Расследования

«Не наседайте на него. Он хотя бы частично правду говорит»

В суде по делу Савченко был допрошен глава «ЛНР» Плотницкий, испугавшийся выступать при зрителях и журналистах. Его показания спутали прокурорам карты

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 129 от 23 ноября 2015
ЧитатьЧитать номер
Политика

Вера Челищеварепортер, глава отдела судебной информации

В суде по делу Савченко был допрошен глава «ЛНР» Плотницкий, испугавшийся выступать при зрителях и журналистах. Его показания спутали прокурорам карты


Игорь Плотницкий. Пока — свидетель
Фото: Александр ХУДОТЕПЛЫЙ / ТАСС

На прошлой неделе в Донецком городском суде Ростовской области, где слушается дело украинской летчицы Надежды Савченко, обвиняемой российским следствием в убийстве журналистов ВГТРК и незаконном пересечении границы, выступил с показаниями глава самопровозглашенной «ЛНР» Игорь Плотницкий. Этого свидетеля обвинения с интересом ждали все — и обвиняемая, и ее адвокаты, и, конечно, журналисты. Дело в том, что генеральная прокуратура Украины обвиняет самого Плотницкого в похищении Савченко. Да и последняя не раз заявляла, что, смотря телевизор в СИЗО, узнала в Плотницком руководителя группы, которая в июне 2014 года взяла ее в плен, вывезла из Луганска для передачи сотрудникам ФСБ на границе Украины и России. С тех пор глава «ЛНР» вошел в список лиц, на которых распространяется действие указа президента США о санкциях в отношении России, а также попал в санкционные списки Европейского союза, Канады, Австралии, Швейцарии, Лихтенштейна и Норвегии. До последнего момента не было уверенности, что Плотницкий вообще появится в суде. Но появился. Правда, попросил суд допрашивать его в закрытом от публики и СМИ режиме: так как он лицо публичное и опасается за свою безопасность. Правда, чем вызвана такая пугливость, не конкретизировал.

Просьба Плотницкого вызвала негодование у Савченко и адвокатов, которые заметили, что у свидетеля нет секретного статуса.

— Я тоже публичная особа, но ничего не боюсь, поэтому хочу, чтобы его допросили открыто! — заявила подсудимая. Адвокат Илья Новиков ее поддержал:

— Плотницкому нечего терять, его участь довольно печальна. Я не понимаю, как статус лидера террористической организации дает право изменять процесс.

— У нас тут оцепление, полный зал приставов, снайперы российские на крышах сидят. Это общая фраза — «Опасения за безопасность», — добавил адвокат Николай Полозов.

Но Плотницкого ожидаемо поддержали прокуроры, заявив, что адвокаты уже в суде угрожают свидетелю фразой «Его участь печальна». Суд согласился, подчеркнув: «Свидетель вправе ходатайствовать о закрытии процесса при наличии данных о том, что ему угрожают убийством, применением насилия и так далее».

— Что вы Россию позорите! — не выдержала Савченко и вместе с защитниками заявила всей коллегии судей отвод. — Я с самого начала, когда начинался весь этот фарс, заявляла, что не доверяю суду и прокурору. Для меня вы все марионетки.

— Я вам делаю замечание за оскорбление судьи. Вы по существу говорите, не надо политикой говорить, — сказал председательствующий.

— Вы марионетки, не будет вас, будут другие, и поэтому я прошу вас: уйдите! Вы меня в России все равно убьете, без всяких политических заявлений. Это мне здесь угрожает опасность, это я сижу в клетке. Посадите лучше меня в зал.

Однако в отводе себе коллегия судей отказала.

— Show must go on! — запела Савченко из «аквариума». Журналистов и украинских консулов попросили выйти из помещения, а в соседнем — дополнительном зале для СМИ — вырубили трансляцию. Прокуроры вдобавок потребовали запретить защите пользоваться диктофонами, мобильными телефонами, соцсетями и вести «рукописные записи». Адвокаты сказали, что не подчинятся и приставам тогда придется силой отнимать у них бумаги и ручки. Суд на крайние меры не пошел, но заявил, что адвокаты не должны пересказывать журналистам содержание показаний Плотницкого. Хотя грифа «Секретно» в деле нет, да и Плотницкий не засекречен, а его показания на следствии давно опубликованы. Свидетеля ввели в зал через черный вход.

Выйдя из зала через 3 часа, адвокаты рассказали, что было в закрытой части. Плотницкий заявил: он просил закрыть процесс не ради безопасности, а чтобы его допрос «не использовали политически». От выступления Плотницкого адвокаты, по их словам, ожидали, что тот будет «лжесвидетельствовать», как его подчиненные бойцы, которых суд слушал ранее. «Но Плотницкий для нашего позднего средневековья оказался еще относительно цельной персоной, — рассказал Новиков. — Он напомнил персонаж из итальянских кондотьеров — достаточно бессовестный, но со своими принципами. Не врать вовсе он не мог, но врал аккуратно, острые углы старался обходить».

Так, Плотницкий сказал, что Савченко взяли в плен уже после обстрела, убившего журналистов. Но брал не он, ему только доложили об этом. Он, будучи командиром батальона «Заря», лично допрашивал Савченко, сразу как ее привезли на базу батальона, но она ему не говорила, что корректировала огонь. «С Савченко они нашли общий язык и тогда, и теперь в суде. Как военный с военным. В суде Надежда нас даже сдерживала: «Хлопцы, не наседайте на него. Он хотя бы частично правду говорит». Нас это «частично» совершенно не устраивало. Но несколько важных вещей мы из Плотницкого все-таки вытянули», — отметил Новиков.

По его словам, Плотницкий рассказал, что в тот день, 17 июня 2014 года, на перекрестке в поселке Металлист от артобстрела действительно погибли не только журналисты Игорь Корнелюк и Антон Волошин, были и другие убитые, в том числе — боевики. То, что Плотницкий это признал, весьма важно: обвинение ведь обходит стороной тему убитых боевиков и напирает лишь на обстрел исключительно мирных граждан. Плотницкий, однако, сказал, что не знает никого из убитых по фамилиям, только по позывным, поэтому не может утверждать однозначно.

Еще он сказал, что вопрос об освобождении Савченко решался коллективно на сходке руководства «ЛНР». Он сам был за освобождение «из уважения к женщине и офицеру». Сейчас у него изменилась точка зрения, он думает, что это было неправильно: «Все, кто убивал граждан «ЛНР», должны отвечать». Но тогда он якобы приказал отвезти ее в поселок Северный у Изварино и там отпустить. Документы и вещи ей не вернули, вернули только один из двух телефонов (часть документов, найденных у Савченко, а также копии с них, Плотницкий распорядился отдать в «особый отдел», их оригиналы он оставил у себя). Также Плотницкий признал, что на тот момент со стороны «ЛНР» были люди в плену у украинской стороны, но освобождение Савченко и других «айдаровцев» (добровольческий батальон «Айдар» — В. Ч.) и ВСУшников обсуждалось вне схемы обмена, «их просто отпускали». Помимо прочего он дезавуировал слова своего бывшего шефа Валерия Болотова, тогдашнего главу «ЛНР». Тот в интервью «Вестям» 10 июля 2014-го заявил, что Савченко сбежала из плена во время авианалета на батальон «Заря». Это и было официальной версией следствия первые полгода. Плотницкий сказал, что «это неправда, и он не знает, почему Болотов такое сказал».

Часто Плотницкий от показаний переходил на диалог с Савченко. Они спорили, кто был виноват в начале войны, и похожи ли боссы «ЛНР» на отцов-основателей США. «Плотницкий, видимо, считает себя кем-то вроде Томаса Джефферсона, ассоциирует себя с отцами-основателями США, которые восстали против Великобритании и считали себя героями, а их считали мятежниками. Только проблема в том, что отцы-основатели победили. А в то, что Плотницкий сможет победить, мне лично не верится», — сказал Новиков. Плотницкий в ответ на такие реплики назвал Новикова «историком», вдавался в детали биографий других адвокатов, сказал, что они «политизируют процесс», и дал понять, что следит за их социальными сетями. Савченко же он предсказал, что «ее скоро обменяют, она получит в Киеве большую должность, и они еще увидятся».

По итогам заседания прокуроры попросили вынести частное определение в отношении адвокатов за то, что те вели твиттер-трансляцию допроса и даже опубликовали фото Плотницкого за трибуной. Суд приобщил по их просьбе скриншоты из Twitter. Но решение о частном определении примет позднее.

В остальном неделя в Донецке закончилась исследованием вещдоков — в частности, военной формы обвиняемой. На правом рукаве куртки Савченко адвокаты указали на два входных и выходных отверстия от пули калибра 5,45. Новиков показал отверстия судье, тот с интересом переспросил: «Это 5,45?» По мнению защиты, попадание пули в руку Савченко доказывает, что та не могла забраться на 40-метровую вышку в районе Стукаловой Балки, откуда, по версии следствия, корректировала обстрел блокпоста ополченцев.

Прокуроры же, исследуя отверстия от пули на куртке, почему-то смеялись: «Ха-ха, ну хорошо, пусть будут и входные, и выходные отверстия!»

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera