Сюжеты

Дали время собраться (с вещами?)

Рассмотрение иска о ликвидации Российского «Мемориала» перенесено на декабрь

Этот материал вышел в № 128 от 14 ноября 2014
ЧитатьЧитать номер
Общество

Ольга Боброваредактор отдела спецрепортажей

Рассмотрение иска о ликвидации Российского «Мемориала» перенесено на декабрь

Вчера Верховный cуд Российской Федерации удовлетворил ходатайство Министерства юстиции о переносе даты рассмотрения иска о ликвидации Российского историко-просветительского, благотворительного и правозащитного общества «Мемориал». Теперь этот вопрос будет решаться 17 декабря — к тому времени «Мемориал» успеет провести конференцию, на которой надеется снять основания для многих претензий Минюста.

Я напомню суть претензий.

В конце 2012 года Министерство юстиции РФ взялось проверять Российский «Мемориал». По итогам проверки получился многостраничный «Акт», из которого следовало, что данная организация попирает ну едва ли не самые основы.

Центральный блок претензий был исключительно бюрократического свойства, и сводился к отсутствию иерархической структуры Российского общества «Мемориал». Если говорить конкретно: наименования представительств на местах не содержали формулировки «региональное представительство».

Проверяющим из Минюста, конечно, стоило бы лучше знать историю возникновения «Мемориала» — все-таки это немаловажная страница и в истории всей страны. Тогда бы они учли, что еще в позднесоветские времена в разных концах Советского Союза возникли неформальные группы, объединенные идеей восстановления памяти и прав людей, растоптанных тоталитарной машиной; что в 1989 году все эти группы объединились во Всесоюзный «Мемориал» под председательством А.Д. Сахарова. Ну а с падением СССР Всесоюзный «Мемориал» стал Международным, а российские группы объединились, соответственно, в Российский «Мемориал» на прежних горизонтальных принципах. Среди них нет «руководящих» и «подчиняющихся». Российский «Мемориал» для обществ на местах — никак не головная контора, а координирующий орган. Не начальство — а инструмент. Ни одно из местных обществ не появилось по указке Москвы. Все они и называются как-то по-своему, к примеру: «Рязанское городское историко-просветительское правозащитное общество «Мемориал». Или вовсе: «Котласское городское историко-просветительское общество «Совесть».

Некоторые из этих местных организаций со временем даже утратили статус юрлиц — поскольку на соблюдение бюрократических приличий времени уходило больше, чем на работу. И это не мешало им оставаться в составе Российского «Мемориала».

Минюст подобных горизонтальных отношений не понимает. Минюст не может взять в толк — как это что-то может возникнуть само по себе, без решения сверху? По логике Минюста, в совокупности своей все эти организации — всего лишь набор разрозненных юридических лиц и беспокойных граждан, а никак не представительства Российского «Мемориала» на местах. И Российское общество «Мемориал», стало быть, не нужно.

Впрочем, данные претензии Российский «Мемориал» сможет нивелировать в ходе конференции, которая пройдет 20–23 ноября. (Не нужно думать, что «мемориальцы» убоялись и решили потакать Минюсту. Дело лишь в том, что с сентября вступили в силу кое-какие поправки в Гражданский кодекс, и общество намерено привести свою структуру в соответствие с законом.)

Но что делать со вторым блоком претензий, согласно которым «…деятельность по достижению уставных целей Общероссийской общественной организации «Российское историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал» не ведется, так как документально не подтверждена…»?

Каких подтверждений работы Российского «Мемориала» хотел Минюст? Цитирую:

« — сведения о фактической деятельности по выполнению уставных целей и задач общества;

— документы по ведению электронного банка данных жертв репрессий;

— переписку Организации с физическими и юридическими лицами по вопросам осуществления деятельности, направленной на достижение уставных целей».

И т.д.

«Мемориал» признает: таких документов по большей части нет. Ну не документирует никто работу «по ведению электронного банка данных жертв репрессий». Сидит Ян Рачинский и час за часом настукивает эту базу. Где взять время, чтобы еще и документировать этот монотонный и такой нужный труд? Можно заставить врачей тратить по 8 минут на прием пациента, а потом часами заполнять бумажки. Но почему и «Мемориал» должен это делать?

Я хочу подчеркнуть этот момент: Минюст требует подтверждений «фактической деятельности по выполнению уставных целей» не у чиновника муниципальной администрации, не у судьи, который рассмотрит иск. Он требует таких доказательств у общественной организации, которая существует отнюдь не на средства налогоплательщиков — а исключительно за счет энтузиазма собственных членов. Государство желает, чтобы ни один акт в этой стране не остался неучтенным. Следующим шагом Минюста, я полагаю, будет запрос подтверждений «фактической деятельности по выполнению уставных целей» семейных союзов. Все ли справляются? Кто филонит?

Любопытный вопрос: что будет, если суд все же примет решение ликвидировать Российский «Мемориал»? А вот представьте — ничего не будет! Уничтожение российского общества никак не влечет за собой ликвидации обществ на местах. Они как работали — так и будут работать. Более того, и сам Российский «Мемориал» продолжит свою работу: те же люди будут сидеть на тех же местах и, как и прежде, бесплатно делать ту же работу. Этого, по счастью, никакой суд пока запретить не может.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera