Сюжеты

«Не маргиналы, не бомбисты»

Как в Костроме Демкоалиция боролась за подписи, пока начальник штаба сидит в СИЗО

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 86 от 12 августа 2015
ЧитатьЧитать номер
Политика

Наталия Зотовакорреспондент

Как в Костроме Демкоалиция боролась за подписи, пока начальник штаба сидит в СИЗО


Фото: Наталия Зотова / «Новая газета»

Миссия: кетчуп

Утром юристы «Парнаса» едут не в штаб — в СИЗО. «Местные особенности избирательной кампании», — невесело ухмыляется Андрей Давыдов, главный по проверке подписей. В изоляторе сидит глава штаба Андрей Пивоваров. 27 июля его задержали в кабинете сотрудника угрозыска, вместе с которым они смотрели полицейскую базу граждан.

В тесной комнате передач ждет Полина Немировская с шахматами и кипятильником. Когда та составляла биографию Пивоварова для правозащитного сайта, оказалось, что он скрывал от соратников первый разряд по шахматам. Полина приехала на кампанию из Москвы. Ногти у нее зелено-розовые, маленький макбук заклеен стикерами «Против любой власти». Когда она тянется к окошку, на лодыжке показывается татуировка — итальянский антифашистский лозунг «Alerta, alerta». С женщиной в окошке Полина сурова. И ей, к удивлению соседей по очереди, без вопросов дают бланки на передачу: вообще-то людей заставляют их ксерить и приходить со своими. «Мы им такой скандал устроили в первый день, звонили и начальнику ФСИН, и в Интерфакс». Сотруднику угрозыска Алексею Никонорову, в чьем кабинете Пивоварова задержали, штаб тоже передает продукты. «У него старенькая мама — и ипотека», — объясняют мне.

В прошлую передачу Пивоварову положили и расческу — в качестве шутки, Андрей брит наголо. И даже подговорили члена ОНК во время визита в СИЗО спросить, получил ли. «Он весь расцвел, — рассказал Николай Сорокин, член ОНК и по совместительству глава местного «Парнаса», старый знакомый Пивоварова, — и ответил, что очень благодарен за такой нужный предмет».

Сегодня Пивоварова повезут к следователю. «Вернется домой, в СИЗО, а там его шахматы и кипятильник ждут», — радуется Полина. Вот только кетчуп в прошлый раз не пропустили, а Андрей очень просил. Адвоката подряжают обязательно узнать, купил ли Пивоваров кетчуп в тюремном магазине. Не принятая упаковка стоит на подоконнике в штабе. На магнитной доске — письмо, которое узник успел передать на суде. «...13.09.15 — мы победим! Только так! Ваш Андрей Пивоваров».


Фото: Наталья Зотова / «Новая газета»

Пивоваров отвечал за сбор подписей, который к тому времени был закончен — так что его арест не сломал штабу работу. «Сейчас эти выборы уже не главное — у нас задача Андрея вытащить, — говорит Светлана: она приехала работать на кампанию из Вологды. — А Андрей там верит, что нас зарегистрируют...»

 

«Марие Ванильевна»

Пивоваров, кажется, питает иллюзии. На рабочей группе «зарубают» 348 подписей — больше допустимых 10%. С данными ФМС не совпали всего 195 подписей — а в Новосибирске база ФМС была главным инструментом против подписей Демкоалиции. Графолог счел «рисованными» только 23. Больше всего спорят из-за нечеткостей почерка. В отчестве «Валерьевна» члены комиссии читают «Ванильевна», имя сборщицы — Мария — слишком похоже на «Марие», поэтому бракуют весь подписной лист. Придираются к единице в дате: «Тут можно увидеть четверку или даже семерку».

Впрочем, для прохождения барьера нужно отвоевать всего 75 подписей. У штаба 48 часов до заседания комиссии, и весь следующий день они проводят среди нескончаемых пачек бумаг на столах — это претензии избиркома. Полина ищет в законах определение, чем помарка отличается от исправления: исправления в подписных листах «Парнас» заверял, а помарки заверять не нужно, но избирком приравнял одно к другому. Юрист штаба Андрей Давыдов доволен: нашел крупную ошибку избиркома. В подписных листах пишется только год рождения избирателя, а избирком отправил в ФМС на проверку данные людей с датами рождения: формально ФМС может найти по таким данным другого человека. И, хотя во многих случаях это все-таки ошибка штаба, всю браковку по ФМС можно оспаривать.


Работа в штабе. Фото: Наталья Зотова / «Новая газета»

 

Последние дни штаб состоит только из Светланы, Полины и Андрея, даже первый номер списка — Илья Яшин — временно в Москве. Но приходят помогать два костромича: второй в списке кандидат Владимир Андрейченко и волонтер Максим. Последний ищет «ВКонтакте» подписантов, паспорта которых не признает ФМС, чтобы сделать нотариально заверенную копию их паспорта. Когда искать не нужно, студент-инженер открывает «Гаргантюа и Пантагрюэля» Рабле: «Знаете, есть эти списки — сто книг, которые должен прочитать каждый?» Максим называет себя демократом, но признается, что стал им уже в штабе: здесь он целых два месяца. В июне гулял по городу, наткнулся на агиткуб и решил участвовать: «Я с 10 лет рекламой занимаюсь, просто коммерческой. Я знаю, как весело это может быть. А летом всё равно делать нечего».

Читайте также:

Последнее утро двенадцатидневной голодовки РПР-Парнас в Новосибирске (ФОТО)

Владимир Андрейченко — бывший сотрудник областной администрации и местный оппозиционер, хотя и ненавидит это слово: «Оппозиция чему? В оппозиции здравому смыслу только не надо быть». Уйдя из власти в нулевых, Андрейченко судился с прежним губернатором из-за резкого поста в блоге — и суд оправдал Владимира. Андрейченко участвует, чтобы помочь партии.

«Если хочешь вернуться к «кормушке», участие в выборах от «Парнаса» — самый маловероятный вариант, — смеется он. — Хотелось показать костромичам, что это не маргиналы, не бомбисты, что быть с ними не страшно. Да и провластные люди в своих обвинениях осекаются: Майданы, Госдепы — про меня это уж никак не скажешь».

И всё же за время кампании отвечать на претензии про «пятую колонну» от избирателей ему приходилось многократно. «Этот довод легко отбивается: пятая колонна, что ли, у вас в районе парковку убрала, и дворы теперь забиты машинами? Или все-таки администрация?»

 

Выхода нет

В четверг Пивоварову добавили вторую статью. Теперь он подозревается еще и в подстрекательстве к превышению должностных полномочий полицейского, в чьем кабинете его задержали. В тот же день предъявили обвинение по части 3 статьи 272 УК: «неправомерный доступ к компьютерной информации». Статья эта — хакерская, то есть заточена под совсем другую ситуацию. В ней есть важная оговорка: «...если это повлекло уничтожение, блокирование, модификацию либо копирование компьютерных данных». Состава преступления нет, уверен его адвокат Гаджи Алиев. «Даже когда вы открываете документ Word, в файле происходят какие-то изменения без вашего желания». Невозможно посмотреть компьютерную информацию и не модифицировать ее. Важен умысел, хотя в статье это не сказано прямо. «Даже свидетели по делу говорят: он обратился с готовыми списками избирателей, чтобы проверить их подлинность, — рассказывает Алиев. — То есть, он не собирался вносить в базу ложные сведения».

Какие изменения в базе произошли, покажет экспертиза. «Мое мнение — пока у следствия есть только предположение о преступлении. Обвинение они обязаны предъявить в течение 10 дней после ареста, это дежурная процедура. А дальше оно может изменяться или в какой-то части не подтверждаться», — говорит Алиев.

Например, подстрекательство сотрудника угрозыска Алексея Никонорова со стороны Пивоварова еще предстоит доказать: простая просьба подстрекательством не считается. Возможная взятка, о которой писали СМИ в первые дни после ареста, в деле не фигурирует, говорит адвокат. Так что, может быть, Никоноров добровольно помогал Пивоварову проверить подписи, а его коллеги по ведомству хотели поймать за руку сотрудника правоохранительных органов. «Я не хочу за них делать каких-либо заявлений, но то, что они сделали — попытка наказать сотрудника, который сотрудничает с оппозиционерами, чтобы другим неповадно было», — считает Алиев. Следователь по особо важным делам Павел Евшов, расследующий дело Пивоварова, несколько раз занимался делами бывших полицейских, совершивших преступление — об этом пишет костромская «Комсомолка» в заметке о награде «За отличие», врученной Евшову.

Сам Пивоваров, похоже, был уверен в своей правоте и законности того, что делает. Он даже написал на своей странице ВКонтакте незадолго до ареста: «Не могу не похвастаться. Мы нашли способ и проверили все собранные нами подписи на достоверность данных. Все. Повторюсь, абсолютно все наши подписи бьются через ГАС «Выборы». Как это мы сделали, я, пожалуй, рассказывать не буду, но передаю пламенный привет господам из администрации. Ребята, ваши засланные мальчики после этой проверки видны, как на ладони». Последняя фраза — о «токсичных» сборщиках, которые появились во всех штабах Демкоалиции: они прятали «рисовку», чтобы штаб сдал побольше недействительных подписей в избирком. «Вот приносит сборщик данные людей. Как проверить, не выдумал ли он их вообще из головы? Базы-то все закрытые», — пожимает плечами Андрей Давыдов.

...До итогового заседания избиркома сутки. Число возражений «Парнаса» переваливает за сотню. Потирая красные глаза, Андрей констатирует: «Ну, если они вообще будут рассматривать наши возражения, то успеть нереально».

Заседание избиркома назначено на 22:30 — рабочая группа кончилась поздно, а после нее нужно выдержать 48 часов. При этом если партии не откажут в регистрации до полуночи, список автоматически станет зарегистрированным.

— Нам главное — время до двенадцати протянуть, — продолжает Андрей.

В штаб заглядывают сочувствующие. Тревожно спрашивают про партийный список:

— Ну как? Проходит? Не проходит?

— Все проходит, — философски отвечает Андрейченко, поднимая глаза от подписных листов, усыпавших стол.

Читайте также:

Избирком Костромской области отказал «Парнасу» в выдвижении на выборы


Заседания облизбиркома. Фото: Наталья Зотова / «Новая газета»

 

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera