Сюжеты

Гайдаровский форум-2015: что это было? Ключевые цитаты

Жить по-старому уже не получится, но и шансы на радикальный поворот остаются теоретическими

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 3 от 16 января 2015
ЧитатьЧитать номер
Экономика

Алексей Полухиншеф-редактор

Жить по-старому уже не получится, но и шансы на радикальный поворот остаются теоретическими


РИА Новости

Гайдаровский форум традиционно проходит сразу после завершения новогоднего загула, еще раз, уже на трезвую голову, подводя итоги прошлого года и одновременно намечая повестку наступившего. Прошлый год был в такой степени наполнен взрывной и космической эскалацией православно-коммунистической архаики в медийном поле и в реальности, что либеральной общественности — а идеологическое позиционирование форума вполне очевидно — нужно было как-то встретиться, сверить часы и обсудить результаты.

С этой точки зрения политически важно то, что на панельной дискуссии с фактически программной речью выступил Дмитрий Медведев.

Премьер и в прошлом году был MVP форума, но тогда ситуация была совсем другая, обсуждали что-то про стабильность. Надо сказать, что в компании нескольких поколений либералов от Чубайса до Юдаевой, включая фрондирующего Грефа и диссидентствующего Кудрина, Медведев смотрелся вполне органично. Чувствовалось, что ему тут уютнее, чем, например, на форумах «Единой России», которую он формально возглавляет.

Читайте также:

Греф: Россию ждет «масштабнейший» банковский кризис

Оно и не удивительно, ведь многие однопартийцы типа Евгения Федорова или антарктического беженца Сидякина, если бы им дали почитать речь Медведева без указания авторства, однозначно заявили бы, что она написана в Госдепе. Хотя в действительности она с вариациями повторяет содержание послания президента (Путина) Федеральному собранию, если вырезать из него всю эту тему про Древнюю Корсунь. Ведь магистральная тема свободы предпринимательской инициативы как главной антикризисной идеи прямо заимствована из текста послания, вместе с набором конкретных решений типа моратория на повышение налогов или снижения административного давления на бизнес.

Практически каждая из предложенных (или скопированных) премьером мер сама по себе как минимум неплоха, но в совокупности они не дают надежды на существование какой-то интегральной либеральной программы.

Да, Медведев жестко заявил, что правительство не будет принимать никаких решений глазьевского извода типа фиксации курса рубля или отказа от выплаты внешних долгов, но отказ от сползания в мракобесие не означает сам по себе движения на вершину.

Читайте также:

Дмитрий Медведев: Россия — часть Европы и европейской цивилизации. Декабрьское интервью телеканалам (ХРОНИКА)

Масштаб кризиса, который власть, похоже, начинает осознавать, требует соразмерных — то есть радикальных решений. И в последнюю очередь они касаются процентных ставок или механизма рекапитализации банковской системы. Тут нужен бы масштаб решений настоящий, гайдаровский (раз уж форум). Но если Егор Тимурович под политической «крышей» Ельцина демонтировал остатки плановой экономики, то сейчас нужно сносить административную систему и радикально менять правоохранительную и судебную. Об этом на форуме говорил и Герман Греф — кстати, из ВИПов он один.

Даже Кудрин, формально менее зависимый от Путина, ограничился идеей о возможности ротации бояр.

В общем, понимание того, что жить по-старому уже не получится, вроде как есть, но политической воли изменить хоть что-то существенное — нет. Застой и кризис — очень опасное сочетание.

 

Прямая речь

Дмитрий МЕДВЕДЕВ, председатель правительства РФ:

— Российская экономика, кстати, начала притормаживать еще при высоких нефтяных ценах. Но они все-таки позволяли нам как-то продвигаться вперед. Экономика и сейчас демонстрирует отдельные элементы роста, но рост количественно и качественно не соответствует ни нашим возможностям, ни, скажем прямо, нашим амбициям.

Старая энергосырьевая модель исчерпана, это понимают все, она не может дать ни устойчивого роста, ни стимулов для инвестиций в реальное производство. Все слабее она воспринимает технологические инновации, и главное, не обеспечивает стабильного повышения уровня жизни.

Поэтому важно не только объективно оценить и правильно отреагировать на изменение традиционных для нас внешних рынков, не просто справиться с экономическим и политическим давлением извне, не просто стабилизировать текущие колебания валютного курса — в целом задача более масштабная и более ответственная: речь идет о том, чтобы изменить саму модель нашего развития.

 

Герман ГРЕФ, президент Сбербанка:

— Нужен радикальный поворот в экономической политике — радикальный поворот, который приводит к сдвигу парадигмы, который ломает сложившийся стереотип и резко возрождает доверие бизнеса к власти. Без такого доверия нам дальше проводить любую политику будет невозможно. <…> С каких институтов начинать? Это, конечно, судебная, правоохранительная реформа. Пока не будет снижено давление на бизнес, повышена прозрачность прав собственности и прозрачность работы всей правоохранительной системы, говорить об улучшении инвестиционного климата будет невозможно. <…>

Ставка 20% — это казино, и очевидно, что тот, кто вкладывает в менее надежный банк под такие ставки, тогда он игрок в казино с желанием постоять в очереди за тем, чтобы получить свои деньги обратно.

 

Алексей УЛЮКАЕВ, министр экономики:

— В кризисной ситуации самое главное — сохранять душевное спокойствие, иметь крепкие тылы дома, в семье, и больше всего думать о собственном здоровье и здоровье своих близких. Баррели, санкции — это все преходящее. <…> Наша политика, наши меры должны быть неэластичными относительно внешних факторов, а больше ориентироваться на те глубинные проблемы — структурные, институциональные, циклические, с которыми мы сталкиваемся не только сейчас, но и прежде. <…>

Можно представить себе ситуацию, когда фискальная политика смягчается, то есть тот уровень расходных обязательств, который зафиксирован, исполняется государством, может быть, с какими-то корректировками, при этом монетарная политика может быть достаточно жесткая. Почему я думаю о таком варианте… потому что социальные и оборонные обязательства гораздо сложнее сохранить, монетарная жесткость отсекает неэффективные проекты.

 

Антон СИЛУАНОВ, министр финансов:

— Не может государство тратить расходов столько, сколько было при росте экономики, при цене нефти 100 долларов. Надо эти траты корректировать. Иначе мы придем к инфляционной спирали: будем занимать у ЦБ, что приведет к ускорению инфляции. <…> По 2015 году мы будем выходить в Госдуму с предложением сокращения на 10% всех расходов, за исключением оборонных. Но на самом деле мы видим, что и этого недостаточно. Мы должны иметь гораздо больший ресурс для оптимизации, чтобы не палить резервы.

 

Татьяна ГОЛИКОВА, председатель Счетной палаты:

— Оперативные данные об исполнении бюджета 2014 года свидетельствуют о том, что мы, несмотря на все сложности, получили дополнительные доходы в федеральный бюджет порядка 228 млрд рублей, но это оперативные данные, они могут быть скорректированы. Мы недовыполнили расходы на 156 млрд рублей. Соответственно, это ресурс к тому, чтобы совершенно свободно исполнять бюджет в начале финансового года. <…> Всем участникам бюджетного процесса предложено эти 90%, которые у них сохранились, перераспределить так, как они это видят. Мне кажется, что это ошибка, ошибка методологическая, поскольку любое перераспределение, даже при равномерном 10% сокращении, должно быть соотнесено с той самой программой, которую определяет для себя правительство, и с теми приоритетами, которые оно ставит для того, чтобы выйти из той ситуации, в которой мы на сегодняшний день находимся

Читайте также

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera