Сюжеты

«Хоть мы и военные, но войну надо останавливать»

Это слова украинского генерала Розмазнина, которому, как и его российскому коллеге, теперь предстоит претворять в жизнь то, о чем договорились в Минске

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 15 от 13 февраля 2015
ЧитатьЧитать номер
Политика

Это слова украинского генерала Розмазнина, которому, как и его российскому коллеге, теперь предстоит претворять в жизнь то, о чем договорились в Минске


Фото: Ольга Мусафирова / «Новая»

Когда встреча в Минске только начиналась, мы приехали в совместный штаб российско-украинской военной мониторинговой группы. До возобновления боевых действий штаб этот находился в Дебальцеве. Но затем его покинули сначала российские представители, а позже и украинские — теперь штаб находится в Соледаре, в 60 км к северо-западу от линии столкновения.

Именно этому штабу поручено совместно с ОБСЕ наблюдать за выполнением новых Минских соглашений (в их военной части). Или, точнее, как заявил Владимир Путин, «установить, что же все-таки на самом деле происходит сейчас в реалиях жизни, и попытаться выработать хотя бы какой-то комплекс мер верификации принятых решений, проверки и соблюдения их с обеих сторон».

Мы приехали в Соледар без предупреждения. Штаб занимает здание гостиницы, территория вокруг него обмотана красной ленточкой. На крыльце встречаем человека в старой российской военной форме и шлепанцах, который представляется комендантом и говорит, что без предварительного согласования встречи вообще-то не проводятся. Но все же пускает внутрь.

Генерал Александр Розмазнин, глава украинской миссии в штабе, вышел к нам уже через минуту.

— А с российским (главой миссии. — П. К.) не хотите поговорить? — спросил он. — С генералом Вязниковым?

— Хотим.

— А он, наверное, не захочет, — сказал генерал Розмазнин. — Но я ему сейчас позвоню.

— Почему не захочет?

— Ну не знаю, он никогда еще ни к кому из журналистов не выходил, — пожал плечами украинский генерал. — Говорит, приказа нету, выходить не могу. Но я вот звоню. Александр Александрович! Да, я. Тут к нам с вами журналисты приехали. Откуда? Из России. Выйдите к ним, поговорите? Ну да, из Москвы. Ну не знаю, сейчас спрошу их, — тут Розмазнин отложил трубку от уха и обратился к нам: — А что, спрашивает, вы хотите?

— Пообщаться, — говорим. — Вопросы задать по мирному урегулированию.

— Пообщаться, вопросы задать, — снова сказал в трубку Розмазнин. — Да, из Москвы. Да. Ну как хотите. Все понятно. До свидания.

— Не хочет, — сказал Розмазнин.

Впрочем, через пару минут к нам в холл все же вышел российский офицер в чине подполковника и еще раз спросил, откуда мы и что хотим. (У нашего водителя, как выяснилось позже, сфотографировали номера.) И в конце подытожил: общаться с прессой не уполномочены.

— Зато я могу, — обрадовался Розмазнин.

— Наши общие предложения по претворению мирного урегулирования мы недавно уже отдали своему руководству, — начал Александр Петрович. — Мы предложили отвести тяжелые вооружения каждой из сторон минимум на 21 километр. Почему 21? Чтобы обезопасить людей от этих набивших всем оскомину «градов».

— А что будет с Дебальцевом?

— Мы, наша миссия, созвана для мониторинга сентябрьских Минских соглашений. А там четко прописано, что разграничение территории должно осуществляться по сентябрьским соглашениям. То есть Дебальцево должно остаться под контролем украинской стороны.

— Российская сторона согласна с этим?

— Скажу, что мы обсуждаем этот вопрос.

— Поясните все-таки ситуацию с котлом: он есть?

— Нет, ну а что такое котел? Котел — это окружение, а окружения там нет. Фактически была попытка перерезать в районе Логвинова трассу, но это не значит, что Дебальцево при этом оказалось в кольце.

— Но сейчас кто контролирует эту трассу в Логвинове?

— Там сейчас до сих пор идут бои, и я не могу сказать, что кто-то имеет стопроцентный контроль. Там жесткое противостояние идет.

— Когда соглашение будет подписано, как скоро вы сможете приступить к работе?

— Мы только ждем приказа. А так — в любой момент. И еще подчеркну: хоть мы и военные, но все из нас, кто здесь, — мы сторонники исключительно мирного процесса, урегулирования конфликта. Войну надо останавливать как можно скорее.

— На каких условиях?

— Это уже пусть решают политики. Но нужен скорейший мир.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera