Сюжеты

Российский «Призрак оперы» Иван Ожогин: по накалу страстей этот спектакль не легче древнегреческой трагедии

«Новая» побеседовала с исполнителем главной роли российского «Призрака» Иваном Ожогиным и побывала за кулисами МДМ

Фото: «Новая газета»

Культура

«Новая» побеседовала с исполнителем главной роли российского «Призрака» Иваном Ожогиным и побывала за кулисами МДМ

После продолжавшегося почти целый год кастинга наконец-то стали известны имена актеров, которые сыграют в российской постановке «Призрак Оперы» — мюзикла с самой длительной мировой историей непрерывного проката. «Новая» побеседовала с исполнителем главной роли — Иваном Ожогиным, который уже исполнял арии и дуэты Призрака в концертных постановках.

— Иван, времени до начала спектакля остается совсем немного (премьера мюзикла состоится 4 октября — О.П.), на изучение музыкального материала вам отводится 3 недели. Это не очень мало, учитывая сложную музыку Эндрю Ллойда-Уэббера и совершенно новый текст на русском языке?

— Это бродвейская практика — отводить на репетиционный процесс два месяца. Международная творческая команда, которая сейчас работает с нами, ставила «Призрак Оперы» во многих странах мира. Можно сказать, это отработанный много раз и доведенный до совершенства пример организации репетиционного процесса.

— Вы до этого видели другие постановки мюзикла, бродвейскую или вэст-эндовскую? 

— Я смотрел эти постановки уже достаточно давно...

— Вам как кажется, стоит равняться на какого-то исполнителя?

— Я специально не пересматриваю их, чтобы ни на кого не равняясь, совместно с режиссером, вылепить моего собственного Призрака.

— Вы прошли путь от одного из лучших российских мюзиклов («Норд-Ост») до лучшего мирового мюзикла. Нашел жанр мюзикла свою аудиторию в нашей стране? Сможет ли мюзикл когда-то, как и на Бродвее, идти много лет подряд и в России?

— Уже со времени проката «Норд-Оста» было совершенно очевидно, что жанр мюзикла в нашей стране очень востребован, и, так же, как и в США, зритель тонко понимает и отличает качественную хорошую постановку от дешевой попытки приблизиться к этому, как у нас принято говорить, «легкому» жанру. Впрочем, долголетие проекта зависит от многих, слишком многих факторов и не всегда от качества самой постановки.

— Какой самый трудный момент в роли Призрака? Вокально, или с точки зрения актерского мастерства. 

— В роли Призрака вообще нет лёгких моментов. Чтобы спеть эту партию действительно хорошо, нужно иметь грамотную вокальную технику и большой опыт. Что касается драматической составляющей, то по накалу страстей этот спектакль не легче древнегреческой трагедии, постоянные «американские горки» (улыбается).

— Не секрет, что, во многом, разные постановки этого мюзикла отличаются друг от друга одним немаловажным аспектом, а именно — тем, что принято называть «химией» между главными персонажами. Поэтому иногда зрители выходят из зала, сильно переживая, что Кристин в конце делает такой выбор, а с другой постановки – довольные, что все сложилось именно так. Вы team Призрак или team Рауль? 

— Я всегда, целиком и полностью буду на стороне героя, которого я играю. Если зритель, выходя из зала в конце представления, будет сопереживать моему персонажу и не принимать выбора Кристин, то я буду считать, что я на верном пути.

— Видели ли вы так называемый сиквел «Призрака» — Love Never Dies («Любовь никогда не умирает»)? Если да, то, зная, чем закончилась эта история, будете ли вы вкладывать это знание в новую роль? Или же лучше рассматривать эти истории отдельно друг от друга?

— Я смотрел видеозапись этого спектакля и думаю, что отбрасывать в сторону происходящее там нельзя ни в коем случае. Это помогает нам понять виденье автора и композитора. Кристин действительно испытывала сильные подлинные чувства в отношении Призрака, но как это часто бывает и в нашей реальности, сделала выбор в сторону спокойной любви, защищенности и комфортной жизни.  

* Увидеть Ожогина в постановке можно с 7 октября

Театр

Театральная компания «Стейдж Энтертейнмент», которая поставит мюзикл в Москве, провела масштабный кастинг по всей России и за ее пределами. Главную роль Кристин Даэ исполнят Елена Бахтиярова (лауреат Московского Открытого фестиваля академического сольного пения «Серебряный голос») и Тамара Котова (из Санкт-Петербургского государственного театра музыкальной комедии). В роли Призрака зрители увидят Дмитрия Ермака (известный по мюзиклам «Красавица и Чудовище», ZORRO и «Русалочка») и Ивана Ожогина (лауреат «Золотой маски» за роль в спектакле «Бал вампиров»).  Роль Примадонны Оперы Карлотты досталась одной из трех в России обладательниц премии «Грэмми», солистке Большого театра Екатерине Лехиной и солистке «Геликон-Опера» Ирине Самойловой. Два состава — не роскошь, а необходимость. Спектакль будет идти 8 раз в неделю, причем по выходным - дважды в день.

Глава «Стейдж Энтертейнмент», продюсер мюзикла «Призрак Оперы» Дмитрий Богачев рассказывает, что репетиции продлятся 8 недель, из которых первые три актеры будут осваивать музыкальный материал. «Объем гигантский. Но через три недели актеры столкнутся с новыми вызовами: количество перемещений в пространстве сцены, перестановок, движений декораций, перемен костюмов, специальных трюков таково, что если артист еще будет вспоминать текст своих реплик, он точно сойдет с ума», — говорит Богачев.

В МДМ, где будет идти постановка, в подходит к концу реконструкция сценического пространства. Переделывать театр начали в начале мая, и до сентября ежедневно в здании работали до ста технических сотрудников.

Превратить МДМ в условный «Театр Ее Величества» в Лондоне, где уже 28 лет идет «Призрак Оперы», — задача не самая простая. В 80-е годы, когда строили здание Дворца Молодежи, явно не рассчитывали на то, что в 2000-е там будут идти постановки, требующие сложного технического оснащения. За последние месяцы из театра вывезли около 30 тонн старого оборудования, оставив в здании практически голые стены. На прошлой неделе приехали 22 огромные фуры: полторы фуры заняли костюмы, еще три — звуковое оборудование, оставшиеся 18 — декорации и реквизит. Разгружать их пришлось десять дней.

«Десять лет мы ставим здесь мюзиклы, но максимальное количество фур, которые обычно приезжают, — 8-10. Совсем другое дело, когда видишь, как 18 фур по очереди пытаются развернуться на площади перед МДМ, как 80 человек разгружают массивное оборудование вручную, потому что многие элементы нельзя транспортировать на подъемниках», — рассказывает Богачев.

Для доставки особо хрупких элементов декораций пришлось разобрать скрытый до этого центральный вход в зрительный зал и расширить арку дверного проема главного входа в здание.

Многие атрибуты, задействованные в спектакле, пока еще лежат за сценой. Например, знаменитая люстра, которая в представлении должна упасть на сцену, сейчас в фойе, завернута в полиэтилен. Здесь же — массивные свечи из подземелья Призрака, лестница из сцены маскарада и еще куча других коробок с надписью «Fragile» («Хрупкий»). То и дело звуки дрели заглушают голоса Богачева и технического директора Валерия Петрова, которые показывают театр.

Некоторые декорации уже на месте — например, занавес, который в конце первого акта должен упасть на балерин. После каждого представления его придется зашивать вручную. Или позолоченный портик под потолком, где в конце первого акта прячется Призрак, наблюдающий за знаменитой сценой признания Кристин и Рауля. Или выдвигающиеся на сцену театральные ложи, из которых Рауль и другие герои мюзикла смотрят оперу с участием Кристин.

Для другой известной сцены, той, где Призрак впервые показывает Кристин подземелье, в полу сделаны специальные люки, которые в нужный момент откроются, явив на сцену сотни мерцающих свечей.

Вместе с продюсером поднимаемся наверх по лестнице — здесь придется побегать актерам, исполняющим роль Призрака. Богачев смеется, что, учитывая количество перемещений во время спектакля, было бы неплохо подсчитать, сколько пробегает один артист в неделю. На самом деле, один из эпизодов спектакля начинается на сцене: Кристин впервые видит Призрака в зеркале, а всего через несколько музыкальных тактов они уже оказываются почти под самым потолком. Как это реализуют в России, продюсеры не рассказывают — должны же оставаться хоть какие-то секреты.

Под самой крышей МДМ, над колосниками — техническое пространство, импровизированный пол, выложенный поперечными досками. Технический директор уверяет, что бояться нечего — с безопасностью на площадке проблем нет, но смотреть вниз, на сцену, с высоты этой конструкции, непросто даже тем, у кого нет акрофобии.  

«Все базовые работы, типа сварочных и строительных, делаются силами российских техников. Вся техническая, тонкая часть — настройка, монтаж — делается либо силами европейских специалистов, либо под их контролем. Из сложного технического оборудования, увы, ни одной российской детали здесь нет, за исключением, может быть, болтов и металлоконструкций. Это вопрос отнюдь не патриотизма, а безупречного качества шоу. Либо делаем хорошо, либо демонстрируем патриотизм», — поясняет продюсер.

Богачев раскрывает и несколько секретов премьеры. В частности, ожидается приезд самого важного гостя — композитора Эндрю Ллойд-Уэббера.

Рассуждая об отдаленных планах, Богачев признается, что логичным продолжением «Призрака Оперы» считает постановку мюзикла «Любовь не умрет никогда» — этот спектакль в народе называют сиквелом «Призрака Оперы», хотя сам Уэббер всегда настаивал на его самостоятельности.

Посмотреть мюзикл «Призрак Оперы» в постановке «Стейдж Энтертейнмент» можно будет с 4 октября.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera