Сюжеты

Варить сыр и рулить «Титаником»

Это возможно, даже когда валится экономика, душат санкции и дешевеет нефть. Премьера рубрики «Выживаем с Наталией ЗОТОВОЙ»

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 7 от 26 января 2015
ЧитатьЧитать номер
Общество

Наталия Зотовакорреспондент

Это возможно, даже когда валится экономика, душат санкции и дешевеет нефть. Премьера рубрики «Выживаем с Наталией ЗОТОВОЙ»

Первая история нашей антикризисной рубрики — не о тех, кто потерял, свернул, разорился или готовится «свалить», а о смельчаках, чей бизнес именно сейчас начал раскручиваться, поскольку заточен как раз под кризис. Предприниматели уверены, что в России и в такое критическое время полно возможностей.

 

Эдуард и невидимая рука рынка


Фото: Виталий Кавтарадзе / «Новая»

«Кризис — он не в клозетах, а в головах, как разруха, — перефразируют профессора Преображенского основатели сервиса CarPrice. — В кризис люди не перестают есть, одеваться, передвигаться — а значит, тратить деньги. Деньги, считай, на улице валяются — надо уметь их увидеть и поднять».

CarPrice запустился летом, а в «черном» декабре, когда евро пробил 100 рублей, а испуганные россияне обчистили в магазинах полки с электроникой, их продажи подскочили сразу на 20%.

К Эдуарду Гуриновичу и его троим друзьям-сооснователям обращаются, чтобы продать свою машину. Они — не скупщики, а площадка для купли-продажи. Фото и описание характеристик машины моментально публикуются на сайте, и в течение получаса перекупщики торгуются онлайн. Лучшую из предложенных цен CarPrice озвучивают покупателю, и если цена нравится, сразу же оформляют сделку.

Мы заходим в ангар. Вокруг нескольких машин крутятся сотрудники, их задача — сфотографировать на планшет все повреждения автомобиля для оценки его стоимости. Эдуард показывает новинку: круглую платформу для съемки машины со всех сторон. На сайте появятся 3D-изображения, крути и рассматривай, как хочешь. Фото и характеристики машины сразу загружаются в программу, руководящую оценщиком пошагово, чтобы не было места для ошибки. Программу разработали сами и продолжают улучшать.

«Первых оценщиков мы брали с авторынка и два месяца объясняли, что такое клиентский сервис и почему не надо выжимать клиента досуха, предлагая 20 тысяч, если объективно вещь стоит 50», — рассказывает Эдуард.

Единого прайс-листа, статистики цены на подержанные автомобили в России нет, объясняет генеральный директор: среднюю цену узнать негде, а 95% таких сделок совершаются из рук в руки. Каждый владелец просит за свою машину столько, сколько хочет получить, а не сколько она стоит реально. Покупатель же (особенно если это посредник) стремится получить не меньше 100 тысяч прибыли с автомобиля: так принято на рынке. Поэтому снижает цену до мизерной. Аукцион же, где все предложения видны, а конкурент наступает на пятки, позволяет найти справедливую цену. Ребята вспоминают, что перекупщикам поначалу не нравилось получать всего 20 тысяч прибыли вместо ста, но легкость поиска машин, не вставая со стула, компенсирует эту потерю. CarPrice хотят стать тем самым стандартом, куда обращаются, чтобы узнать рыночную цену машины.

«Наша глобальная миссия — сделать наш закостенелый рынок цивилизованным, — говорит Эдик. — Мы будем невидимой рукой рынка».

Они вообще ставят себе глобальные задачи, эти четверо молодых людей. «Просто деньги — это неинтересно. Ощущение, что вы меняете мир, — вот это и значит быть предпринимателем», — говорит Эдуард, у которого к 23 годам уже три успешных бизнеса за плечами. Другие три сооснователя — Александр Данилов, Сергей Тиссен, Артем Большаков — не так молоды, но ни одному из них нет 35. Учились почти все за рубежом, но живут в России: здесь интересно, а в Европе или Америке, говорят, так просто компанию с нуля не построить. За границей давно есть похожие сервисы, но вся реализация придумана ребятами едва ли не на коленке, а идея сама по себе, говорят они, ничего не стоит. В новом году планируется открыть 19 точек для диагностики машин (сейчас их три) и увеличить выручку в 10 раз. Большие деньги — это уже интереснее: Эдуард хочет построить компанию, которая стоит миллиард, и уверен, что уже начал: «Всем же хочется порулить «Титаником»!»

 

Олег и первый российский пармезан


Фото: Виталий Кавтарадзе / «Новая»

Двадцатисемилетний Олег Сирота ходит этаким купчиной: длинная рыжая борода, сапоги, широкое пальто. «А как, по-вашему, должен выглядеть человек, который открывает сыроварню?» — с подкупающей самоиронией разводит руками Олег. Под пальто, правда, обнаруживается модный синий кардиган совсем не купеческого вида. Еще недавно Олег был айтишником и зарабатывал на жизнь продвижением сайтов.

Теперь планирует завести 30 коров (это для начала) и делать первый в России пармезан. Из Европы-то сыры вернутся нескоро.

Завести свое хозяйство Олег хотел давно — он родился и вырос в деревне, где в школьном дворе паслась скотина, а у каждой семьи было свое хозяйство с курами и огородом. Отец и сейчас держит пасеку, но замахнуться на сыроварение Олег решился только после Крыма — говорит, экономика совершила поворот на импортозамещение, так что теперь на фермеров наконец обратят внимание, и если не помогут, то хотя бы перестанут им мешать. Ответные продуктовые запреты Олег называет «подарком»: «Хоть бы санкции подольше продержались. Пока никто там ни с кем не помирился, мы можем развиваться». Теперь Олег стал нужен чиновнику — хотя бы для отчетности. И действительно, в Истринском районе местные власти уже сдали ему в аренду кусок земли. Уже и место на рынке для него резервировать хотят, торопят. Хотя первый пармезан будет готов нескоро: твердый сыр сложен в изготовлении и должен «доходить» в подвале около года. До этого времени Олег собирается выживать за счет экотуризма и молочных продуктов — а пока готовит сыр прямо дома, в кастрюле.

Олег — глубоко православный, но РПЦ не признает: читает Библию сам, молится дома. Единомышленников находит в слободе православного миллионера Германа Стерлигова, где живут по Священному Писанию и планируют программу расселения людей из мегаполисов в деревню, на землю.

Самое ценное приобретение — технолога — нашел в группе «Антимайдан» «ВКонтакте».

Россиянин 12 лет прожил в Германии, работая на сыроварне, но недавно решил возвращаться на родину «по нравственным соображениям».

Олег настоял, чтобы мы съездили посмотреть на его поле. Оно совершенно пустое и в снегу. Но Олег уже видит здесь коровник, тут — дом («Обязательно с большими окнами!» — настаивает жена), а там — пастбище. «Медоварня будет в виде огромной бочки меда, чтобы с шоссе было видно. Туристов будем запускать смотреть на чан, где варится мед. Вы такой медовухи не пробовали! Если правильно варить, она выходит газированной, как шампанское, открыл — и пробка в потолок».


Фото: Виталий Кавтарадзе / «Новая»

«Это не бизнес, — говорит Олег, — это образ жизни». Для него антисанкции — долгожданная возможность жить на земле, работать руками и при этом не пробавляться одной картошкой. Чтобы найти стартовый капитал, Олег продает квартиру покойной бабушки и машину. Кредиты, говорит, как сейчас не дают, так и до кризиса не давали. А там разберемся. «Это ж русский подход — сначала ввязаться, потом выкручиваться. Но если бояться, что отберут, запретят, денег не хватит, то так за всю жизнь можно ничего не сделать».

 

Саша, Максим и их «Шерлок»


Фото: Екатерина Смолина

Александра Гройсман и Максим Лебедев познакомились на телеканале «Дождь»: работали продюсерами. Оттуда ушли в развлекательное ТВ: разрабатывали сценарии для сериалов. Но потом, говорит Саша, ужасно надоело от кого-то зависеть: от каналов, фокус-групп, финансирования… И те же самые сценарии они решили не отдавать на телевидение, а воплощать прямо в жизнь.

Саша и Максим вместе называются «Шерлок» и устраивают игры в реальности. Игроки попадают в созданные для них небывалые обстоятельства и выкручиваются, используя логику и наблюдательность. До России недавно дошли — и сразу стали модными — квесты типа «выберись из комнаты за 60 минут». С этого «Шерлок» и начался.

Пока комнат две. Одна изображает мексиканский бар, другая переносит игроков на развалины цивилизации майя. Уже в этом году комнат-ступеней игры станет восемь, и их свяжут в историю о погоне за похитителями чудодейственной вакцины: прошедший все восемь найдет разгадку.

Начинали бизнес еще до кризиса, но рост евро оказался молодым людям на руку: «Люди, которым теперь не по карману поездки и путешествия, все равно будут отдыхать и развлекаться. А мы даем возможность испытать новые ощущения, не выезжая из Москвы». В новогодние выходные спрос действительно был ажиотажный, операторы игр не успевали поспать. После праздников боялись спада — но его не произошло.

Правда, пока игры своим основателям денег не приносят. Максим рассказывает: чтобы стартовать, пришлось продать даже машину своей девушки — а также уговорить кучу знакомых стать инвесторами. «Не знаю, что должно случиться, чтобы мы не добились успеха, — разве что молния нас поразит! — Саша уверена в успехе. — Ну или если мы начнем лениться».


Фото: Екатерина Смолина

Формат «выход из комнаты» — только первый шаг. Саша и Максим планируют охватить любые игры, кроме компьютерных. «Любите «мафию» — мы вам сделаем салонную игру на 10 человек, где надо будет вычислить, кто из присутствующих убийца, как у Агаты Кристи, — рассказывает Саша. — Любите кино? Сделаем игру «Экранизация» — этот квест будет проходить по мотивам фильмов и сериалов, в том числе «Во все тяжкие» и «Секс в большом городе». Только выйдите уже из дома, вытащите с собой старых друзей или найдите новых, не сидите в фейсбуке!»

 

***

Похоже, не увидит свет лишь самый мрачный и безнадежный стартап — сервис, помогающий россиянам уезжать за границу. Только случится это отнюдь не из-за кризиса: его создательница влюбилась и уехала в Париж, оставив сограждан без помощи в подобной ситуации.
 

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera