Сюжеты

Подсевшие на игру

Один день из жизни школьников-геймеров

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 61 от 6 июня 2014
ЧитатьЧитать номер
Общество

Иван Жилинсобкор в Крыму

 

Один день из жизни школьников-геймеров

ИТАР-ТАСС

— Ты задолбал за ящиком стоять! — Паша с кулаками набрасывается на парня за соседним столиком. Тот не успевает отбиться и падает со стула. «Совсем озверел?» — кричит он Паше, оказавшись на полу.

Два девятиклассника, ученики школы на Октябрьском проспекте Кирова, играют в компьютерную игру CounterStrike. Правила просты: есть две команды — террористы и спецназ. Задача первых — заложить бомбу. Задача вторых — обезвредить ее. Можно еще просто убить всех соперников. Паша играет за террористов. Ставил мину, но Володя его подстрелил.

— Нет бы лицом к лицу столкнуться, как мужик, а он — со спины, — жалуется Паша. — Спрятался за ящиком и стреляет. Крыса. Я ведь уже полковник (в игре присваиваются звания. И.Ж.), уже 14 000 убил, мог бы и уважать.

Результаты Володи скромнее: 8300 убитых. Он — старший лейтенант.

Паше и Володе по 14 лет.

В компьютерном клубе тусклое освещение. Посетителей — 15 человек. В интернете сидят только двое, остальные — играют. Время — 9.00.

— На «Б», — командует Леня, и вся команда террористов бежит за ним. Леня — патлатый парень лет 20, самый старший из игроков в этом клубе. На свитере — олененок Бэмби. Леня учится в техникуме. На пары ходит редко, потому что знает, кому из преподавателей сколько сунуть за экзамен.

— Сейчас будет сессия, придется работать идти, — говорит он. — Ну я обычно грузчиком. Штука (1000 рублей. — И.Ж.) в день получается.

Паша поворачивается к нему: «Опять на месяц пропадешь?» Леня утвердительно кивает. В прошлый раз сессия обошлась ему в 16 000 рублей.

Разговор длится недолго. Игра простаивает.

Каждый день геймеры бороздят просторы восьми - десяти карт. Играют не меньше трех часов в день.

— Родители деньги дают на завтраки, а я их здесь трачу, — говорит Володя. — Идиоты, какие в моем возрасте завтраки в школе?

Иногда деньги дает «АВП». Так ребята называют некоего Костю, который спонсирует их «команду». О Косте они знают немного: «Молодой и веселый». Он много раз приглашал их участвовать в турнирах. За победу платят деньги.

— Один раз даже выигрывали, — говорит Паша. — Турнир по всему Кирову был. Нам по пятьсот рублей досталось, остальное Костя забрал. Там двадцать тысяч было.

Деньги школьники потратили на следующий день: пять часов игры и чипсы с газировкой.

Проходит час.

— Ну что ты смотришь, сел бы тоже поиграл, — Пашу начинает раздражать мое присутствие. Игра у него идет скверно: за час он убил 38 раз, а сам был убит — 14.

Столик рядом освобождается. Я заказываю два часа игры за 120 рублей.

— Заходи на наш сервер, — говорит Володя. — «Nice, ept» называется.

Поиск по серверам показывает 378 вариантов. На каждом играют от 20 до 32 человек. Нахожу нужный.

«Не сердись, если тебя убивают: это всего лишь игра», — гласит баннер перед входом на сервер.

— Это я придумал, — улыбается Паша. Он — администратор сервера. Купил это право за 200 рублей на месяц. Привилегии — бесплатный пистолет и гранаты в начале каждого раунда.

Карта, на которой мы играем, называется «пустыня». Несколько раундов приходится потратить на изучение азов.

— Купить оружие — b, затем выбираешь из списка, — инструктирует Володя. — Задача — убить всех террористов. Ты спецназ. Теры вот оттуда побегут (показывает на узкий проход посередине карты). Увидишь — пали.

Жду с пистолетом. В наушниках слышатся шаги: это бежит противник. Начинается стрельба. В верхней части экрана скользит список убитых. Моя команда уступает: за полминуты потеряно шесть игроков, у террористов — всего два. Выбегаю из-за ящика, успеваю сделать несколько шагов по направлению к туннелю и… подрываюсь на гранате.

— Все придет, — Володя подмигивает.

Не пришло: за день игры я сумел убить лишь одного противника.

Полдень, перерыв на обед — время, когда геймеры выходят «в реал». Паша щурится, глядя на солнечный свет. Сегодня едим чебуреки — их продают в палатке у соседнего с клубом дома.

— Вы здесь каждый день? — спрашиваю я, когда мы садимся на лавку у клуба.

— Не всегда, — Паша говорит, набив рот. — Учиться же тоже надо. Но в основном все тут.

— И не скучно?

— Скучно в школу ходить, — отвечает Паша. — Я когда на какой-нибудь химии сижу, думаю, как этого урода (кивает на Володю) лучше вынести. Ты понимаешь, вот мы пока, типа, дети, нам нужно вот этим заниматься: жизни радоваться. А потом начнется эта маета: работа — дом — работа — дом. Как подумаю — зачем так жить? Я хочу после школы профессиональным геймером стать. Слышал про украинскую команду Natus Vincere? Вот это дело. Чуваки только рубятся в игры и по всему миру ездят, в турнирах участвуют. А им за это платят.

У Володи желания стать профессиональным геймером нет. Он пока вообще не определился.

— У меня из всех предметов только по физкультуре пять и по ОБЖ, — говорит он. — Потому что их ставят на халяву. Остальные тройбаны. Надо машину водить научиться — тогда, наверное, куда-нибудь устроюсь.

Прошу вспомнить, чем они увлекались до того, как пришли в клуб.

— Я в футбол играл, — говорит Володя. — Мама отдала в музыкальную школу на флейту, но долго не прозанимался — скучно было. Особенно сольфеджио.

Паша отвечать отказывается. Наш обед длился 25 минут. После обеда они решили играть до пяти вечера.

— Родители с работы приходят к шести, — говорит Паша. — Значит, за час надо выйти и догнать до дома, чтоб не спалили, что поздно вернулся.

Даже между собой они почти не общаются, если и говорят, то только об игре.

На сервер заходит игрок с никнеймом «Odessa, UKR».

«… домой», — пишет ему Паша в чате и отправляет в бан.

Дальше следует переписка.

Odessa, UKR: За что?

Pasha_blood: Ты еще спрашивать будешь, хохол?

— Я тебе так скажу, — объясняет мне Паша. — Я тут недавно играл на украинском сервере — они все там русских не любят. Про Крым все ноют. Неужели непонятно, что они нам благодарны должны быть, что мы их вообще не целиком забрали?

— Ну это же братский народ, — пытаюсь возразить.

— Какой братский? Ты хоть новости смотришь?..

Он отворачивается и не говорит со мной минут двадцать. Все это время я пытаюсь понять, как живут эти дети — озлобленные, спокойно произносящие слово «убить», но все же дети, подростки. Как они живут «вне игры»? Потом решаю спросить прямо.

— Обычно с родителями телик смотрю, — Володя пожимает плечами. — Вообще трудно сказать. Вчера вот книжку читал про «Темного эльфа» — это фэнтези. Что еще? С котом сижу.

— А в выходные?

— А в выходные мы обычно с Пашкой отпрашиваемся гулять и сюда идем.

Паша на вопрос отвечает философски.

— Ну если так подумать, я много чем занимаюсь: уборкой по дому, например. Мне родители жить не мешают. Занимаюсь, чем хочу.

— И все же, знаешь, — подхватывает Володя, — ты вот все пытаешься выспросить про другие увлечения. Ну, рыбалка там, футбол, музыка. Я все же скажу, что я и в футбол хожу играть, и уроки учу. Но если у меня есть свободная минута, я лучше на компе поиграю. Это тоже нормально.

В 17.00 мы вышли из клуба. За 10 минут ходьбы до автобусной остановки Паша и Володя не сказали ни мне, ни друг другу ни слова.

 

Мнение эксперта

Юрист Ярослав Плетнев:

— К сожалению, российское законодательство никак не регулирует доступ детей к компьютерным играм. В феврале Госдума планировала ограничить распространение «жестоких» компьютерных игр: например, ввести запрет на продажу дисков с «жестокими играми» несовершеннолетним. Но депутаты просчитались: игры сейчас на 95% покупаются в интернет-магазинах, где возраст не проверишь. Скорее всего, эту сферу так и не удастся загнать в рамки какого-либо закона. Действовать должны родители.

Но вот что касается компьютерных клубов, здесь ситуацию исправить можно. В Европе, США да и в российском сегменте интернет-магазинов компьютерные игры маркируются по возрасту (0+, 16+ и т.д.). Если администрация клуба будет спрашивать у посетителей паспорт, то несовершеннолетних гостей можно будет отсечь. Еще лучше — предусмотреть для них отдельные компьютеры, на которых будут установлены только неигровые программы. Такие поправки вполне можно внести в ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью».

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera