Сюжеты

«Кто-то должен защищать профессиональные границы»

Зампредседателя Курской областной думы рекомендовали лишить ученой степени

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 28 от 20 марта 2015
ЧитатьЧитать номер
Общество

Андрей ЗаякинСооснователь «Диссернета»

«Новая газета» продолжает рассказывать о неожиданной серии встреч «Диссернета» с настоящими учеными, которые не забыли о профессиональном долге.

«Новая газета» продолжает рассказывать о неожиданной серии встреч «Диссернета» с настоящими учеными, которые не забыли о профессиональном долге.

История с диссертацией зампредседателя Курской областной думы Александра Кичигина тянет на неплохой детектив. 24 октября 2013 года «Диссернет» подал в Минобрнауки жалобу на решение диссертационного совета при РГСУ присудить ученую степень Александру Кичигину за диссертацию «Малое предпринимательство в контексте преодоления последствий глобального кризиса» (2010). Поскольку диссовет при РГСУ был к этому моменту уже распущен (мы считаем, что там в разное время было сварганено не менее шести фальшивых диссертаций), заявление о лишении степени было отправлено в диссертационный совет 212.154.19 при МПГУ, руководимый профессором Марией Будановой. Диссовет этот нам также хорошо известен — на совести его членов 23 сомнительные, на наш взгляд, защиты. Как именно попала диссертация Кичигина в столь «родственную» среду, мы не знаем. Но заметим, что научрук Кичигина профессор Галина Осадчая долгое время входила в состав Экспертного совета Высшей аттестационной комиссии (и предположительно могла иметь рычаги влияния для направления жалобы по «правильному» адресу) и была замом председателя того самого разогнанного диссертационного совета при РГСУ.

Тут началась воландовщина. Вместо того чтобы взяться за работу, пользуясь экземпляром диссертации из Российской государственной библиотеки, диссовет МПГУ запросил экземпляр диссертации, хранящийся в РГСУ. Диссовет выяснил, что наша жалоба составлена по тексту из РГБ, а текст из РГСУ якобы имеет существенные отличия. Диссовет МПГУ спрашивал у отдела ученых степеней ВАК, каким текстом пользоваться, а оттуда, подозрительно удачно для Кичигина, отвечали, что тексту из РГБ верить нельзя, так как туда был отправлен якобы неправильный экземпляр. После этих разъяснений диссовет при МПГУ в сентябре 2014 года проголосовал за то, чтобы жалобу не рассматривать вовсе.

После такого заключения жалоба была бы похоронена в ВАК, если бы в диссовете МПГУ не нашелся один честный человек — профессор Игорь Сафронов. Он направил в ВАК протест на решение диссовета и написал нам о свистопляске с текстами. Каково же было наше изумление, когда мы увидели, что диссертационному совету подложили под видом «текста из библиотеки РГСУ» никогда не бывавший на бумаге текст: без единого библиотечного штампа, без шифров, и главное — без признаков сканирования. Это был чисто электронный документ. Как мы полагаем, произошел подлог. Самое смешное, что это никак не повлияло на оригинальность работы. Новая версия отличается от настоящей только тем, что плагиат на страницах 36–49 частично переехал на страницы 45–57.

Кто подсунул фальшивку диссертационному совету? По просьбе «Диссернета» «Новая газета» разослала запросы всем возможным участникам событий, но никто из них не почтил нас своим ответом. Однако история с земеной текста была доведена до Экспертного совета, который недавно решил отправить заявление о лишении степени в другой совет — при Высшей школе экономики, который сработал непредвзято и профессионально.

В начале заседания диссовета было зачитано любопытное заявление самого Кичигина: «Выдвинутые в мой адрес обвинения в плагиате считал и считаю надуманными и необоснованными, а лиц, их выдвигающих, — ангажированными и выполняющими конкретный политический заказ. В частности, мне доподлинно известно, что деятельность автора пасквиля в мой адрес господина [Владислава] Наганова тесно связана с небезызвестным Фондом Навального и проплачена со стороны отдельных лиц из Курской области, желающих свести политические счеты со мной ради своих собственных политических амбиций. Насколько я знаю, имела место даже попытка подменить экземпляр работы, предназначенный для передачи на обязательное хранение. <…> Более того, на протяжении последних 4 лет материалы моей диссертации несколько раз рассматривались на предмет плагиата членами других диссертационных советов. Выходит, сделанных ими заключений о самостоятельности моей научной работы недостаточно? В свою очередь, хочу задать вопрос тем, кто организовал и продолжает вести кампанию по дискредитации моего имени и деловой репутации: сколько можно? Неужели непонятно, что материалы чужих диссертаций в большинстве случаев попросту физически недоступны исследователям, проживающим в провинции? <…> В завершение считаю необходимым еще раз подчеркнуть, что приму любое решение диссертационного совета, при этом оставляю за собой право обратиться в судебные инстанции с иском против лиц, развязавших и продолжающих вести кампанию по моей дискредитации».

Советуем господину Кичигину не искать мистических курян, которые заплатили Навальному, чтобы тот атаковал Кичигина. Причина «кампании по дискредитации» только в одном — в некорректных, на наш взгляд, заимствованиях. Я лично от начала и до конца вел его кейс, и никакие лица из Курской области мне, к сожалению, не помогали.

Такое же отношение к «кампании по дискредитации» было высказано одним из членов «Диссовета»: «Коллеги, а в какой мере нас должно это интересовать? Мы рассматриваем диссертацию Кичигина, а не дела господ, которые с ним в чем-то состязаются».

Результаты работы комиссии по рассмотрению диссертации Кичигина представила профессор Елена Ярская-Смирнова. Она дала лаконичное, но впечатляющее описание плагиата у Кичигина: «Три из выносимых на защиту положений он прихватил из ранее защищенных диссертаций. Мы проанализировали и две ваковские публикации Кичигина. Они тоже практически на 90% состоят из заимствований».

Весьма значимым для нас явилось то, что комиссия пошла дальше поставленного нами вопроса об авторстве и вгляделась в содержательную сторону (чего сам «Диссернет» никогда не делает из принципиальных соображений). Результат был еще менее утешительным для Кичигина: «В диссертации не представлен инструментарий, которым было произведено исследование, нет результатов обработки данных. Мы не видим ни таблиц, ни диаграмм, не описана методология».

В ходе доклада прозвучала реплика, что подобные диссертации много где защищаются. Ярская-Смирнова отреагировала твердо: «В нашем совете так не делают. Мы можем повлиять на общественное мнение и на мнение научных руководителей, причем не только в нашем вузе. Мы предлагаем вывод о лишении степени».

«Диссертация не может быть первой или второй свежести, поэтому мы не должны учитывать нижнюю или верхнюю планку, мы должны работать по своей системе критериев, — добавила профессор Алла Чирикова. — Кто-то должен защищать профессиональные границы. Кому, как не нам, этим заниматься. Этот текст не только не может быть диссертацией, он не может быть даже дипломной работой, если там отсутствует описание методической базы, если там отсутствует внятное определение основных понятий и нет новизны».

Для распространения такой практики в масштабе всей страны очень важно, что диссертационный совет «Вышки» не просто поймал за руку конкретного диссертанта. Он осудил практику выборочного применения норм Положения об ученых степенях, практику потворствования фальшивым защитам. Рассуждения о том, что «так делается», не должны приниматься во внимание. Мы считаем только такую ригористическую интерпретацию Положения возможной и будем добиваться того, чтобы она стала единственно практикуемой, используя кейс Кичигина как прецедент.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera