Сюжеты

«На акции по сжиганию европейских продуктов я была понятой»

Корреспондент «Новой газеты» в Петербурге не скрывала своего удивления, наблюдая за уничтожением немецкого сыра и литовского мяса в «Пулково»

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 85 от 10 августа 2015
ЧитатьЧитать номер
Общество

Александра Гармажаповакорреспондент «Новой газеты в Петербурге»

Корреспондент «Новой газеты» в Петербурге не скрывала своего удивления, наблюдая за уничтожением немецкого сыра и литовского мяса в «Пулково»

Аэропорт «Пулково»: таможня и добро
Фото: Светлана ХОЛЯВЧУК / Интерпресс / ТАСС

Демонстративное уничтожение нелегальных европейских продуктов в Петербурге организовали кое-как. Очевидно, с непривычки — ведь в России до сих пор этого не делали. Какой уж тут протокол? Все по наитию.

В среду, 5 августа, когда пресс-служба Северо-Западного таможенного управления (СЗТУ) впервые сообщила журналистам, что жечь «вражеские» сыр и мясо — будут, и будут уже завтра, с местом «казни» ясности еще не было. К вечеру того же дня акцию вообще перенесли на неопределенный срок, но, правда, собрали паспортные данные журналистов. 6 августа на уточняющий время и место акции звонок корреспондента «Новой газеты» в СЗТУ сообщили: вам в «Пулково», и срочно!

На Пулковской таможне уже был переполох. По словам сотрудницы пресс-службы, здесь сами «только две минуты назад узнали», что сжигать санкционную еду решили у них.

Журналисты рванули в аэропорт. Старший таможенник на пункте сжалился и нарисовал нам на листе А4 карту прохода к месту сбора прессы, но приговоренные к сожжению продукты, как оказалось, еще только конвоировали из Морского порта. Пришлось ждать. Федеральные СМИ в это время сообщали о полной победе над европейским (предположительно) сыром без опознавательных знаков, который под телекамеры раздавили бульдозером в Белгородской области, после чего сбросили в яму и зарыли.

Около шести вечера нас — журналистов было несколько десятков, из самых разных СМИ — облачили в жилетки неонового и оранжевого цветов, погрузили в автобус и повезли в какой-то небольшой ангар за взлетно-посадочным полем.

Сводки Россельхознадзора с продуктовых фронтов

Четверг, 6 августа

  • 10 тонн санкционного сыра без опознавательных знаков было уничтожено под гусеницами бульдозера, месиво захоронили на полигоне бытовых отходов под Белгородом. Партия продукта была задержана в приграничном районе Белгородской области в конце июля.
  • Более 4,5 тонны капусты, огурцов и помидоров, ввезенных на территорию России без сопроводительных документов, раздавили трактором на полигоне в Брянской области.
  • Шесть тонн томатов и более 55 тонн нектаринов и персиков пустили под трактор на полигоне «Гусино» в Смоленской области. Вся продукция была ввезена, предположительно, из Греции. «Причина уничтожения томатов, персиков и нектаринов — фальсификация сопроводительных документов. Партия сопровождались фитосанитарными сертификатами, якобы выданными в Турции. Но турецкая сторона не подтвердила их подлинность», — объяснили приговор в Россельхознадзоре.
  • Россельхознадзор направил на уничтожение 9 тонн польской моркови, обнаруженной в крупном оптово-продовольственном центре «Фуд Сити» в Новой Москве.

Пятница, 7 августа

  • Специалисты Россельхознадзора уничтожили более 4,4 килограмма киви из Италии и более 20 килограммов французских яблок после звонка местного жителя, который сообщил о продаже санкционных продуктов в сети магазинов в Нефтекамске.
  • Сотрудники Россельхознадзора по Оренбургской области уничтожили 20 тонн латвийского сыра под брендом «Российский», который направлялся из Казахстана в Московскую область.
  • Партия польских яблок весом 650 килограммов уничтожена в Новосибирске на специализированной площадке механизированным способом — яблоки раздавили бульдозером.
  • Партия фруктов весом 200 тонн уничтожается на неназванном полигоне в Брянской области.

Здесь мы увидели небольшую неказистую печь. Тут же в ангар в сопровождении внушительной делегации чиновников торжественно въехала «Газель». Машина была заполнена продуктами лишь на треть, а то и на четверть. Прессе объяснили, что у печки «небольшая пропускная способность», поэтому запрещенку доставляют мелкими партиями. По данным Россельхознадзора, к уничтожению в «Пулково» было представлено 500 кг сыра (плачь, Германия!) и 215 кг готовой мясной продукции (зря старалась, Литва!).

Корреспондент «Новой газеты» попала в число «понятых», которых выбрали следить за чистотой процедуры. Однако копии акта об уничтожении санкционки, ради чего все и обставляли столь бюрократически, на руки нам не выдали. Сначала объяснили что «не положено», потом — что придется ждать еще два часа, «пока все не сожгут», наконец объявили, что надо будет еще что-то подписать в территориальном Россельхознадзоре.

На этом сумбур не закончился. Как оказалось, непонятно, кто платит за шоу. Транспортировку до аэропорта порт обеспечивал своими силами, за солярку — горючее для печи, в которой сжигалась запрещенка, — рассчитывался аэропорт «Пулково».

На правах понятых мы потребовали раскрыть коробки, содержимое которых сотрудники таможни как-то уж очень спешно пытались отправить в печь. Дескать, а вдруг там и не сыр вовсе? Сотрудники Россельхознадзора с готовностью открыли их и побросали продукты на пол. Оказалось, вся санкционка — просрочена: мясная продукция годна до февраля, сыр до июля 2015 года. Удивленным журналистам объяснили это так: продукты якобы были изъяты еще в декабре прошлого года и лежали на складах в порту, пока шли судебные разбирательства.

«Но благодаря новому закону их можно уничтожить быстрее», — рассказали сотрудники Роспотребнадзора.

P.S. «В годы блокады нас с Пулковских высот обстреливали, а теперь тут жгут продукты… Чудовищно! — говорит 95-летняя Вера Николаевна Файнзильбер. — Безобразно, лживо и отвратительно. Столько голодных вокруг! Подумали бы о них! По коже мороз, господи. Как так?! Это самое настоящее варварство!»

По словам Веры Николаевны, после просмотра телесюжетов об уничтожении продуктов у нее резко ухудшилось самочувствие.

Глава Санкт-Петербургской РОО бывших малолетних узников фашистских концлагерей «Союз» 76-летняя Стелла Владимировна Никифорова, у которой мать сожгли в концлагере, вспоминает, как ее детдомовский приятель Сережа перепутал мыло с сыром, которого никогда не видел, и пытался его съесть. «А летом мы в детдоме собирали травы. Мы знали все-все съедобные. Благодаря этому, вероятно, выжили в послевоенные годы. Поэтому могу сказать одно: кто хоть раз в жизни реально голодал, к уничтожению еды отнесется единственно верно — резко отрицательно», — заявила она, порекомендовав, как и Вера Николаевна, раздать продукты нуждающимся.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera