Мнения

Во весь «Голос»

Самый успешный проект Первого канала вернул в телеэфир давно забытую искренность

Этот материал вышел в № 125 от 8 ноября 2013
ЧитатьЧитать номер
Политика

Ирина ПетровскаяОбозреватель «Новой»

«Мне голос был. Он звал утешно. Он говорил: «Иди сюда». Знаменитые ахматовские строчки вообще-то не имеют никакого отношения к телепроекту, ставшему (по версии Клуба телепрессы) самым успешным в минувшем сезоне. И все-таки. Все-таки. Нам «Голос» был. Он звал именно что «утешно», то есть утешая множество людей, разуверившихся в честности телевизионных шоу и примиряя их с ТВ, от которого они давно уже в ужасе бежали. И каждую пятницу, как в минувшем сезоне, так и в сезоне наступившем, он, «Голос», говорил и говорит: «Иди сюда».

И миллионы зрителей всех возрастов и сословий собираются на Первом канале и, словно завороженные, слушают голоса неведомых им прежде исполнителей. И болеют за своих любимцев так, как не болели, пожалуй, со времен легендарных хоккейных матчей наших «любителей» с канадскими профессионалами (о чем, кстати, напомнил фильм «Легенда №17», показанный каналом «Россия 1» в День народного единства).

Телекритики наградили «Голос» за самобытность в воплощении лицензионного формата и возвращение в телеэфир искренности.

Да, «Голос» — формат лицензионный, и никто этого не скрывает. Придуманный голландцами, он очень скоро завоевал чуть ли не весь мир и всюду стал одним из самых популярных телепроектов — рассказывают, что свой «Голос» есть даже в Афганистане. Ничего порочного в «лицензионности» той или иной программы нет: форматы, оригинальные и одинаково успешные что на Западе, что на Востоке, придумываются нечасто, как и изобретенный когда-то велосипед. А вот как этот «велосипед» приспосабливают к конкретным «национальным особенностям» — это уже вопрос профессионализма умельцев, и умельцы с Первого канала в случае с «Голосом» точно не подкачали.

И не подкачали в первую очередь не в том даже, КАК это сделано (продюсерски, длраматургически, режиссерски, технологически), а в том, ЧТО почувствовали и угадали продюсеры Первого канала в запросах и настроениях аудитории. Эта аудитория, давно уже приученная жить по принципу «Хавай, что дают» и «Других артистов, музыкантов, политиков у нас для вас нет», лишенная какого бы то ни было выбора и разуверившаяся в честности любого соревнования, подспудно накапливала раздражение, выразившееся, в частности, в падении интереса ко многим телепроектам, на которые телевизионщики делали ставку. Ну, обрыдли людям одни и те же десятилетиями несменяемые лица на телеэкране, поддерживающие свою популярность не творческими достижениями и прорывами, а скандалами или свадьбами-разводами. Набили оскомину бесконечные «танцы со звездами», где в качестве звезд фигурируют мало кому интересные певцы и певички, прославившиеся при помощи какого-нибудь одного-единственного «хита» типа «О боже, какой мужчина, я хочу от вас сына». Конвейер «Фабрики звезд» в какой-то момент тоже дал сбой: кое-как обученные мальчики и девочки, раскрученные ТВ, прочесав по стране с парой-тройкой немудрящих песенок, в массе своей ушли в творческое небытие, не имея за душой ни голоса, ни таланта.

И вот зазвучал «Голос». И в телеэфир словно ворвался свежий ветер. И смёл, по сути, и старую песенную гвардию, вышедшую в тираж, и молодую фабричную поросль, так и не сумевшую проявить собственную индивидуальность за неимением оной. «Любители» вчистую обыграли хваленых «канадских профессионалов».

Обнаружилось то, о чем все давно подозревали: страна богата талантами, которые в силу своей «неформатности» («неформат» — страшное слово, практически смертельный диагноз) просто не имели шансов выйти на широкую аудиторию и показать себя.

«Слепое прослушивание», когда набирающие претендентов в свои команды сидят спиной к сцене и только слышат, но не видят исполнителя, обеспечивает честность выбора. Честность, но не объективность, в чем некоторые скептики упрекают как наставников, так и создателей шоу. Посему на наших глазах разыгрываются настоящие драмы со слезами, горьким сожалением и взаимными упреками. А уж когда начинается отсев из сформированных наставниками дуэтов — тут уж разворачиваются порой и маленькие трагедии. Жалко всех. Рыдают все. Поклонники отбракованных талантов ищут и не находят логики в выборе того или иного педагога. Педагоги, в свою очередь, разрываются между хорошим и лучшим. Продвинутая публика, прежде далекая от телесмотрения, с жаром обсуждает в телесетях несправедливость того или иного решения. Но в одном не откажешь ни участникам шоу, ни его фанатам: в искренности чувств и переживаний, в той искренности, которая, казалось, навсегда покинула насквозь заформализованный эфир.

Разумеется, не обходится и без упреков в адрес «Голоса». Кому-то не нравится, что большинство участников шоу поют иностранный репертуар на иностранных языках — типа, что ж, у нас в России, песнями богатой, и хитов достойных не сыскать? По слухам, этой проблемой озаботилась даже Госдума, якобы замышляющая призвать под свои грозные очи «космополита безродного» Константина Эрнста, пропагандирующего под видом музыкального шоу чуждые нам западные ценности.

Патриотам всех мастей невдомек, что культура вообще и музыкальная культура в особенности «космополитична» по своей природе, но даже здесь, в телешоу, исполнителей и их наставников хотят лишить свободы выбора, что, впрочем, кажется мне нереальным. Пели, поют и будут петь то, что хотят, и эту песню никаким дуракам не испортить.

Точно так же невозможно и отсортировать участников по этническому признаку. Среди прошедших отбор — представители самых разных национальностей: армяне, грузины, азербайджанцы, татары. Встречаются даже чернокожие исполнители, таким образом, шоу «Голос», как ни странно, воспитывает в зрителях помимо хорошего вкуса еще и чувство толерантности, стремительно обесценивающееся усилиями недальновидных политиков и того же ТВ, их мракобесные взгляды обслуживающего.

А вот пример дискуссии, недавно завязавшейся в «Фейсбуке». Кинокритик Антон Долин неожиданно высказался против «Голоса», назвав его «отлично сделанной и тщательно замаскированной пустотой, которая тем самым вредна и даже опасна», ибо выглядит «каким-то вопиющим пиром во время чумы». Ему ответил тоже кинокритик и телеведущий Борис Берман: «Не вижу в «Голосе» пустоты: наверное, ее слишком тщательно замаскировали. По мне, так формат не просто качественный — он, я бы даже сказал, целебный. «Голос» дает редчайшую возможность увидеть честное соревнование, причем соревнуются не бородатые женщины, не фрики, не ерничающие хипстеры, а люди, обладающие настоящим талантом… И это на наших глазах оценивает жюри. Эмоция, благородная эмоция в чистом виде. Помилуйте, где тут вред? Кому это может повредить? На Страшном Суде (до которого нам, понятное дело, не дожить) ТВ многое простят — и именно благодаря «Голосу». 

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera