Мнения

Рубль — не валюта Новороссии

Падение нефтяных цен определяет девальвацию в большей степени, нежели политическая турбулентность и санкции

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 110 от 1 октября 2014
ЧитатьЧитать номер
Политика

Алексей Полухиншеф-редактор

Падение нефтяных цен определяет девальвацию в большей степени, нежели политическая турбулентность и санкции

Рубль продолжает свой скорбный путь на валютном рынке, обновляя антирекорды. Новые горизонты развития событий — 40 рублей за доллар и 50 за евро. Традиционные факторы, которые раньше влияли хотя бы на ситуативные колебания, уже не действуют: ни некоторого ослабления страстей на геополитическом фронте, ни прохождения налогового периода, создающего спрос на российскую валюту, рынок как будто и не заметил.

Есть и еще одно объяснение, которое должно понравиться публике, разгоряченной конспирологическим угаром, — действия спекулянтов. Действительно, спекулянты на российском рынке присутствуют и играют против рубля. Но ими руководит не «вашингтонский обком», а деловой инстинкт. Они уверены, что валюта продолжит падение, и делают на этом деньги, причем им не важно, называется ли эта валюта российским рублем или нет. К когорте спекулянтов можно отнести и всех российских граждан, которые, движимые исторической памятью, скупили валюты за полгода более чем на 21 миллиард долларов (за весь прошлый год — около 26 миллиардов). Вот так: Крым наш, но доллар все-таки надежнее.

Спекулянты, конечно же, отыгрывают горячие политические новости, но в целом имеют более системный и здравый взгляд на природу российской экономики. Вроде бы и мы все знаем о ее критической зависимости от цен на нефть, но, поскольку весь общественный дискурс заполнен Украиной, неразумно забываем об этом основополагающем обстоятельстве. Посмотрим, как менялся курс доллара по отношению к рублю с начала года, и сопоставим его динамику с политическими событиями.

Итак, с 10 января (открытие торгов) по 31 января доллар вырос сразу на 2,58 рубля, до отметки в 35,24. Что происходило в стране и в мире? Строго говоря, ничего особенного. Да, Майдан был (буквально) в разгаре, но он еще не стал фактором, определяющим место России в актуальной геополитике. Рынок попросту отыгрывал системный негатив: замедление экономического роста, лихорадку в банковском секторе, отсутствие надежд на реформы. Для сравнения: за три недели, с 22 февраля по 16 марта, вместившие в себя окончательное крушение режима Януковича, появление «вежливых людей», заявление о неизбежности в этой связи санкций и крымский референдум, доллар укрепился всего на рубль с небольшим.

Начало войны на Донбассе, последовательное ужесточение санкций и даже катастрофа малайзийского «Боинга» рубль не поколебали, напротив, 23 июня он достиг локального минимума в 33,63 копейки — намного лучше, чем в политически более спокойном январе. А затем началось ралли, которое продолжается и сейчас. Что произошло в политическом плане с 30 августа по 30 сентября? Скорее цепь относительно позитивных событий, начиная с установления режима перемирия на Донбассе и заканчивая разговорами о пересмотре санкций. Однако же доллар подорожал на 2,46 рубля и вплотную приблизился к сакральной отметке «40».

Однако же именно 16 июня цены на нефть, достигнув локального максимума в 114,3 доллара за баррель, последовательно устремились вниз к отметке в 96 долларов и вовсе не намерены останавливаться. Вот здесь корреляция между ценой нефти и курсом рубля настолько явная, что даже неудобно ее детализировать. Но можно строить прогнозы.

Так, ряд экспертов считает, что нефть может успокоиться в районе 80 долларов за баррель. Тогда доллар будет стоить 48—50 рублей. Но страшно не это — экономика просядет на катастрофические 10%, и это настоящий, лютый кризис.

Разумеется, санкции будут работать на его углубление, даже если нефтяные цены остановятся в районе 90 долларов за баррель или вовсе отскочат к 100. При этом важно понимать, что они не ставят каких-то принципиально новых вызовов перед российской экономикой, а просто усиливают негативные тенденции, которые мы сами себе создали. Вот, например, реально острая проблема: дефицит кредитных средств на рынке. Но ведь средние и малые компании не имели доступа к дешевым и длинным деньгам, собственно, никогда, для государственных же монстров средства найдутся: они высосут остатки из банковского сектора и государственных фондов. Или рост оборонных расходов, заставляющий урезать траты на образование или здравоохранение. Он не стал, как можно предположить, ответом на украинский кризис, а был заложен в проект еще при «либеральном» президенте Медведеве.

Арест Евтушенкова и официальное начало деприватизации — это, конечно, следствие раскола элит, но санкции его сдетонировали, а не сформировали.

Так же и с рублем — он и до «Украины» падал. Так что введение санкций — скорее закономерное следствие развития нашего государства, каким мы наблюдаем его в последние годы, — мы в нисходящем тренде до самого дна. А вот где это дно, ответственно предсказать невозможно.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera