Сюжеты

Киев преткновения

Россия и Европа хотят вернуться к экономическому партнерству, но не могут договориться о том, какую роль должна играть Украина

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 129 от 23 ноября 2015
ЧитатьЧитать номер
Экономика

Алексей Полухиншеф-редактор

 

Россия и Европа хотят вернуться к экономическому партнерству, но не могут договориться о том, какую роль должна играть Украина


Юнкер выступил за сближение ЕС и ЕАЭС, но это точно не спонтанная реакция на встречу с Путиным / EPA

Глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер после беседы с президентом России на саммите G20 в Турции направил Владимиру Путину письмо, в котором предложил обсудить экономическое сотрудничество между Евросоюзом (ЕС) и Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС — правопреемник Таможенного союза, в него входят Россия, Белоруссия, Казахстан, Киргизия и Армения). Это событие было расценено как жест доброй воли на фоне общего снижения напряженности между Россией и Западом в условиях совместного противостояния терроризму.

А также — как возможная реакция на намерение России в одностороннем порядке провести реструктуризацию долга Украины нашей стране. На том же саммите «Двадцатки» Владимир Путин неожиданно (в том числе для нашего Минфина) заявил, что мы готовы не требовать немедленной выплаты 3 миллиардов долларов, как предполагали изначальные условия займа, а получать по миллиарду в течение 2016—2018 годов.

Но намек на всеобщее потепление отношений быстро развеялся. В Кремле заявили, что не приемлют содержащегося в письме Юнкера пункта о синхронизации экономических переговоров с выполнением Минских соглашений. Премьер-министр Украины Арсений Яценюк был категоричен: предложения «государства-агрессора» по реструктуризации приняты не будут. Премьер-министр России, в свою очередь, напомнил, что с января 2016 года Россия вводит против Украины продуктовое эмбарго.

Читайте также:

Недружественное мясо: Россию на аграрном рынке Украины заменят Китай и ЕС

Запутались? Тогда вот еще пища для размышления. Письмо Юнкера — не спонтанная реакция на встречу с Путиным, а часть длительной переписки, которую ведут ЕС и ЕАЭС с 8 сентября, причем по инициативе «восточного блока». То есть Москва и союзники хотели бы продолжать переговоры об экономической интеграции вне контекста событий на востоке Украины, а Юнкер в действительности мягко дал понять, что это невозможно.

Бескомпромиссность позиции Арсения Яценюка тоже имеет свои пределы. Вот если бы Россия согласилась на те же условия реструктуризации, что и коммерческие кредиторы (списание 20% задолженности и перенос платежей на 4 года), с «государством-агрессором» был бы совсем другой разговор.

Наконец, и Дмитрий Медведев не вводил никакого эмбарго: он просто в удачный момент напомнил, что с 1 января 2016 года в силу вступит давно принятое решение, связанное, кстати, не только с внешней политикой, но и с началом действия соглашения о зоне свободной торговли (ЗСТ) между Украиной и ЕС. То есть мы не от сала и цукерок защищаемся, а от европейских товаров, которые иначе коварным беспошлинным путем попадут на внутренний рынок России и остальных «евразийцев».

То есть поле конфликта, в котором пребывают все стороны треугольника Москва—Брюссель—Киев, выходит далеко за пределы Донбасса, но при этом имеет мало точек соприкосновения с той же Сирией. История, которая сегодня включает в себя Майдан, Крым, Дебальцево, Минск, санкции и контрсанкции, — началась с неготовности Европы и России договариваться о конфигурации подписания Украиной договора о Евроассоциации.

Кстати, оттуда же «родом» и долг, который сейчас не хочет реструктурировать Киев на условиях Москвы. Это был своеобразный «откат» Януковичу за «разворот на восток». Который обернулся коллапсом отношений.

Логика ситуации в том, что любые геополитические маневры не способны сами по себе устранить экономическую первопричину противоречий, но зато в любой момент могут их усугубить, что политики и демонстрируют. Если раньше спор шел о том, кто перетащит Украину на свою сторону — Москва или Брюссель, — то теперь задача усложнилась. Даже если Россия и Европа найдут взаимоприемлемое решение (а они его ищут — и это главная хорошая новость), европейским партнерам придется убеждать Киев. Ведь с Москвой он еще долго не сможет конструктивно разговаривать — и понятно почему.

Но понятно и другое: экономическая конфронтация между ЕС и ЕАЭС — действительно игра с ненулевой суммой. Сумма получается отрицательной для каждой из сторон, а заодно и для Украины. Так что стол переговоров в любом случае лучше, чем бойцовский ринг.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera