Сюжеты

«Шахтеры Донбасса не поддерживают сепаратистов»

Председатель Независимого профсоюза горняков Украины Михаил Волынец — о «бойцах Путина», президентских выборах и российском телевидении

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 54 от 21 мая 2014
ЧитатьЧитать номер
Экономика

Ольга Мусафировасобкор в Киеве

 

Председатель Независимого профсоюза горняков Украины Михаил Волынец — о «бойцах Путина», президентских выборах и российском телевидении


РИА Новости

Михаил Волынец
 

Как реагируют шахтеры на то, что в Донецкой области вдруг объявился свой премьер-министр — российский пиарщик и политолог; министр обороны — офицер ФСБ в отставке; председатель парламента — специалист по пирамидам «МММ», и другие, не менее экзотичные официальные лица?

— Шахтеры — не политики. Они работают в тяжелых условиях, очень часто посменно, в четыре режима: ночью отпахали под землей — днем спят. На митинги не ходят и не знают, откуда взялись эти сепаратисты и какие у них цели.

Сколько в Украине шахтеров? Их можно считать серьезной силой?

— 300 тысяч. Тысяч 17 — в Днепропетровской области; Львовской и Волынской — тысяч 10, если мы только об угольной отрасли говорим. То есть 270 тысяч человек живут и трудятся в Донецкой и Луганской областях. Но шахты структурно связаны с машиностроением, специфической техникой, которая используется только здесь, с коксохимическими и металлургическими комбинатами, с научно-исследовательскими институтами, другими производственными объединениями. Поэтому влияние людей «нашего круга» на положение дел в регионе гораздо шире.

И какая же часть старается разобраться, что происходит? Я помню Донбасс перед распадом Союза: на площадях — море людей в черных робах и оранжевых касках! Требования диктовали через стачкомы: отставка президента, роспуск Верховного Совета СССР, внести в Конституцию декларацию о государственном суверенитете Украины. Хотя началось все с полукопченой колбасы. Колбаса безумно подорожала, на пустые «тормозки» начальство не реагировало…

— На нынешних акциях шахтеров немного. Мы изучили вопрос на примере Краснодона Луганской области, на границе с Россией: примерно процентов 15 приходили послушать. И выводил их экономический, а не политический возбудитель — низкая зарплата, особенно на вспомогательных участках. Потом произошла забастовка. Сепаратисты, конечно, воспользовались моментом, вывесили в городе флаги «народной республики» и РФ. Однако с бастующими быстро нашло общий язык руководство «Краснодонугля», холдинг «Метинвест» Рината Ахметова, и «левая» власть исчезла. Флаги с собой забрали.

Послушайте, ведь украинским горнякам регулярно платят, причем всем, а не только «частникам»! Каждый месяц для государственных шахт из бюджета страны выделяют больше 1 миллиарда гривен. В том же объединении «Донбассантрацит», где на днях сепаратисты оккупировали административное здание и санаторий-профилакторий, фонд зарплаты на 7 шахтах составляет 85 миллионов гривен в месяц. И доля господдержки в нем — более 80 процентов.

Но почему тогда шахтеры легко допускают захваты? Они вообще в курсе, что существуют за счет дотаций?

— Каждый сидит — как в норке: «Меня не зацепит, обойдется». Пока не появляются 10 боевиков в балаклавах и с автоматами, выгоняют генерального директора, парализуют работу. И 15 тысяч человек — можете себе представить? — им подчиняются… Здание «Донбассантрацита», кстати, по размерам больше, чем здание Верховной рады.

Независимый профсоюз горняков после ЧП провел заседания профкомов на своих шахтах, сформировал делегацию для ведения переговоров с сепаратистами — если ни местная милиция, ни Киев не в состоянии ни помочь, ни нормально дать по рукам. Захватчики сосредоточились в одной комнате, особо себя не проявляют. «Генералу» позволили вернуться в кабинет и к прямым обязанностям, однако предупредили: «Вызовем, если понадобишься».

По-прежнему не понимаю. Унижаться перед грабителями, терпеть роль жертвы — вместо того чтобы взять и задавить хотя бы массой?! И давно такие метаморфозы случились с легендарным и воспетым донбасским характером?

— На участках, в лаве, — это мастера своего дела. Когда есть стандартные нарушения прав, знают, как защищаться, в какие двери стучать. А тут незнакомая ситуация… Нужна организующая сила. Политики, которые готовы сказать: «Берем ответственность на себя!»

Почему же до сих пор никто так не поступил? Чего еще ждут?

— Не знаю. 5 мая группа боевиков явилась в объединение «Артемуголь», в районе Горловки. Работников четырех шахт распустили, генерального директора Алышева взяли в плен. Я смог попасть на телеэфир в Киеве, рассказать, какие последствия для коллектива, для финансовой стабильности наступят, если «бойцов Путина» оттуда не вынесут сейчас же, позволят добиваться самоуправления территории или присоединения к России. Люди восприняли аргументы и вынудили «посетителей» уйти. Самое интересное, что открытых стычек с шахтерами сепаратисты избегают, чтобы не разрушить собственный образ. Правда, директора увезли в нейрохирургию — со сломанной челюстью, с травмой позвоночника…

Повторяю: многие руководители прежде сознательно препятствовали деятельности Независимого профсоюза горняков, чтобы мы не слишком «просвещали» и «настраивали» рабочих. Процветали карманные профсоюзы, которые сегодня заняли предательскую позицию. Хотя жизнь шахтеров в Ростовской области, в российской части Донбасса, хорошо видна через границу. Около сотни шахт в регионе закрыто, действует лишь то, что выкупил Ахметов. Машиностроительный завод в Каменске тоже принадлежит Ахметову. Больше ничего нет. Безработица, деградация, пьянство, наркомания, смертность в два раза выше рождаемости. Российский городок Донецк, недалеко от Краснодона, после того, как закрылся экскаваторный завод, — вообще кормится за счет контрабанды.

Впрочем, Россия с 2005-го ни копейки не выделила на поддержку собственной угольной отрасли, на 30 процентов сократила инвестиции: не собирается развивать. Но у них есть и другие энергоносители. А украинское государство только в прошлом году 15 миллиардов гривен направило в регион — при убытках от шахт почти на такую же сумму. Производство не реформировано, коррупция. Деньги растворялись… Честно сказать, каждый гражданин Украины, даже помимо собственной воли, заботился о колбасе для шахтеров.

Скорее — о прибылях олигархов, которые на свои предприятия уголь получали дешевле себестоимости. А ну как другие области возьмут и возмутятся: «Хватит кормить Донбасс!»?

— В Западной Европе запасов угля осталось на 150 лет, у нас — на 400. Куда там шахты закрывать! Просто здешнее население деморализовано и запугано: российское телевидение тоже в четыре смены пахало, особенно с начала Майдана. Депутаты Рады сюда ездить опасаются. Украинских журналистов ловят и бросают в подвалы.

Сепаратисты способны подбить шахтеров в поход на Киев?

— Похоже, к этому готовятся: стали блокировать банковскую систему, захватывать инкассаторские машины. Чтобы шахтеры, в первую очередь регрессники, чернобыльцы, инвалиды, — не получили зарплат. И, наконец, подарили телевизионную картинку массовой и добровольной поддержки. Не может ведь «Донецкая народная республика» держаться лишь на страхе и грабежах.

Примеров сопротивления нет вовсе?

— Надо иметь личное мужество, чтобы противостоять в одиночку. Тем более что преступникам помогает милиция: перестали скрывать свои отношения. В шахтерском местечке Новогродовка ворвались к предпринимателю Константину Мусейко. Застрелили собак во дворе, хозяина увезли в помещение облгосадминистрации. Пытали зверски, ребра ломали. Требовали дать миллион гривен «на борьбу с киевской хунтой» и переписать бизнес. У Саши Вовка, шахтера, с боем забрали то немногое, что имел при себе, — 60 гривен; у депутата местного совета Губича — 700 гривен.

Один из российских наемников сорвал с шахтера Александра Гурова золотой крестик с цепочкой, подрезал ножом палец, чтобы по крови соскользнуло обручальное кольцо: «Смертнику зачем?» Особенно разъярила татуировка «Слава Украине!» у Гурова на предплечье. Ее срезали по живому, стеклом от разбитой лампочки. Александр подписал себе приговор тем, что снял с горсовета Новогродовки флаг ДНР.

Чудом удалось ребят отбить и вывезти в Киев, на лечение. Понятно, назад, на Донбасс, им дороги нет. Остальные как воздуха набрали, затаились, ждут, кто победит: Украина, Путин? Второе Приднестровье будет, серая зона, откуда сбегут молодые и трудоспособные? Кстати, в Донецкой и Луганской областях проживает около 160 тысяч шахтеров-инвалидов, которых никто нигде не ждет. Они останутся без социальной поддержки.

После президентских выборов 25 мая ситуация изменится, как считаете?

— Из окружкомов крадут или силой, как в городе Снежном, отбирают печати. Похитили председателя комиссии в Краматорске. Уничтожают списки избирателей, компьютерные базы данных. В Донецкой области, судя по всему, голосование не состоится.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera