История

Для российского суда антидот не изобретен

Дело «Норд-Оста». Государство окончательно поставило точку

Этот материал вышел в № 120 от 25 октября 2013
ЧитатьЧитать номер
Общество

Вера Челищеварепортер, глава отдела судебной информации

Для «нордостовцев» этот, 2013 год, стал своеобразным водоразделом. Российские власти окончательно показали им большую фигу: расследовать гибель 130 заложников как не собирались, так и не будем. Даже при наличии постановления Европейского суда, который в декабре 2011 года обязал российские власти провести эффективное расследование

Фото: РИА Новости

23 октября исполнилось 11 лет захвату заложников на Дубровке — трагедия, о которой как-то постепенно забывается. Но только не родными погибших и бывшими заложниками, которые все эти 11 лет не перестают биться за правду. А именно — выясняют, кто издал приказ пустить по залу смертоносный газ и понесут ли спецслужбы ответственность за такую спасательную операцию, а власти — за бездарную помощь пострадавшим. Для «нордостовцев» этот, 2013 год стал своеобразным водоразделом. Российские власти окончательно показали им большую фигу: расследовать гибель 130 заложников как не собирались, так и не будем. Даже при наличии постановления Европейского суда, который в декабре 2011 года обязал российские власти провести эффективное расследование и представить «удовлетворительное и убедительное объяснение причин смерти заложников и установить степень ответственности должностных лиц за их смерть».

 

В юридическом смысле это решение ЕСПЧ является «вновь открывшимся обстоятельством». ЕСПЧ установил, что действие газа (его формулу российское правительство отказалось раскрыть не только потерпевшим, но и Страсбургу) в сочетании с неэффективностью спасательной операции стало основной причиной гибели заложников. И, наконец, Страсбург установил, что российское следствие не расследовало очевидные факты халатности должностных лиц (членов оперативного штаба, состав и фамилии которого также засекречены), отвечавших за общую координацию действий по спасению.

Адвокат потерпевших Каринна Мос-каленко уже писала меморандум о неисполнении Россией решения ЕСПЧ в Комитет министров Совета Европы, требуя от России провести расследование в отношении членов оперативного штаба. В ответном меморандуме власти РФ коротко написали, что судебные разбирательства на родине и так были. Действительно были, но все они «нордостовцами» проиграны. Не стал исключением и этот год. Сначала столичные суды вопреки страсбургскому постановлению автоматом признали законным отказ следствия возбудить уголовное дело против руководителей операции. Отказ обжаловали адвокаты Игорь Трунов и Людмила Айвар. В эти же дни Каринна Москаленко подает повторный меморандум в Совет Европы — снова на бездействие властей РФ.

Словом, потерпевшие, исчерпав практически все возможности на родине, тем не менее юридическую войну с российским государством приостанавливать не собираются. «Новая» поговорила с Дмитрием МИЛОВИДОВЫМ, членом координационного совета организации «Норд-Ост». Его дочери были в заложниках, одна из них — 14-летняя Нина — погибла во время штурма.

— Чем ознаменовался для потерпевших очередной год борьбы? Что получилось, чего не получилось?

— Год ознаменовался заседаниями Лефортовского суда Москвы, в котором мы добивались исполнения решения Европейского суда. Что получилось? Несколько заседаний судов с разными составами судей. На первом заседании суд принял нашу сторону — решение, обязывающее следователя возбудить уголовное дело. Но это решение было завернуто Мосгорсудом. По формальной причине — прокуратура не представила суду требуемые документы, хотя эти документы давно были исследованы Страсбургом и неоднократно обсуждались. На втором заседании необходимые документы были истребованы, суд снова принял нашу сторону, снова решение заворачивает Мосгорсуд. Суд посчитал, что в решении Европейского суда ПРЯМО НЕ УКАЗАНО про необходимость проведения расследования…

— Хотя ведь на самом деле…

— На самом деле Европейский суд указал на отсутствие должного расследования и на необходимость его проведения, на то, что спасательная операция была организована никудышно. Да, при этом ЕСПЧ двояко написал, что штурм Театрального центра был приемлемой мерой, что «ПО-ВИДИМОМУ (я хочу подчеркнуть это слово — «по-видимому»), применение спецсредства предотвратило взрыв». Но я напомню читателю, что примененное спецсредство, согласно даже материалам уголовного дела, имело цвет, запах, было немгновенного действия и АНТИДОТ К НЕМУ НЕ БЫЛ ИЗОБРЕТЕН. И вообще, как кажется, данное спецсредство фактически как раз провоцировало террористов на подрыв здания. К счастью, этих ответных действий не произошло. Хотя времени было достаточно.

Так что повторюсь: ЕСПЧ говорит в своем решении об отсутствии должного расследования.

— Что сегодня?

— Наши адвокаты отправили запрос в Конституционный суд о том, обязана ли Россия выполнять решение Европейского суда. Плюс — жалоба подана в Верховный суд. Параллельно 8 февраля 2013 года Комитет министров Совета Европы был проинформирован о состоянии выполнения решения ЕСПЧ. Ответ Российской Федерации на это был формальный — якобы все действия по выполнению решения Страсбурга были произведены. Мол, все выплаты потерпевшим сделаны и больше от России ничего не требуется.

— Что вы можете сказать по поводу «произведенных выплат», о которых говорят российские власти?

— Присудили около 1,3 миллиона евро на всю группу заявителей, 63 человека. Основная масса компенсации была выплачена, правда, не сразу. Некоторым не выплатили еще. Минюст пока не признал их теми лицами, которым присуждена компенсация, — просто на уровне суда и адвокатов имели место ошибки в написании отчеств и фамилий. Это проблема и перевода, и правописания, и большого объема работы. И Минюст придирается к этому и тормозит выплаты. Но все это исправимо при желании. А желания особого у Минюста нет. По телефону одним пожилым родителям, чей ребенок погиб, чиновники Минюста говорили: «Ну, нет денег в данный момент». Хотя суммы, в общем-то, копеечные.

Сейчас готовится новая жалоба — от следующей группы заявителей — там больше 80 человек. Жалоба как раз касается неисполнения Россией решения ЕСПЧ и того, что власти практически ничего не делают для потерпевших. То есть логика такая: раз президент Путин в свое время заявил, что газ был безвреден, то помогать людям не надо. А в числе заявителей — люди, частично потерявшие зрение при применении спецсредства, и с другими заболеваниями.

— Несколько лет назад Конститу-ционный суд отклонил жалобу «нордостовцев» в части компенсации морального вреда. Почему?

— Да. Мы обращались в Конститу-ционный суд по поводу конституционности положения статьи 17 закона «О борьбе с терроризмом» (норма регулирует выплату компенсаций по-страдавшим от терактов. В.Ч.). Закон, который долгое время лежал под сукном, был принят в спешке после первых исков по делу «Норд-Оста». И положение в части возмещения вреда оказалось недоработанным. В новой редакции закона были прописаны все права семей погибших бойцов спецназа — какие суммы компенсации, какие пенсии, сколько, в какие сроки, — но о правах потерпевших при терактах три строчки общих слов: «на усмотрение правительства РФ». А московское правительство переадресовывало нас предъявлять иски к самим террористам (уже мертвым), да и то лишь после того, как суд признает их вину в совершении преступления. Мы пытались доказать, что ответственность должны нести и государственные органы, а также власти субъекта Федерации, на территории которого произошел теракт. Но КС счел жалобу необоснованной.

 

P.S. Памятные мероприятия, посвященные одиннадцатой годовщине теракта на Дубровке, пройдут 26 октября — именно в этот день рано утром в зал театрального центра пустили газ и начался штурм. И именно в этот день 128 заложников умерли в результате отравления газом и неоказания медицинской помощи (еще двое погибли от рук террористов). Акция памяти начнется в 10.00 по адресу: г. Москва, ул. Мельникова, д. 7. Проезд: станция метро «Дубровка» или «Пролетарская».

Читайте также

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera