Сюжеты

Ученики Пушкинской школы

Несколько дней вместе с одним уникальным театром

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 108 от 26 сентября 2014
ЧитатьЧитать номер
Культура

Олег Хлебниковредактор отдела современной истории

Несколько дней вместе с одним уникальным театром

Сцена из спектакля «Дон Гуан и другие». Марина Канаева — Дона Анна, Никандр Кирьянов — Дон Гуан
В.Васильев

Эпиграфом к этой моей поездке стали слова проводницы поезда Москва — Псков. Я обратил внимание, как она внимательна и заботлива к каждому пассажиру, и сказал ей об этом. Она ответила: «А я к своей работе отношусь уважительно». Намного убедительнее, чем если б сказала, что любит свою работу.

В Пушкинских Горах, куда я приехал — на гастроли питерского театра «Пушкинская школа», — это «уважительно» я вспомнил не раз. Именно так молодые актеры театра (а они там все молодые) относятся к своей работе.  Друг к другу — не как к конкурентам при распределении ролей, а как к товарищам и партнерам в общем деле. К зрителям, среди которых в Пушгорах оказалось много юных, и надо было их не только заинтриговать, но и максимально внятно донести до пробуждающихся сознаний глубокий и предельно лаконичный (потому совсем не простой) пушкинский текст. И наконец — к Пушкину. Ни одно слово из его «Маленьких трагедий» и «Сцен из рыцарских времен» не было пробормотано или вовсе прожевано, ни одна ремарка — проигнорирована.

И это, конечно, заслуга народного артиста России Владимира Рецептера, вот уже двадцать третий год возглавляющего Пушкинский театральный центр. Его отношение к пушкинскому слову это не только отношение режиссера и актера, но и — поэта, для которого каждая запятая важна.

Тем более никакого пошлого «осовременивания», которого с классикой не проделывал только ленивый из нынешних лидеров театральных продаж, в пушкинских постановках Рецептера нет и быть не может. А уж чего проще напялить на Дон Гуана джинсы, а застолье в «Пире во время чумы» стилизовать под заседание правительства в разгар чеченской или украинской войны. Но на эти глупости Владимир Эммануилович не ведется, не для того он учительствует в «Пушкинской школе». У него амбиции серьезней: он хочет вернуть русскому театру пропущенное, по его убеждению, звено — пушкинскую драматургию. Почему пропущенное? А как иначе, если «Сцены из рыцарских времен» идут по всей России только в одном, его, Рецептера, театре? А где еще кроме можно увидеть (а не услышать, как оперу Мусоргского) «неосовремененного» под нынешние смутные времена «Бориса Годунова»? А театральную версию «Дубровского»? (Между прочим, Олег Ефремов, по свидетельству Станислава Рассадина, однажды очень емко сказал об отношении нашего театра к драматургии Пушкина: «Проворонили!»)

Сам Рецептер говорит: «Это пропущенное звено и заставило хромать наш театр, отсюда сегодняшнее обожание немецких, литовских, польских театров, которые я высоко ценю, но занимаюсь совсем другим. Я прожил в русском театре полвека и знаю, мне кажется, что нужно делать, поэтому и взялся готовить настоящее и будущее пушкинского направления русского театра».

Взялся он, надо сказать, очень основательно. Усилиями Рецептера еще в 1992 году был создан Государственный Пушкинский театральный центр в Санкт-Петербурге с обширной издательской программой «Пушкинская премьера» и «Театральным собранием сочинений Пушкина». В 2001 году в Санкт-Петербургской театральной академии был набран первый в истории российского театрального образования курс с «углубленным изучением творчества Пушкина». И с 2006 года выпускники этого курса играют в театре «Пушкинская школа». 1 сентября нынешнего года приступил к занятиям новый курс. Ребятам с этого курса предстоят вводы в спектакли театра. Так что его актеры всегда будут молодыми — ровесниками Пушкина времен написания им своих драматургических произведений или тех лет, когда он задумался о реформе русского театра. А случилось это как минимум в возрасте 21 года — именно тогда Александр Сергеевич написал «Мои замечания о русском театре».

Что же он заметил? Пьесы плохие, актеры — тоже, кроме одной, Семеновой (помните — «Желал бы быть твоим, Семенова, покровом…»?), и «по рукоплесканиям нашей публики нельзя судить об успехах русской сцены» (не звучит ли это последнее замечание АС слишком современно?). Друг Пушкина Павел Нащекин говорил: «Ни наших университетов, ни наших театров Пушкин не любил».

Но критикуя что-либо, АС не мог не предложить своей альтернативы, как-никак «умнейший муж России». Так в чем же она, в чем отличие пушкинского направления русского театра?

«Мне кажется, — отвечает Рецептер, — в том, что режиссер не озабочен самовыражением, а стремится явить пушкинский смысл и масштаб актера. Именно актера Пушкин считал в театре главным. Важно, чтобы актер верно понял роль и отменно ее сыграл».

Верного понимания актерами своих ролей Владимир Эммануилович добивается не только на репетициях, но и определяя круг их чтения. Тут он может предложить не только пушкинистику Тынянова и Ходасевича, не только «Моего Пушкина» Цветаевой или ахматовские «пушкинские» работы, но и  собственные книги, где, например, есть подробный и глубокий анализ «Каменного гостя», «Моцарта и Сальери», «Пира во время чумы», не говоря уж о «Русалке», которой посвящены четыре его статьи (и вышла совместная с Михаилом Шемякиным книга).

А сейчас Рецептер задумал создать нечто вроде шекспировского театра в Стратфорде-на-Эйвоне — только это будет пушкинский театр! «Впервые идею создания такого театра, — говорит он, — я предложил в 60-е годы прошлого века, теперь пришла пора…»

И тут, кроме дерзости замысла (кстати, вроде бы поддержанного на самом верху), вот на что хочется обратить внимание: на имя Шекспира. Ох, совсем не случайно хитрый Рецептер в гастрольной программе своего театра поставил «Гамлета» сразу после «Маленьких трагедий» (спектакль называется «Дон Гуан и другие»). Он сопоставляет двух гениев и настаивает на том, что учителем и предшественником Пушкина-драматурга был именно Шекспир. Что пушкинское направление русского театра имеет эти европейские корни. И здесь стоит обратить внимание на слово «европейские». Русская культура — европейская, во всяком случае, во всех своих высших проявлениях. А ее высочайшее проявление – Александр Сергеевич. Помните поэта Рюхина из «Мастера и Маргариты», пеняющего памятнику Пушкину: «Повезло! Повезло!»? 

Хотя Пушкину-драматургу повезло, как уже было сказано, не сильно. Но, кажется, сейчас ситуация начинает исправляться — благодаря усилиям одного практикующего пушкиниста и его молодых учеников.

Не могу не назвать их имена, увы, неизвестные большинству зрителей-читателей (в сериалах они не снимаются). Это захватывающе сыгравшие Дон Гуана и Дону Анну Никандр Кирьянов и Марина Канаева, обаятельная Юлия Скороход (особенно в «Дон Гуане» в роли Лауры), показавший простодушного гения Моцарта без парика Денис Французов и явивший мучающегося Сальери Денис Волков (потом перевоплотившийся в Гамлета), наконец, Григорий Печкысев, сыгравший сначала довлеющего над всем и всеми, а потом сломленного Председателя в «Пире во время чумы».

Хотя некоторые акценты им еще предстоит уточнять, все они, безусловно, талантливы и всерьез стремятся понять Пушкина. «А понять Пушкина, — постоянно повторяет Рецептер, — необыкновенно трудно, на это кладется жизнь». Значит, у этих ребят есть на всю жизнь увлекательное дело. И, конечно, они будут заниматься им уважительно.

P.S. И еще. В статье в нашей газете питерский историк Кирилл Александров написал, что соседние страны станут значительно лучше относиться к России, если она будет предъявлять им Пушкина, а не Сталина. Целиком согласен.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera