Мнения

«Конвоир затянул наручники еще сильнее и опять спросил: жмут?»

Правозащитники из ОНК Москвы выслушали рассказы об условиях содержания и конвоирования еще двоих обвиняемых в убийстве Немцова

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 28 от 20 марта 2015
ЧитатьЧитать номер
Политика

Елена Масюкобозреватель

Елена Масюк в составе комиссии ОНК Москвы выслушала рассказы об условиях содержания Тамерлана Эскерханова и Хамзата Бахаева


В центре — Хамзат Бахаев. Фото: Евгений Фельдман / «Новая»

Сегодня в 6 часов утра мы, члены ОНК Москвы Александр Куликовский и Елена Масюк, смогли встретиться с еще двумя обвиняемыми по делу об убийстве Бориса Немцова — Хамзатом Бахаевым и Тамерланом Эскерхановым. Столь ранний визит к задержанным объясняется желанием застать Бахаева и Эстерханова в камерах ИВС-1 (изолятора временного содержания) на Петровке, 38, где они находятся с 8 марта. Вчера днем мы посетили всех арестованных, кроме этих двух заключенных. Нам было сказано, что обвиняемые на следственных действиях.

И вот сегодня, несмотря на раннее утро, в изоляторе нас уже поджидал очередной следователь по делу, который по традиции пришел брать подписку о неразглашении данных предварительного следствия. Наши напоминания, что несколько дней назад я уже отказалась дать подобную подписку, значения не имели. Так что у следствия теперь два моих отказа.

Читайте также:

Заур Дадаев рассказал, что его удерживали в подвале, приковав наручниками к батарее и применяя ток

Дальше сотрудник ИВС собрался нас обыскивать. Мы ему сообщаем, что члены ОНК не подлежат обыску как лица наделенные правом контроля. Об этом прямо говорится в ст. 34 ФЗ №103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Причем вчера в том же ИВС нас обыскивать никто и не думал. Хорошо, говорю офицеру, приглашайте понятых, составляйте акт о ваших подозрениях в наш адрес. После некоторых раздумий нас пропускают в изолятор без обыска.

 

Хамзат Бахаев

Содержится в изоляторе, по его словам, 8-9 дней, претензий к тому, как проходило задержание, нет. Вчера Бахаеву предъявили обвинение по ст. 105 (убийство) и ст. 222 (незаконный оборот оружия). Ответить на мой вопрос — признает ли он обвинение, заключенному Бахаеву запретил сотрудник изолятора, сказав, что это не относится к условиям содержания, а если Бахаев решит ответить, то проверка ОНК будет тут же прекращена.

 

Тамерлан Эскерханов


Тамерлан Эскерханов и конвойный. Фото: Евгений Фельдман / «Новая»

Предъявлено обвинение по ст. 105 УК РФ. В изоляторе с 8-го марта. Жалобы на сильные боли в почках. Рассказывает, что во время работы в милиции в 2007 году при проведении спецоперации от взрыва пострадала одна почка, и с тех пор, по его словам, эта почка не работает. Эскерханову уже делали две операции, последнюю в январе этого года, и в ближайшее время должны были удалить больную почку. На воле ежедневно пил назначенные урологом препараты, в ИВС этих лекарств у него нет, здесь дают лишь обезболивающее. Наш разговор о состоянии здоровья Эскерханова все время прерывается сотрудником изолятора. Нам сообщают, что вопросы про здоровье не относятся к условиям содержания. Приходится напомнить сотруднику, что 76 Федеральный закон, по которому и работает ОНК, предусматривает не только контроль за условиями содержания, но и за правами человека. А право на здоровье является одним из основополагающих. Это право записано в ст. 41 Конституции России, а кромке того, ст. 16.1 ФЗ №76 об ОНК напрямую говорит, что члены ОНК «осуществляют контроль об охране здоровья граждан». После этого сотрудник изолятора удаляется. Видимо, пошел знакомиться с Конституцией и 76-м законом.

А Эскерханов продолжает свой рассказ. При задержании ему не разрешили позвонить адвокату. Адвокат по соглашению появился только один раз через 3-4 дня после задержания. Больше следователи адвоката к Эскерханову не допускали, несмотря на подаваемые ходатайства. Разрешали лишь встречи с госадвокатом. Кстати, сегодня к обвиняемому Эскерханову вновь не допустили его адвоката Розу Магомедову. Следователь, по словам Эскерханова,  вообще не принимает от него никакие ходатайства.

7 и 8 марта  Эскерханова постоянно перевозили с места на место. Он не спал почти двое суток, не ел, не пил. Когда попросил у конвоиров воды, получил удар в затылок. Сухпаек в Басманном суде не выдали. Когда 8 марта везли в суд, то конвойные стали спрашивать Эскерханова о том, какая у него зарплата, чем он занимается, сколько ему заплатили за убийство Немцова. Конвоиры пригрозили физическим насилием, если не получат ответы на вопросы. Эскерханов не отвечал.

Тогда один из конвоиров в маске поджог ему бороду. Борода загорелась, конвоир испугался и затушил пламя.

В машине Эскерханова почти всегда перевозили на полу. Также, по словам Эскерханова, на полу перевозили и Хамзата Бахаева. «У него вся голова была в грязи и одежда вся грязная, — рассказывает Эскерханов, — нас конвоиры заставляли чистить в наручниках свою одежду перед судом. Говорили, что в суде мы должны быть чистыми». Конвоиры, по словам Эскерханова, «посылали его по матери», оскорбляли. Оскорбляли и его беременную жену. Часами держали в наручниках. Когда поднимали в суде по лестнице, конвоир спросил: «Наручники жмут?». Эскерханов ответил: «Жмут». Тогда конвоир затянул еще сильнее наручники и опять спросил: «Жмут?». «После этого я уже ничего не ответил. Руки сильно тогда отекли, — говорит Эскерханов, — нет чувствительности в пальцах». А еще, рассказывает обвиняемый Эскерханов, когда по лестнице вели, заломив руки «ласточкой», один из конвоиров пригрозил: «Не смей падать, если упадешь, я тебя отымею».

Эскерханов очень опасается, что именно этот конвой, который издевался над ним в течение нескольких дней, будет перевозить его в СИЗО. Лиц он не видел, но по голосу, говорит, узнает. Друг друга конвоиры называли «Миша» и «Дикий».

Когда 8-го марта Эскерханова первый раз привезли в ИВС, то по правилам он должен был, как и все задержанные, пройти личный досмотр.

Конвоиры, сопровождающие Эскерханова, стали фотографировать его раздетым на свои мобильные телефоны, говоря, что «он так будет круче выглядеть на аватаре».

По словам Эскерханова, сотрудники ИВС запретили конвоирам проводить «фотосессию» задержанного и попросили их выйти из помещения, где проводился обыск, со словами: ваше дело доставить конвоируемого, а присутствовать при обыске вы не можете. Эскерханов говорит, что на мобильные телефоны конвоиры фотографировали его и в машине.

Эскерханов рассказывает, что следователи в ИВС неоднократно хотели взять у него кровь и слюну. Заключенный отказался и ответил, что он даст это сделать только в присутствии адвоката и двух понятых. Ему сказали: если не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Эскерханова разбудили ночью, опять повели брать кровь. Он опять отказался делать это без адвоката.

По нашему обоюдному с Александром Куликовским мнению, описанные Эскерхановым действия сотрудников правоохранительных органов, осуществлявших конвоирование, содержат в себе признаки уголовного деяния, предусмотренного ч. 2 ст. 212 УК РФ (хулиганство, совершенное организованной группой по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды).

Мы полагаем, что конвойные, фотографировавшие  раздетого заключенного, должны быть подвергнуты строгой дисциплинарной ответственности.

Изложенные Эскерхановым жалобы на действия сотрудников правоохранительных органов, отказывавшихся выполнить требование Эскерханова об уведомлении близких о его задержании, а равно до сих пор отказывающихся допустить к обвиняемому адвокатов по соглашению, содержат в себе признаки уголовного деяния, предусмотренного ст. 286 УК РФ (совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства).

Учитывая аналогичные сообщения о преступлениях в отношении других обвиняемых по данному делу, ранее публично озвученные, однако не повлекшие за собой проведение соответствующих проверок, мы вынуждены обратиться к руководству страны с просьбой о скорейшем устранении допущенных нарушений — как в части своевременной регистрации устных сообщений о преступлениях, так и в части досконального соблюдения требований уголовно-процессуального законодательства всеми участниками процесса в интересах всестороннего и объективного расследования уголовного дела об убийстве Б.Е.Немцова.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera