Расследования

Последний фигурант

Из всех подозреваемых по делу «Оборонсервиса» в СИЗО остается только Душутин — человек с больным сердцем, который давно должен был выйти по УДО

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 107 от 30 сентября 2015
ЧитатьЧитать номер
Политика

Вера Челищеварепортер, глава отдела судебной информации

Из всех подозреваемых по делу «Оборонсервиса» в СИЗО остается только Душутин — человек с больным сердцем, который давно должен был выйти по УДО

Казалось бы, в деле «Оборонсервиса» можно ставить жирную точку, вернее — крест. Анатолий Сердюков на свободе и даже вошел с 50%-й долей в состав компании, занимающейся сдачей в аренду недвижимости. На свободе и Евгения Васильева, которая запомнится многим не только квартирой, картинами, клипами и стихами, но и своим мегаскоростным выходом по УДО. Запуганный кем-то Владимирский областной суд так, в свою очередь, закошмарил коллег из Судогодского районного суда, что те вынуждены были пойти на прецедент — отпустить Васильеву сразу же, не дожидаясь, когда истекут обязательные по закону 10 дней, в которые прокуратура или потерпевшие имеют право обжаловать решение. Кто-то, видимо, счел требования УПК, строго выполняемые в отношении всех других осужденных, в этом случае пустой формальностью. (Впрочем, крови Васильевой мало кто хочет: учитывая уровень нашего следствия и суда, трудно быть уверенным, совершила ли она на самом деле то, что ей вменяют, или нет.) Все это — плевок в сторону десятки тысяч других, обычных и часто невиновных, осужденных, которые не могут получить свое УДО годами. И уж если говорить о равенстве всех перед законом, то справедливо  было бы распространить прецедент Васильевой на всех остальных.

Например, на тех же фигурантов дела «Оборонсервиса». Вот четвертый год находящийся в Бутырке Алексей Душутин (бывший генеральный директор Военно-строительного управления Москвы) так и не смог получить УДО. Его обвинили в том, что он мошенническим путем завладел 1 млн бюджетных рублей. Приговорили к пяти годам (Мосгорсуд скостил до 3,5), а затем предъявили еще одно обвинение — в попытке продажи 30 объектов бывшей военной базы.

Душутин, как и остальные фигуранты этого громкого дела, заверяет всех в своей невиновности, даже обвиняет во всем Сердюкова и Васильеву, дает на них показания и заявляет о какой-то мести с их стороны, перечисляет рейдеров, которые, пока она сидит, отобрали зарегистрированные на его родителей фирмы и квартиры… Впрочем, вдаваться в детали его обвинений и разбираться, кто действительно воровал в «Оборонсервисе», а кто нет, я не буду. Речь не об этом, а об УДО.

С Душутиным вообще ситуация непростая — он сердечник, страдает тяжелыми головными болями, у него язва. Не раз за время нахождения в Бутырке попадал в больницу. Не раз просил перевести его из влажной камеры с цементным полом в другую. Но его словно не замечают. Как и не замечают члена Совета при Президенте по развитию гражданского общества и правам человека, главу комиссии по содействию общественным наблюдательным комиссиям (ОНК) и реформе пенитенциарной системы Андрея Бабушкина, который писал на имя президента Путина обращения по поводу условий содержания Душутина в тюрьме. Цитирую:

«Уважаемый Владимир Владимирович! Информирую Вас о выявленных фактах произвола и беззакония в отношении предпринимателя Алексея Викторовича Душутина <...> С Душутиным А.В. я познакомился в СИЗО № 2 УФСИН по г. Москве (Бутырка), где он находится с 22.02.12. <...> 3.04.12 судья Ковалевская вынесла постановление об освобождении Душутина под залог в 3 млн руб., в тот же день этот залог был внесен. 3.04.12 документы об освобождении поступили в СИЗО № 2. Тем не менее, Душутин не был освобожден; 6 часов с Душутина брали отпечатки пальцев; Душутину выдали паспорт, однако вместо освобождения поместили в клетку, где он провел весь день, после чего направили в камеру без матраса. В этот же день 03.04.12 в 00.00 по требованию заместителя прокурора г. Москвы Козлова постановление об изменении меры пресечения было отменено <...>

В апреле 2014 года Душутина А.В. направили для отбытия наказания в ФКУ ИК № 2 по Липецкой области. В сентябре 2014 года у Душутина наступал срок, когда он мог ходатайствовать перед судом об условно-досрочном освобождении. Однако в августе 2014 года следователь ГСУ ГУ МВД по г. Москве Колесников А.В. вынес постановление о переводе Душутина в СИЗО г. Москвы, как свидетеля по уголовному делу. Стремясь создать для Душутина невыносимые условия отбытия наказания, Колесников не только не сообщил Душутину о том, по какому делу и на каком основании он привлек его в качестве свидетеля, но и систематически отказывает Душутину в свидании с престарелыми родителями. Колесников   добился перевода Душутина в т.н. «спецблок», где стоит повышенная влажность, а камера Душутина имеет цементный пол».

Еще Бабушкин писал о не совсем законных, по его мнению, методах работы следователей по делу Душутина: «Следователь 4 отдела ГСУ Сидоров в рамках уголовного дела собрал учредительные документы на 20 предприятий, доля в которых принадлежит семье Душутиных; и на вызванных им на следствие директоров этих предприятий оказывал сильнейшее давление. В декабре 2012 года следователь Сидоров требовал от Душутина подписать материалы дела без адвоката; в случае отказа обещал проблемы в СИЗО. Душутин сообщил о том, что после его отказа подписать постановление об ознакомлении с материалами дела его 4 раза водворяют в карцер, 3 раза помещали в психиатрическое отделение. В декабре 2012 года следователь Сидоров в следственном кабинете СИЗО нанес ему удар под дых».

Кстати, следователь Сидоров в январе 2014 года был задержан с поличным за вымогательство взятки в 500 тысяч долларов у другого подследственного.

Престарелые родители обвиняемого Душутина, 78-летняя Зоя Петровна и 80-летний Виктор Иванович, постоянно пишущие жалобы в защиту сына, тоже оказались под прессингом. По их словам, в июле этого года они обнаружили у себя в почтовом ящике несколько писем, информирующих о том, что в 2013—2014 годах они якобы сделали несколько займов под процент у некоего ООО на общую сумму в 3—4 млн рублей. До июля 2015 года об этих займах старики Душутины ничего не знали.

А за месяц до этого, по словам Зои Петровны, из их квартиры исчезли несколько важных документов и деньги. «Это было воскресенье, 21 июня, — вспоминает она. — В те выходные мы были на даче и вернулись только в 22 часа. Охранник сказал нам: «В вашей квартире поменяли замки, мы не могли вам дозвониться. Заходили люди с документами, мы сняли копии». У одного человека было адвокатское удостоверение, у другого — удостоверение участкового уполномоченного полиции по Арбатскому району (имена и фамилии имеются в редакции.В. Ч.). Пройдя охрану, они прошли в квартиру, после чего сменили замки. На следующий день мы подали заявление в ОМВД. Доказав, что прописаны в квартире, мы все-таки попали домой, где обнаружили, что два портфеля в прихожей, с которыми мы ходили по всем следователям и в которых были все основные документы по делу, опустошенные. Конверта, в котором лежали 200 тыс. рублей для адвокатов, на месте также не оказалось».

Дело по факту проникновения в квартиру в ОМВД по Арбатскому району расследуется медленно. Лица, проникшие в квартиру, несмотря на имеющиеся у Душутиных-старших имена и фамилии, считаются почему-то «неустановленными».

Вполне возможно, что Душутин виновен. Вполне возможно, старики Душутины говорят неправду, чтобы помочь своему сыну. Но мне почему-то верится, по крайней мере, старикам Душутиным. Хотя бы потому, что на стороне следствия активно выступает известный телеразоблачитель, автор программы «Момент истины» Андрей Караулов. Он сделал не только передачу, направленную против Душутина, но даже опубликовал на сайте программы письма Душутина матери и жене, а также фото документов, которые были в числе пропавших из квартиры стариков. Каким путем к нему попали оригиналы переписки и копии украденных документов, журналист пояснять не стал.

…Сейчас Алексей Душутин по-прежнему сидит в той же камере с повышенной влажностью и цементным полом. Симоновский суд, где слушается его второе дело, по-прежнему раз за разом продлевает ему срок содержания под стражей. Несмотря на больное сердце и постоянные головные боли. Недавно на одном из заседаний подсудимый сообщил, что в перерыве его избили в конвойном помещении, когда он позволил себе возмутиться одним из свидетелей обвинения. «Били, несмотря на то что я после инфаркта». Можно, конечно, и тут ему не верить. Но в зале присутствовал корреспондент «Новой», когда подсудимый поднял футболку, на животе все зрители, судья и прокурор могли увидеть большое четкое красное пятно. Побои зафиксированы и медико-санитарной частью СИЗО.

Адвокаты Душутина вместе с правозащитниками из движения «За права человека» официально обратились в прокуратуру и во ФСИН с просьбой провести проверку по данному факту. Прошел месяц. И ничего.

Вот поэтому как-то хочется, чтобы казус Васильевой с ее головокружительным УДО распространялся на всех, в том числе и на ее бывших коллег.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera