Сюжеты

Учитель Михаил Эпштейн: «Слабое оправдание — не мы их учили…»

Директор школы просит прощения у друзей и коллег за действия своего ученика — уникальное явление в современном обществе. Но винит прежде всего себя

Этот материал вышел в № 57 от 3 июня 2015
ЧитатьЧитать номер
Общество

Наталья ШкуренокНовая газета

Директор школы просит прощения у друзей и коллег за действия своего ученика — уникальное явление в современном обществе. Но винит прежде всего себя

«Дело в том, что тот самый сотрудник прокуратуры, который пришел в Центр развития некоммерческих организаций и способствовал присвоению ему статуса «иностранного агента», — выпускник моей школы Куницкий Макар Петрович, — пишет в своем открытом письме в Facebook Михаил Эпштейн, директор частного учебного заведения «Эпишкола». — Многие говорят, что конкретный исполнитель не виноват. Мол, понятно, что это заказ системы, а он только исполнил то, что его попросило сделать начальство. Но. Я не считаю правильным все списывать на систему. Всегда находятся конкретные исполнители. Помните, как у Е. Шварца в пьесе «Дракон»: «Меня так учили»… Всех учили. Но зачем же ты оказался первым учеником, скотина этакая?»

Вечная тема: кто несет ответственность за поступки — только сам человек или доля ответственности лежит на его родителях, учителях? Об этом корреспондент «Новой» говорит с Михаилом Эпштейном.

— Ваша реплика в фейсбуке о выпускнике вашей школы, попавшем в нравственно сложную ситуацию в связи с необходимостью исполнять закон об «иностранных агентах», — не сиюминутная реакция, это результат жизненного опыта. Но ведь нечто подобное творится уже не первый год, почему сейчас вы так остро отреагировали?

— Достало. Хотя, конечно, поводом был шок от того, что моих любимых друзей закрывает мой выпускник. Но это и результат размышлений о том, что происходит в стране, что с этим делать, как помочь нашим детям пережить наступающие трудные времена, сохранив самоуважение и человеческое достоинство.

— Но ваш выпускник не совершил ничего незаконного!

— Конечно, в этом-то и дело! Но принимаемые в последнее время в стране законы приводят к противостоянию хороших людей… И тут вдруг оказывается, что в это противостояние втянуты близкие вам люди…

— Почему вы считаете, что ответственны за гражданскую позицию учеников?

— Для педагога это, наверное, естественная реакция. Да, учителя — не боги, но, на мой взгляд, доля нашей вины есть — мало уделяли внимания гражданскому воспитанию, нравственным коллизиям, возникающим в сложных социально-политических ситуациях. Мы, взрослые, не смогли предугадать, что в стране все так обернется. Что проблемы выбора между совестью и карьерой, которые стояли крайне остро в 30-е годы и позже перед нашими родителями и дедами, встанут и перед нашими детьми. Об этом их надо было как-то предупредить!

Не снимаю ответственность с нашего выпускника — он взрослый человек. Но мы десять лет участвовали в его гражданском становлении и мы тоже за его поступки отвечаем! Видимо, недоработали. Другой вопрос — что делать теперь? Как нам менять жизнь школы, понимая, что с проблемами такого выбора наши ребята будут сталкиваться все чаще? Мой текст в соцсетях был в первую очередь обращен к коллегам, часть которых считает, что нам надо обсуждать случившееся с разных позиций, с ребятами в том числе. Это продолжение нашего давнего педагогического спора — школа учит только физике и математике или школа учит гражданственности? У нашего выпускника положение непростое, выбор небольшой — либо соблюдать закон, либо — если он понимал, что соблюдая этот закон, он приносит несчастье другим, — уходить из системы. Это неслабая развилка, в которой человек оказывается из-за того, что творят наши власти.

— Вы со своим учеником разговаривали?

— Я написал ему письмо, он не ответил. Знаю, что еще несколько человек с ним пытаются связаться по телефону, по почте — пока безответно. Написал примерно то же, что и в фейсбуке: признал, что мы недоработали как педагоги. И высказал мнение, что, на мой взгляд, он должен сделать какой-то выбор, потому что все, похоже, катится к тому, что это будет не последнее его дело, и в конце концов он с коллегами-прокурорами может скоро прийти в школу, где работает его мама, в ту, где он сам учился…

— Никогда не слышала, чтобы педагогическая общественность брала на себя ответственность за то, что Чикатило такой вырос, что Ежов или Берия такое творили, — а ведь у них у всех учителя были…

— Слабое оправдание — не мы их учили… А этого парня воспитывали мы, и нам за него отвечать, простите! И думать, что делать дальше… Для большинства в обществе и для многих моих коллег эти законы еще мало что значат, многие педагоги и не знают, что такое некоммерческая организация. А для меня и нашей школы — это понятно и больно, потому что я живу этим делом уже почти 25 лет.

— Даже самого порядочного человека обстоятельства жизни, работы иногда ставят в такое положение, что он — вольно или невольно — переходит черту…

— Понятно, никто из нас не кремень, никого не хочу осуждать. Говорю о себе в первую очередь — я знаю, я чувствую, что с выпуском, где учился этот молодой человек, с его поколением мы не договорили про это. Не акцентировали специально внимание школьников на истории 30-х годов, на тех личностных коллизиях, которые у людей тогда возникали. Чтобы ребята прочувствовали проблемы и противоречия того времени, а не просто прочитали параграф и получили оценку. Не догадывался я 10 лет назад, что эти времена так быстро начнут возвращаться… Близорук, значит, был.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera