Сюжеты

Жос*, мафия!

Участники протестов в Кишиневе уверены, что выберутся из постсоветской трясины своим, особым путем

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 103 от 21 сентября 2015
ЧитатьЧитать номер
Политика

Ольга Мусафировасобкор в Киеве

Участники протестов в Кишиневе уверены, что выберутся из постсоветской трясины своим, особым путем

________
* Вон, долой (пер. с молдавского)


 

Обмен валют. Евро, доллары, румынские леи, российские рубли, украинские гривны. Двадцать четыре часа в сутки. «Fara comision» — «Без комиссии». В центре города вывески-растяжки мигают лампочками над головами прохожих и солнечным днем, теснят, наползают друг на друга по сторонам. Двери конторы держат распахнутыми настежь. Все ждут людей с деньгами. Нередко в одном здании соседствуют два или даже целых три конкурента. Рядом может оказаться что угодно: белый листок капитуляции «Arenda», ломбард, витрина бутика с огромной рукой, унизанной золотыми браслетами и перстнями, склад «секонда» или разверстое чрево подвала девятнадцатого века с картонкой на русском языке (что редкость) «Прием бутылок, макулатуры».

Многие менялы работают без квитанций: не в банке — не обманем. Слово «банк» в Молдове стало почти бранным. Хуже только «мафия», синоним действующей власти…

 

По нулям

На исходе нынешней зимы обнаружилось: из республиканских Banca de Economii, Banca Sociala и Unibank украден миллиард долларов. Еще в ноябре. За три дня. Буквально накануне парламентских выборов. Миллиард долларов, чтобы понимать, — это четверть государственного бюджета. Национальный банк пришел в ужас: кто и каким образом? Для расследования наняли международную аудиторскую компанию Kroll. Проверка выявила виновного — примара, то есть мэра небольшого городка, по совместительству большого богача, а также председателя совета Banca de Economii. Он вместе со своими компаньонами — высокопоставленными чиновниками — несколько лет кряду скупал контрольные пакеты акций трех банков, потом увеличивал их ликвидность посредством ряда сделок с иностранными лицами. В стремительном финале банки-заложники предоставили неким зарубежным компаниям технические кредиты, которые никто не собирался возвращать. Деньги спрятались в офшорах. Отчеты финансовых учреждений были предусмотрительно уничтожены. В свою очередь, отчет Kroll об этих коррупционных мегабезобразиях власть как заказчик расследования тоже не спешила публиковать. И лишь формально — по причине конфиденциальности информации. Боялись скандала со стороны Запада.

Центробанк предпринял попытку удержать экономику на плаву: кредитовал пострадавших коллег. Но пробоина оказалась слишком чувствительной. Молдавский лей начал тонуть, цены и тарифы — взлетать, предприниматели и фермеры — разоряться, молодежь — еще активней (спасибо безвизовому режиму с ЕС) эмигрировать; пенсии, зарплаты, социальные выплаты тех, кто оставался, — превращаться в насмешку над здравым смыслом. 80 процентов квартиросъемщиков, по официальным сведениям, сегодня имеют задолженность за свет и газ.

 

А с «Платформы» говорят…

Историю с «кражей века» предала гласности группа кишиневских журналистов, политологов, экономистов, юристов и экс-депутатов, ядро новорожденного общественного движения Гражданская платформа «Достоинство и правда». Мне рассказывали, что первоначально хотели назваться «Справедливость и правда», но победило «Достоинство», чувство свободного человека, не терпящее оскорбления. В данном случае — от государства-вора.

Поднять в апреле 2015 года на протест под лозунгом «Верните миллиард!» не менее 60 тысяч оскорбленных граждан оказалось делом техники. Что нисколько не умаляет рекорд социальной активности для бедной, постсоветской, но теперь уже европейски ориентированной страны всего с 3,6 миллиона жителей. Впрочем, объективных статистических данных о численности населения нет. Отток тех, кто едет в «настоящую» Европу с намерением не возвращаться, растет. Маленькая Молдова уменьшается.

После акции на площади Великого национального собрания, полной страстей и толканий с полицией, спикер парламента Андриан Канду таки отдал в открытую печать «бомбу» от аудиторов Kroll. (Молдова — парламентская республика, где ключевой фигурой является премьер-министр, а правящая коалиция — сейчас в нее входят Либеральная, Демократическая и Либерально-демократическая партии — реально правит бал, а президент, избираемый депутатами, не в обиду будь сказано, знает свое место в структуре власти.)

Но дальше, к суду, дело не пошло. Мэр-коррупционер обвинения отверг и остался не только на свободе, но и при должности. Главы Национального банка, Республиканского центра по борьбе с коррупцией, Генпрокуратуры, Высшей судебной и Апелляционной палат, проморгавшие аферу, кресел не лишились. Депутаты из правящей коалиции, в том числе олигархи из партийных верхов, причастные к грабежу прямо или косвенно, продолжали вешать ярлыки на политических соперников, многие из которых были тоже нечистыми на руку. К тому же премьер Валерий Стрелец, пообещавший, что Kroll продолжит поиск украденного молдавского миллиарда, предупредил с экрана телевизора: аудиторы работают ой как не за идею! Бюджет платит им неподъемные, особенно в нынешний тяжкий период, суммы. А в случае успеха компания возьмет 60 процентов от найденных денег — таковы условия договора.

Целое лето Гражданская платформа «Достоинство и правда» собирала митинги, занималась просвещением сограждан. В сентябре протест объявили бессрочным. Очередные требования дышали радикализмом украинского Майдана и последних дней Януковича в Киеве: президент, спикер, премьер — «геть!», то есть по-молдавски — «жос!» Опыт был: в Кишиневе шесть лет назад прогнали от власти коммунистов. Сейчас настаивали на досрочных парламентских выборах не позднее марта 2016 года. Плюс хотели поправку в Конституцию, чтобы президента снова избирать всенародно.

Но для начала премьер-министра Валерия Стрельца и главу государства Николая Тимофти звали на импровизированную сцену для диалога. Результат — по нулям, начальство не соизволило. Тогда стали ставить палатки: трогательные, цветастые, пикнично-туристические… Полиция не препятствовала: демократия — святое.

В том что «Европа убрала благословляющую руку с голов олигархов», которым долго удавалось дурачить «партнеров по развитию», — так в Кишиневе принято именовать евробюрократов, выделяющих финансирование постсоветским режимам из денег западных налогоплательщиков, — лидеры «Достоинства и правды» увидели знак. После разгромной статьи Генсека Совета Европы в The New York Times о захваченном государстве Молдова, которое надо вернуть гражданам, после серии встреч западных дипломатов с руководством страны и с оппозицией, после угрозы МВФ не дать Молдове больше ни цента до полного очищения от коррупции магистральная линия поведения, кажется, проступила ясней ясного.


Елена Жук, фармацевт на пенсии, и ее подруга врач Нинуца

Одиннадцатый день бессрочного протеста

После обеда стартует плановый митинг-пикет. Участников около сотни. С противоположной стороны проспекта Штефана чел Маре прохожие прицеливаются камерами мобильников или вовсе не обращают внимания: привыкли. Шаг в сторону — ничто вообще не свидетельствует об антиолигархической революции. Как все знакомо по Киеву…

Между выступлениями ораторов — музыкальные паузы. Грохочут под ударами палок железные бочки. Дудят дудки. Трепещут над палатками триколоры, с гербом посередине — молдавский, без герба — румынский. Бабушка в платке бьет в барабан, другая размахивает, будто дирижирует, церковной свечой, обернутой в носовой платок. Изгоняет бесов из власти? Малыш в коляске пытается погрызть, пока мама отвернулась, маленький флажок Евросоюза. Дитя берут картинкой сразу несколько телекамер. Большинство на площади — люди старшего возраста. Обстановка ближе к народному празднику. Только время от времени скандируют «Жос мафия!», жестом гладиаторов показывая, как с мафией, то есть с теми, кто сейчас в доме правительства, надо поступить.

В тот день я пробиралась в зону митинга с тыла здания, полиция почему-то не пресекла. В тени остывали от зноя черные, будто жиром смазанные, машины бизнес-класса, и господа (в белых сорочках и с пиджаком на небрежно полусогнутой руке) приветствовали друг друга, шагая на заседание, без малейших признаков беспокойства.

Полицейские в экипировке построены неплотной шеренгой. Отделяют собой территорию власти, на которую заступать не положено. Никто и не пытается. Микрофон берет рыжеволосая женщина. Говорит настолько вдохновенно, что несколько слушателей опускаются на колени, а у мальчишки-полицейского вот-вот и глаза будут на мокром месте… Догоняю ее в толпе, обнимаю:

— Переведите, пожалуйста, не знаю молдавского языка, но чувствую, вы сказали что-то очень важное!

— Надо их просить, умолять уйти по-хорошему. У каждого из них есть мама. Мы бедные мирные люди, но у нас совесть чиста. Здесь же не Майдан!

Елена Ивановна Жук, так зовут женщину, понимает мое смятение по-своему. Кокетливо встряхивает челкой:

— Этот Нэстасе (адвокат Андрей Нэстасе, один из лидеров «Достоинства и правды». — О. М.) совсем не оратор, правда? А я, хоть и пенсионерка, всю жизнь фармацевтом в республиканской аптеке… (Понизив голос, доверительно.) Ну, поняли, на пятом этаже… Я знаю, как подействовать. Прихожу сюда, уговариваю: ребята, когда ночуете, бросайте мусор не куда попало. И пьянствовать тоже нельзя. Мы должны победить бандитов без оружия. Нинуца! Нина! Иди, фотографируют!

Втроем с подругой Елены, блондинкой Ниной, тоже медичкой в прошлом, образуем кружок по интересам, к которому немедленно подваливает кавалер в брыле, в тельняшке, с усами и с орденом в виде белого креста:

— За Приднестровье награда! Здесь наших, кто воевал, много на охране порядка. В обиду себя не дадим. Но и нападать первыми не будем. Нам кровь не нужна. Это не Майдан!

Ну что тут делать, а?!

В гостинице щелкаю пультом телевизора и понимаю, откуда дровишки. Полный комплект российских пропагандистских каналов! Примечательно, что русский устный в Кишиневе, не говоря уже о провинции, практически вышел из употребления. Истеблишмент нового призыва думает на английском, юношество — на румынском. Остальные никогда молдавский язык и не забывали. А «ящик», получается, по-прежнему гадит в мозги всем.

Самый мощный медиахолдинг принадлежит импозантному мужчине с украинской фамилией Плахотнюк. Его называют номером первым в рейтинге местных олигархов. О Плахотнюке и торговки на рынке, и политики расскажут как о «молдавском Януковиче». Он, утверждают, мажоритарный акционер того самого рокового Banca de Economii, собственник компании «Metalferos», пропускающего через себя весь металлолом республики, его фирмы монополизировали поставки электричества, газа и так далее. Влад Плахотнюк — вице-председатель Демократической партии.

Олигарх номер два, Владимир Филат, — лидер Либерально-демократической партии. В прошлом успел поработать премьер-министром и даже несколько дней исполнял обязанности президента. Скупает пахотные земли в двух районах. Европа дает миллионы евро на развитие сельского хозяйства, профильной отрасли страны. Работают схемы: как брать миллионы, ничего не выращивая.

Лидер Либеральной партии Михай Гимпу в интервью радио «Свободная Европа»: ворует весь политический класс Молдовы. Быть у колодца да не напиться? Ответственность, по его мнению, должны разделить и западные партнеры, которые вели нынешних воров к «истории успеха».

Но об этом из национального телевизора не говорят. Там интервью с дамой из министерства, кажется, туризма. Дама нудит: под угрозой День вина, традиционный праздник осени, когда в Кишинев приезжает много гостей, что благотворно влияет на экономику. Палатки протеста заняли место, где год от года располагаются торговые палатки с вином. Негодованию туроператоров и виноделов нет предела.

Янукович тоже собирался вместо Майдана поставить новогоднюю елку для негодующих детей — при помощи «Беркута».


Двенадцатый день бессрочного протеста

Похороны народного Будулая. На отпевании в храме, что через дорогу от палаточного городка, многочисленная родня Михая Волонтира. Одеты просто, чтобы не сказать бедно. Хризантемы. Волонтир хотел снять документальный фильм уже будучи тяжко больным. Денег не нашлось. «Нас не надо жалеть, ведь и мы никого не жалели…» Президент Тимофти своим указом объявил в стране траур.

— Муст любите?

— Может, и люблю. Пока не знаю.

Это я в штабной палатке, где дежурят два эмвэдэшных полковника запаса, Константин и Георгий (так представились), плечистые дядьки плюс-минус шестьдесят. Константин настаивает: площадь Великого национального собрания — ровно 34 тысячи 400 метров квадратных. И на каждом квадрате могут встать четыре человека.

— Я эту площадь еще в советское время лично рулеткой измерял!

Георгий умолкает.

Металлическую кружку до краев наполняют из бутыли виноградным соком соломенно-мутного цвета, еще не вином, но его молодым предвестником. У входа ящик со сливами размером с кулак, кто заходит — берет. На столе разрезанный арбуз и мегафон. Все, кроме мегафона, привез известный фермер Александр Слусар, он тоже среди актива Гражданской платформы «Достоинство и правда». Кормилец протеста в прямом смысле слова. Слусар не хочет платить взятки районной налоговой. Его обещают посадить. Не платить неприлично: не свои же деньги инспектору закладывать в конверт для вышестоящей инстанции!

— …Предлагаю: Саш, пригони в Кишинев трактор с прицепом и вывали, так сказать, ТО под окнами Тимофти! — говорит Константин. — Что, не знаем, где особняк? Пусть нюхает, если развел, так сказать, ТО по всей стране! А он: «Неудобно. У Тимофти дома жена, дети…» Эх, как же мы радовались, когда Украину обогнали! А теперь позоримся на весь мир. Реформ ждали в юстиции, в прокуратуре, в армии.

— Зато у вас армия…

— Не завидуйте. Цена страшная. Когда в девяносто втором я был замом командира плацдарма в Приднестровье, — с внезапной жесткостью продолжает Константин, — когда трупы наших ребят вывозили, украинцы не верили, что с нами Россия воюет, а никакие не сепаратисты. Еще и в наемники шли, Приднестровье защищать. Поняли сейчас, от кого на Донбассе АТО?!

— Муст — штука лечебная, — примирительно произносит Георгий, посматривая на опустошенную мной кружку. — Чистит внутри хорошо, гладит себя по животу. — Расстройства не будет. Хотя, конечно, зависит от организма…

 

Тринадцатый день бессрочного протеста

Левые тоже пообещали начать свою акцию за свержение власти, но отдельную, чтобы в итоге развернуть страну лицом к Таможенному союзу и России.

Анна Гуцу, почетный член ПАСЕ, пять лет возглавлявшая делегацию Молдовы в Совете Европы, доктор наук, профессор и, как сама рассказывает, «училка французского», создала партию «Правые». Опаздываю к ней в офис на пресс-конференцию, влетаю в зал и оказываюсь… вторым представителем СМИ. При этом идеи унионизма (воссоединения с Румынией) популярны среди молодежи. Собственно, прессу Анна собирала, чтобы поделиться румынским опытом противодействия коррупции, пассивной и активной, путем конфискации имущества. Но охотно отвечает и на мой главный вопрос:

— Мы, «Правые», за объединение с Румынией. Это сейчас единственный выход. Республика Молдова — несостоятельный проект, увы. Нет желания решать проблемы граждан. Молдова не имеет своей истории государственности, мы жили под оккупацией Российской империи, чувствуя себя румынами. А золотой восемнадцатый год минул, и снова оккупация СССР. Как технологически сделать? Не надо выдумывать законы, просто взять и применить румынские. Объединить армии. Хотя если танки Путина пойдут на Кишинев, Молдова станет Румынией очень быстро.

Наконец, удается встретиться с Василе Нэстасе. Василе — известный публицист, его брат Андрей — успешный адвокат. Они оба «двигатели» идеи Гражданской платформы: полная перезагрузка власти. Рассказывает о поездке в городок Штефан-Водэ, откуда вернулся ночью. Тактика сменилась — центр тяжести протестов переносится на места.

— Мы несколько месяцев звали людей в Кишинев, на поддержку. Но билеты дорогие. У себя дома они тоже могут бороться. Дороги перекрывать, например. Бандиты должны уйти. И все равно — мирный протест, не надо Майдана.

О том, кто должен прийти, я пока не спрашиваю. Вот, говорят, из Европы Молдове присылают генерального прокурора. Невдалеке от палаток прохаживается группа европейцев с бейджами. У них озабоченные лица энтомологов.

Правящие партии теряют депутатов. В момент, когда я передаю репортаж, в Альянсе остался 51 человек. Это граница кворума. Парламент на грани дееспособности.

Президент Николае Тимофти принял Андрея Нэстасе и других членов переговорной группы «Достоинства и правды».

Фото автора

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera