Сюжеты

Скорая помощь правде

Продолжаем публикацию портретов людей, которые после 4 декабря 2011 года решили наблюдать за чистотой выборов. На белом джипе или на автобусе — они спешат туда, где закон нарушен

Этот материал вышел в № 98 от 4 сентября 2013
ЧитатьЧитать номер
Политика

Диана Хачатрянкорреспондент

 

Продолжаем публикацию портретов людей, которые после 4 декабря 2011 года решили наблюдать за чистотой выборов. На белом джипе или на автобусе — они спешат туда, где закон нарушен

Антон ФРОЛОВ,
42 года, бизнесмен
Наблюдал за семью выборами различных уровней

Фролов — многодетный отец, владеет сетью магазинов с товарами для дома. Его участие в выборах напрямую зависит от детских мероприятий. 4 декабря, например, он не наблюдал за выборами в Госдуму, так как отмечал день рождения старшего сына: «После праздника я отправился с бутербродами и кофе в СИЗО к Навальному и Яшину».

Фролов признается, что профайл в Facebook зарегистрировал только для того, чтобы следить за протестной активностью. Бизнесмен всегда приходит на помощь наблюдательскому сообществу, так как ощущает себя его частью: подвозит на своем автомобиле наблюдателей в соседние города, чтобы подать жалобу в местный суд, покупает им авиабилеты до города, где проходят выборы и периодически делает пожертвования на развитие наблюдательского движения. «Если я по личным причинам не попадаю на какие-либо выборы, — говорит Фролов, — то считаю себя в долгу перед ребятами».

Мотивы бизнесмена очевидны — он хочет жить в ладу со своей совестью. «Не деньги, а ощущение внутренней честности — мерило всех вещей. Когда я наблюдаю за выборами, то ощущаю, что занимаюсь правильным делом — совмещаю полезное с приятным. Для меня, кроме всего прочего, выездное наблюдение — это еще и удачный повод посмотреть страну», — говорит он.

Фролов никогда не голосовал за существующую власть. «Синие ведерки» появились недавно. А я Степашина на МКАД не пропускал, когда он еще премьером был», — вспоминает он. Наш герой — искатель приключений. Сидеть на участке и считать избирателей ему неинтересно. Он предпочитает работать в мобильной группе — на белом Range Rover приезжать по вызову на конфликтный участок. Как «скорая помощь».

«В первый раз я входил на участок, — вспоминает Фролов, — как на враждебную территорию — робко и неуверенно. Я изменил свое мнение и быстро втянулся в процесс, когда увидел, что вместе со мной на участок твердым шагом приходят ребята младше меня и смело отстаивают свое мнение».

В день выборов Фролову помогают эффективно наблюдать на участке его профессиональные качества — сила воли и коммуникабельность. «На участке, где махать мечом не эффективно, я «хороший полицейский». Мне удается договариваться с людьми, склонять их к компромиссу».

 

Мария Яковлева,
49 лет, учитель физики
Наблюдала за двадцатью выборами различных уровней

Интерес к политике у Яковлевой зрел с детства. Девочку не интересовали платья и современная музыка. Пока одноклассницы обсуждали культурную жизнь и мальчиков, Яковлева читала Комсомолку».Серьезное отношение к общественной жизни она унаследовала от бабушки — «правоверной» коммунистки.
 
До поры до времени образ жизни тихой и кроткой учительницы сводился к банальной схеме: работа—дом. «Однажды в квартале от школы я встретила мужчину. Нас познакомил его общительный пес. Мой новый знакомый сказал, что будет наблюдать за парламентскими выборами, чтобы увидеть своими глазами, как на самом деле проходит избирательный процесс. После выборов я встретила его жену, гулявшую с собакой. Она сказала, что ее муж слег в постель с сердцем — так переживал по поводу выборов. Меня эта история задела до глубины души. Когда люди на следующий день после выборов вышли на митинг, я испытала жгучий стыд. Людям небезразлично будущее страны, а я сижу с тетрадками», — говорит она.
 
С тех пор Яковлева не пропустила ни одной уличной акции и была наблюдателем на двадцати выборах по всей стране. Однако в школе она остается вне политики. Протестные значки и белые ленты надевает на автобусной остановке, уже выйдя из школы. В феврале, когда на один день были назначены митинги за «Единую Россию», КПРФ и шествие по Якиманке, Яковлева в беседе с коллегами обмолвилась, что собирается на уличную акцию. После чего к ней подошла председатель профкома и протянула шарики для «путинга». «Я говорю ей: «Спасибо, но вы слышали, что сегодня в Москве пройдут целых три митинга?» — «А вы на какой идете?» — «За честные выборы». — «Ну да, — радостно замечает она, — в поддержку Путина», — вспоминает Яковлева.
 
Наблюдение за выборами позволило ей изменить характер общения с людьми. «Я теперь в разговоре занимаю сильную сторону. Когда я пришла на первый тренинг для наблюдателей, лектор сказал: если вы заметите на участке странного человека, подойдите к председателю и поинтересуйтесь, кто это. Я тогда подумала: как это я подойду к чужому человеку и буду вопросы задавать?» — вспоминает она.
 
По словам Яковлевой, нет такого мотива, который бы мог оправдать учителя-фальсификатора: «Я могу понять директора жилищной конторы, но не учителя. Он растит детей — отвечает за будущее страны. Он обязан понимать разницу между отремонтированным классом и тем, какие ценности будут привиты детям в школе. Мне обидно, когда говорят, что учителя — несчастные и зависимые бюджетники-рабы. Но возразить мне нечего. Учителя, позволяющие себе быть независимыми, есть, но их очень мало. Это профессионалы. Посредственный учитель, который пойдет против системы, окажется за бортом».
 
Автор курса «Физика для биологов» считает, что первый шаг к фальсификации на выборах — это искажение, приукрашивание результатов обучения. Учителя идут на фальсификации — они переводят слабых детей из класса в класс, рисуют тройки с закрытыми глазами. На это их вынуждает идти администрация. Все как на выборах.

 

Андрей ПРОКОФЬЕВ,
44 года, нарколог
Наблюдал за восемью выборами различных уровней

Андрей Прокофьев с отличием окончил медицинский институт по специальности кардиоанестезиолог. Разочаровался во власти, когда после защиты диссертации удостоился «престижной» должности — старшего научного сотрудника в институте с окладом в $50 в месяц. «Я узнал свою себестоимость и понял, что государству наплевать на науку. Ему не нужны мои знания. Я пошел на избирательный участок наблюдать за выборами, чтобы через десять лет моему сыну не сказали: ты никто и знаниям твоим грош цена. Он должен быть оценен по достоинству у себя на родине, а не за границей», — говорит он.
 
Однокурсники Прокофьева ушли в бизнес или уехали за рубеж — работать в исследовательских центрах. Нашему герою, который был и остается фанатиком медицины, пришлось уйти из государственного сектора в частный и пройти переквалификацию. Известный в районе метро «Сходненская» нарколог начинает день с утренней пробежки. В течение дня он успевает посетить трех пациентов, уделив каждому по шесть часов минимум.
 
На избирательном участке нарколог, который предоставляет больным помимо прочих услуг и психотерапевтические, видит людей насквозь. Членов комиссии он старается, как своих пациентов, склонить к правильному образу жизни — в рамках закона: «Мне крайне неприятно, когда отличный специалист — учитель, который любит детей и воспитывает их на военных подвигах, идет на фальсификации. У нас в психиатрии такое расщепление, когда у человека возникают двойственные чувства, называется «шизофрения».

 

Фото Анны Артемьевой

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera