель…

Центр стратегических разработок (ЦСР) обнаружил, что протестная волна ушла из Москвы в провинцию

Этот материал вышел в № 75 от 12 июля 2013
ЧитатьЧитать номер
Политика

Андрей Колесниковспециально для «Новой»

 

Основные тезисы доклада ЦСР под заголовком «Возможно ли новое электоральное равновесие?» были представлены на расширенном заседании Комитета гражданских инициатив (КГИ; Комитет Кудрина). Базовый вывод, который обнародовал президент ЦСР Михаил Дмитриев: произошла инверсия, протесты перетекают в регионы, а падение рейтингов Владимира Путина и «Единой России» остановилось, упершись в «пол», причем особенно в теперь уже бывшей столице протестов Москве.

 

Основные тезисы доклада ЦСР под заголовком «Возможно ли новое электоральное равновесие?» были представлены на расширенном заседании Комитета гражданских инициатив (КГИ; Комитет Кудрина). Базовый вывод, который обнародовал президент ЦСР Михаил Дмитриев: произошла инверсия, протесты перетекают в регионы, а падение рейтингов Владимира Путина и «Единой России» остановилось, упершись в «пол», причем особенно в теперь уже бывшей столице протестов Москве.

Перед презентацией доклада довольно резко выступил Алексей Кудрин, выразившийся в том смысле, что «консервативный тренд переходит разумные рамки» и «страна стоит на пороге экономической депрессии».

Михаил Дмитриев известен тем, что в 2011 году, когда внешне ничто не предвещало протестов, предсказал их. Детали были изложены в интервью «Новой газете» в августе 2011 года («Перемены неизбежны и исторически неотвратимы»; №96). В мае прошлого года президент ЦСР предсказывал дальнейшее разбалансирование ситуации, изменение ценностей и продолжение протестов («Чтобы раскачать лодку, осталось совсем немного»; №59). Новое исследование показывает, что ситуация изменилась.

Основные выводы ЦСР в 2011–2012 годах сводились к тому, что средний класс предъявил спрос на демократию, и это устойчивый тренд. Однако новое исследование показало, что «среднеклассовая» Москва перестала быть центром протестной активности, политически, экономически и этнически мотивированные протесты перемещаются в глубинку, где ее носителями становятся низкообеспеченные слои.

Ожидания по поводу того, что рейтинги Путина и «ЕР» будут и дальше падать, не оправдались. По данным ЦСР, в Москве поддержка Путина выше, чем в среднем по России.

Здесь, утверждает Михаил Дмитриев, действуют психологические латентные факторы. Образ президента как сильного лидера, который готов постоять за себя и за страну, — это «пол», в который уперлось падение рейтинга. Специфическим образом понятый патриотизм — фактор поддержки власти. И, соответственно, ее рейтинга. Респондентам нравятся «патриотические» популистские лидеры вроде Кастро, Андропова, Чавеса (национализация нефти и газа кажется привлекательной) — те политики, за чьей спиной можно спрятаться.

«Единая Россия» тоже показала стабилизацию рейтингов. По Москве поддержка партии власти сильно выросла, причем в тот момент, когда Путин от нее дистанцировался. Респонденты говорят, что он должен себя ассоциировать с «ЕР», а не с «Народным фронтом». Сейчас «ЕР» воспринимается как некий деперсонифицированный институт без харизматиков, который хотя бы как-то работает, лозунг «Партия жуликов и воров», как говорит Дмитриев, «не резонирует с населением».

По данным ЦСР, поддержка свободных выборов по стране — 51%, в Москве 34%. Вроде бы и в самом деле произошла малообъяснимая инверсия. Но во-первых, данные «Левада-центра» не подтверждают данные ЦСР, о чем в ходе обсуждения сообщил Лев Гудков. Во-вторых, протестная волна действительно могла докатиться до глубинки. При этом природа протестных настроений в провинции действительно иная, нежели в Москве, — экономическая или этническая (город Пугачев тому пример). Кроме того, само исследование показывает, что москвичи, даже если они утратили протестную пассионарность, все равно сохраняют очевидный спрос на демократию — 38% опрошенных хотели бы жить в демократии западного типа.

Кроме того, москвичи чаще ставят знак равенства между патриотизмом и модернизацией, и даже вестернизацией. Москвичи считают, что патриотизм — это демократия (33% — в три раза больше, чем в провинции).

В этом смысле снижение протестной активности, если оно произошло в Москве, не противоречит сохранению приверженности существенной части москвичей, по сути, западным ценностям. Москвич — буржуа и хочет жить, как буржуа. Поэтому далеко не все готовы протестовать, особенно на фоне утраты митингами целеполагания.

Согласно исследованию ЦСР, в Москве высокий уровень тревожности и агрессии. Уровень тревожности в России — 65%, в Москве — 84%. А чем больше тревожности, тем меньше голосуют за Путина, тем более вероятно, что люди пойдут на митинг. (Что противоречит выводу о падении протестной активности в столице.)

Три объекта агрессии выявило исследование: США, чиновники и мигранты. Фокус-группы обнаружили сильную злобу против чиновников и депутатов. Про олигархов забыли и даже позитивно о них говорят, например о Прохорове. Самое неприятное — перенос недовольства экономикой и управлением на мигрантов.

И еще один вывод. К кому обращены претензии? Три года назад только 15% предъявляли претензии президенту. Теперь 37%.

Федеральная власть теперь отвечает за все.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera