Сюжеты

Долгая дорога на крайний Букер

Хорошо, давайте про Фланагана…

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 118 от 20 октября 2014
ЧитатьЧитать номер
Культура

Дмитрий Быковобозреватель

Хорошо, давайте про Фланагана…

Что совершенно непонятно, так это безумный интерес российской прессы к нынешнему англоязычному Букеру. Это совсем чужая литература, ушагавшая от российского романа ужасно далеко — не знаю уж, вперед или вбок; проблемы, которым посвящены книги-финалисты, для России экзотичны и малосущественны; никого из финалистов у нас не знают, а победителя не переводят, и что нам до Тасмании либо до Бирмы времен Второй мировой? Тем не менее каждый считает своим долгом поместить заметку, расспросить эксперта и уловить тенденцию; причины этого интереса к британско-американско-австралийской литературной борьбе связаны, думаю, с полным безразличием к судьбам отечественной прозы, которая в этом году в самом деле удивляет скудостью. Но и в ней кое-что было — автор этих строк, например, намерен посвятить ближайший обзор шеститомному роману русского Пруста Александра Фурмана «Книга присутствия», да вон и Борис Минаев опубликовал очень интересный «Батист», и Валерий Залотуха публикует великолепный двухтомный (2000 страниц!) роман «Свечка», после которого его сценарии — даже «Макаров», даже «Мусульманин» — рискуют навеки оказаться в тени его страшной и насмешливой прозы. Но про это у нас никто не напишет, потому что лень. Нам подавай Фланагана, потому что инфоповод. Хорошо, давайте про Фланагана.

Он принадлежит к «Поколению икс» — к блистательному поколению 1958—1963 гг. рождения (Коупленд, Паланик, Пелевин, Д.Ф. Уоллес, Дж. Коу, Тартт, Франзен). Он родился в 1961 году; он потомок ирландцев, переселившихся в Тасманию в середине позапрошлого века; начинал с журналистики и литературного негритянства, завоевав первую славу книгой «Под кличкой Яго»: это литзапись воспоминаний Джона Фридриха Хохенбахера, который дорос в Австралии до главы Национального совета безопасности (куда более скромная, чем у нас, добровольческая организация типа МЧС), будучи, как выяснилось, беглым международным жуликом. Фридрих то ли застрелился, то ли был убит, то ли имитировал самоубийство и сбежал, и Фланагану пришлось дописывать книжку в одиночку. Этот бестселлер принес ему достаточно денег, чтобы два года сосредоточенно писать первый роман, «Смерть лоцмана». Как еще перевести River guide — проводник по рекам? Герой тонет, перед ним проходит вся его жизнь, критики назвали книгу впечатляющим дебютом. Наибольшую известность принес Фланагану его второй роман (150 000 экземпляров продано только в Австралии!) «Хлопок одной ладони». Сам же он его и экранизировал, и получил в Берлине на 48-м кинофестивале «Золотого медведя»; австралийский режиссер Рольф де Хир, уговоривший Фланагана лично взяться за постановку, клялся, что, прочитав сценарий, рыдал четыре дня. В романе излагается история словенского эмигранта Бояна Булоха, строящего в Тасмании ГЭС. Он в одиночестве воспитывает дочь после исчезновения жены, бесследно сгинувшей во время бурана. Боян потом спился, и его, старого и беспомощного, дочь Соня навещает сорок лет спустя.

Дальше Фланаган решил, что хватит писать «душевные истории», и переключился на более крепкие фабулы. Он написал еще четыре романа, из которых лучше всего продавался «Неизвестный террорист», — а в день смерти 98-летнего отца закончил роман «Узкая дорога на дальний север», основанный на отцовском ветеранском опыте: Фланаган-старший был в японском плену и строил ту Тайско-Бирманскую дорогу смерти, которую у нас знают по фильму «Мост через реку Квай». Я этого романа не читал, честно признаюсь, но те, кто читал, сообщают, что это весьма экспрессивное, горькое, страшное повествование, в котором, несмотря на авторское обещание рассказать о любви, любовь как раз практически отсутствует, зато очень много натуралистических сцен и пессимизма насчет человеческой природы. Почему этот роман победил в первом международном Букере, объемлющем теперь всю англоязычную прозу, — могу лишь предполагать: из всех финалистов Фланаган показался самым серьезным. На фоне пяти прочих романов, посвященных современности с ее семейными дрязгами, кризисом идентичности и прочим мелкотемьем, его книга выглядела по-настоящему трагической. Он умеет писать такие вещи, насколько могу судить по «Неизвестному террористу», которого как раз читал: это история любви стриптизерши Джины Дэвис к подозреваемому в терроризме (на самом деле доказательств нет) черному мусульманину. Она с ним провела всего ночь. Теперь ее разыскивают — ни за что, на пустом месте, случайно попала в камеру наблюдения, — и она пятый день в бегах. «Все мы голые и одинокие», — догадывается она, а все вокруг ее преследуют, ненавидят и боятся. Рецензенты отмечали — справедливо, кстати, — что стриптизерша у Фланагана больно умна (остроумно излагает, Шопена очень любит), но мало ли умных стриптизерш? Спойлерить не хочу, но кончается плохо, от чего читатель, впрочем, испытывает некое облегчение. Как и героиня. Думаю, у нас эту вещь быстренько переведут, а лучше бы издали кого-нибудь из своих: как-никак проблем с террористами у нас было побольше, чем у Австралии, и написать об этом увлекательный и честный роман наверняка кто-нибудь сможет. Если найдется издатель.

А вообще у Фланагана все хорошо, Букера он заслужил, и остается только жалеть, что у нас сегодня нет писателей, которые так умели бы сочетать увлекательность, ум, чуткость к общественным язвам и знание истории. Впрочем, может, они и есть. Просто не нужны никому. Не в Австралию же ехать.

Теги:
книги
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera