Сюжеты

Рыдают все: от докторов до коммивояжеров

В Москве начался фестиваль «NET»

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 132 от 24 ноября 2014
ЧитатьЧитать номер
Культура

Елена Дьяковаобозреватель

В афише XVI фестиваля «Новый европейский театр» — блестящие имена: Кэти Митчелл, Деклан Доннеллан, Михаэль Тальхаймер, Ромео Кастеллуччи. «NET»-2014 длится до 10 декабря. И, как всегда, испытывает традицию на разрыв. А иногда и продолжает


«Деменция»

В афише XVI фестиваля «Новый европейский театр» — блестящие имена: Кэти Митчелл, Деклан Доннеллан, Михаэль Тальхаймер, Ромео Кастеллуччи. «NET»-2014 длится до 10 декабря. И, как всегда, испытывает традицию на разрыв. А иногда и продолжает.

«Деменция» Корнеля Мундруцо и его театра «Протон» (Венгрия) открыла фестиваль. Мундруцо — не только театральный режиссер с европейским именем, но кинорежиссер, лауреат «Серебряного льва» фестиваля в Локарно. Его предыдущий спектакль, «Стыд» по нобелевскому роману Дж. М. Кутзее, с успехом шел на Авиньонском и Венском фестивалях — и, к сожалению, так и не приехал в Россию. Но «Деменция» прошла в Петербурге, на «Балтийском доме», а затем в Москве.

Этот спектакль не привезти было невозможно. Тут всё наше.

Пьеса написана режиссером и актрисой Катой Вебер (она же играет медсестру Дору). Сценограф — Мартин Аг, и работа его для спектакля очень важна. Дворец в Будапеште, памятник XVIII века, занят психиатрической клиникой. Специализация ее — деменция, возрастное слабоумие. В двухэтажной декорации осыпается больничный кафель, наспех налепленный в социалистические времена поверх гирлянд и амуров в бальных залах. Стынут немытые с 1970-х окна особняка. Дикая смесь былого блеска балюстрад, дешевого белья, капельниц, фикусов в пластиковых горшках, музыки Штрауса (оперетта «Венская кровь» — лейтмотив спектакля) создает очень точный портрет пространства, в котором уже лет 20 слабые и бедные не нужны никому.

В клинике остались четыре пациента: престарелая дива оперетты — мясистая и цепкая, с успехом пережившая все режимы ХХ века; тихий профессор математики; молодая женщина — из тех, что восемь часов в день кипятили чайники и делились рецептами во всех НИИ и КБ советского мира. И убежденный демократ, верный идеалам: этому всю жизнь сломал Чаушеску — и только Чаушеску!

С ними врач и медсестра. Суетливые, скользкие, прошедшие жестокую школу выживания в прекрасном новом мире постсоветской Венгрии, готовые почти ко всему (и тем не менее — безнадежные лузеры), ни шиша не умеющие в профессиональном смысле. Именно в такой дряхлой складке времени, в руинах империи, в Восточной Европе они могут выжить, сохраняя дипломы. И даже (что касается доктора) — репутацию «одного из лучших в стране психиатров».

Но и выхоленный покупатель здания в нежно-голубом пиджаке — тот еще Лопахин. С мэрией он договорился, судьба больных его не касается. Во дворце будет клуб для взрослых. Медсестра и пациентка Отика (раздавленная болезнью до потери всякой воли) могут остаться.

Других бизнес-планов для дряхлого дворца явно нет: никто не понимает, что с ним делать?!

Больные готовы «уехать отсюда навсегда»: они строят поезд из кроватей. Готов и доктор: ему покупателем обещана клиника в Швейцарии. И личный переводчик: языков доктор не знает.

Но когда тихо сдвигается декорация (очень сильный театральный момент!), скрывая с глаз нищету больницы, являя зрителям одряхлевшее великолепие старого дворца, украшенное китайскими LED-гирляндами к Рождеству, — все остаются внутри. Во тьме: свет уже отрублен. А в головах «медперсонала» корчатся, доводя до полной шизы, остатки стыда: пошел ты, гад! Это наша страна и наши люди! Мы их не бросим. Вместе умрем в руинах.

«Полную правду о времени» не обязан — да и не сможет, вероятно, — добыть ни один художник. Безнадежная, отпетая, злая правда «Деменции» о 1990-х и последующих годах тоже неполна. Но этот опыт заглядывал в окна ко всем, ломился на сцену, орал из газет и бубнил по вагонам. И как-то — замечен был мало. Все бежали в светлое будущее. (У нас тут вспоминается спектакль Камы Гинкаса с Олегом Табаковым по пьесе Олега Богаева «Русская почта»: тихое безумие пенсионера Ваньки Жукова, умирание в нищей квартире 1990-х, среди теней рухнувшей «красной империи СССР». Но прошло 15 лет — и пьеса не пошла по России, и спектакль полузабыт.)

«Деменция» орет об этой правде с крепостных стен. В ней есть злая сила смеха и слезы ярости. За немытым дворцовым «окном в Европу» видна судьба или часть судьбы региона и эпохи.

Спектакль Дмитрия Волкострелова и его петербургского театра Post «Лекция о ничто» — радикально иной. В белом-белом зале Музея современного искусства на Петровке стоит белый-белый куб, похожий на полотняные выгородки в рентгеновских кабинетах. По полу расставлены белые настольные лампы. Вокруг куба сидят 12 зрителей. Два актера, скрытых от глаз публики, читают эссе американского композитора и философа, великого деконструктора традиционной музыки Джона Кейджа «Лекция о ничто» (1949). Ровный шорох повторяющихся слов, монотонные модуляции голосов, затемнение, свет белых ламп — иного сюжета нет. Коллективная медитация (как всегда у Волкострелова, похожая на элегантную мистификацию) длится 45 минут. Рефреном в эссе Кейджа, построенном по законам музыки, служат слова:

— Если кто-то хочет спать — может спать.

И действительно: из 12 зрителей половина дремлет.

«Лекция о ничто» пройдет в Москве еще раз, весной, на фестивале «Золотая маска»: спектакль включен в число номинантов раздела «Эксперимент».

Новый спектакль французского режиссера и драматурга Жоэля Помра «Великая и невероятная история коммерции» прошел на «NET»-2014 19—20 ноября. Помра — один из самых известных драматургов современной Франции (его злые и грустные деконструкции «Пиноккио» и «Красной Шапочки» шли и в России, а «Золушка» недавно поставлена в театре «Практика»). Как режиссер Помра работал в парижском театре Питера Брука «Буф дю Нор» и на сцене «Одеона». В театре «Одеон» шла и «Великая и невероятная история коммерции».

Полудокументальная (как уже не раз было у Помра) пьеса построена на разговорах с племенем коммивояжеров, с седыми асами разъездной коммерции и прямых продаж на крыльце коттеджей 1960-х — и с их наследниками наших дней (когда, как водится, работать стало труднее). Декорация лапидарна: безликий номер отеля экономкласса, где четверо многоопытных коммивояжеров учат юного коллегу входить в дома, где его не желают видеть, просачиваться в прихожие, гладя хозяйских собак, великодушно объявлять обывателям, что им будет сделано великое одолжение — и продавать, продавать, неумолимо продавать публике свой продукт!

Где-то в середине действия выясняется специфика продукта: это не тостер и не инновационная омолаживающая маска. Напротив! Это необходимый каждому сборник справочных материалов и юридических советов по правам человека и борьбе за них.

Так что и потерто-солидная компания коммивояжеров на сцене приобретает совершенно другие коннотации. А печальная (как обычно и бывает у Помра) история кажется притчей.

Инструктаж заканчивается лающим, неостановимым плачем новобранца коммерции. В конечном итоге — он обучен технологиям унижения и умению крутить великое колесо ненужного.

Социальная инициация состоялась. Юноша готов оплачивать самостоятельную взрослую жизнь.

Полное расписание «NET»-2014 размещено на сайте. Фестиваль только стартовал: в его афишах много яркого. 26 ноября в Доме музыки одним спектаклем пройдет «Зимний путь» южноафриканского режиссера и художника Уильяма Кентриджа. В основе — знаменитый вокальный цикл Lieder Франца Шуберта. Поет баритон Маттиас Герне, звезда Ковент-Гардена и Венской оперы, один из лучших в мире исполнителей песен Шуберта. У рояля Маркус Хинтерхойзер, известный пианист, с 2015 года — новый интендант Зальцбургского фестиваля.

А 2 декабря по следам шубертовских очарованных странников прогремит «Конармия» — экспериментальный балет-оратория Максима Диденко по мотивам рассказов Бабеля.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera