Сюжеты

Родня: черта оседлости

«Бердичев» Фридриха Горенштейна в Театре Маяковского

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 22 от 28 февраля 2014
ЧитатьЧитать номер
Культура

Елена Дьяковаобозреватель

 

«Бердичев» Фридриха Горенштейна в Театре Маяковского

Фото - Михаил Гутерман 

 Наконец-то: новая, действительно новая для публики пьеса. Отечественная притом. С лицами, судьбами и характерами в лучших традициях «театра для людей», с отличной игрой актеров Театра Маяковского. С психологической и исторической добротностью и тонкой проработанностью спектакля. С теплотой и смехом, которые принесены, скорее, 26-летним режиссером Никитой Кобелевым и его командой. И с алмазной беспощадностью взгляда, ледяной трезвостью автора пьесы, мерцающей глубоко. Такой вот метафизический задник.

 Горенштейна-прозаика (а главные его тексты все-таки — романы «Псалом» и «Место») называли гением Андрей Тарковский, Юрий Трифонов, Фазиль Искандер. Особенное качество его прозы: пристальная микронная оптика взгляда на измученный, нищий, безобразный советский мир, мир Отечества в ХХ веке. На саму его материальную плоть: ботинок и бутерброд, вагонную полку и асфальт перрона, клеенку семейной кухни и запахи тел в общаге. Здесь ущербна каждая молекула… Но мы родом именно отсюда. И кстати, «пятый пункт» тут не принципиален. Вопрос стоит шире. Фридрих Горенштейн был сценаристом таких фильмов, как «Солярис» и «Раба любви». Его «Детоубийцу» (сценический текст о Петре I и царевиче Алексее) поставил в 1991 году в Театре Вахтангова Петр Фоменко. Его «Бердичев» (1975) на сцену вышел впервые.

 «Драма в 6 эпизодах, 30 годах и 68 скандалах» движется от послевоенных лет к середине 1970-х. Но все происходит в тесной квартирке двух сестер: кроткой праведницы, портнихи Злоты Капцан (Татьяна Аугшкап) и ее сестры Рахили (Татьяна Орлова) — жестоковыйной и неистовой военной вдовы с двумя детьми, члена КПСС с 1928 года, доверенной поварихи НКВД, коммунальной скандалистки, сумасшедшей матери для дочерей Рузи (Зоя Кайдановская) и Люси (Нина Щеголева) и змеи подколодной для зятя Мили (Виталий Гребенников). Сухие пальцы Рахили вечно заломлены в неописуемом — полуветхозаветном, полубазарном, блатном жесте: «Вот так! Я войду! Тебе в лицо!» Сестра Злота плачет от стыда. Рахиль шипит на нее: «Вечно ты писяешь глазами!» Обстановочка-с…

 Не снимая драпового пальтеца и зимней шапки (ибо — какой же это дом?), на кухне торопливо ест племянник-сирота Виля, alter ego Горенштейна. 24-летний актер Александр Паль (уже отмеченный театралами Москвы в спектаклях МТЮЗа «Лейтенант с острова Инишмор» и «Четвероногая ворона») играет хорошо. Но спектакль «Бердичев» в первую очередь — бенефис двух Татьян, Орловой и Аугшкап.

 О, чего только не намешано в вечно пограничных состояниях Рахили! От кивка в сторону буфета в стиле модерн, который кажется поначалу алтарем домашних божеств, обломком дореволюционного «уклада, уюта, устоя»: «А эту мебель мне выдал НКВД» — до рабской любви к внучкам Аллочке и Ладочке, которым явно не нужна постыдная старуха. Чего не случается в этой нищей квартирке, где стиснуты три поколения! Зять Миля неумолимо выключает телевизор «Рекорд», когда к нему крадется «со своей половины» дряхлая Злота. Рузя (бесстрашно обложившись «толщинками», Зоя Кайдановская отлично играет замордованную провинциальную тетку 1960-х) бьется в истерике на полу, отбирая паспорт у сына, задумавшего жениться. Как точно и беспощадно слышит и пишет Горенштейн ломаный жаргон Бердичева 1940–1950-х…

 «У вас нет благообразия!» — кричал своему «случайному семейству» Подросток в романе Достоевского. В доме сестер Капцан, где тридцать лет текут в борщ тихие слезы стыда праведницы Злоты, — благообразия нет в помине и не будет никогда. Сам этот дом — модель мира, где двести миллионов душ пережили массовый психоз революции, петлюровщины, очередей, доносов, дележа пшенки и нехватки мыла, войны, ударной, как Магнитка, маргинализации «новых горожан» СССР, выдранных с корнями из деревни, из усадьбы, из местечка… С этого хтонического хаоса коммуналок начиналась «новая историческая общность» в стране.

 И в этом отношении спектакль Никиты Кобелева «Бердичев» встает в разрозненный, но уже длинный ряд важнейших артефактов. «Московский хор» МДТ по пьесе Петрушевской, полузабытый — и, может быть, лучший у Никиты Михалкова! — фильм «Родня», рассказы Шукшина и «Рассказы Шукшина» Херманиса, «Печальный детектив» Астафьева и «Терроризм» братьев Пресняковых и Кирилла Серебренникова… Все — попытки уйти на целый геологический пласт глубже скорби, умиления, гражданского негодования. Попытки сказать, откуда мы, из чего вышли. С четким (в финале спектакля «Бердичев» даже чрезмерно сентиментальным) осознанием — другой родни нет. Эти «случайные семейства» XX века — кровь, плоть и стартовая черта века XXI.

 Принимая эту истину, ожесточенный подросток-полусирота и становится взрослым. Здесь — смирение и прозрение. Здесь — жизнь, а не смерть. Начало исторического пути — от обшарпанного реквизированного буфета, в котором спрятаны пайки, паспорта, лары и пенаты.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera