Сюжеты

Самопринуждение к миру

Для того чтобы остановить войну, объявить о прекращении огня явно недостатчно

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 16 от 15 февраля 2016
ЧитатьЧитать номер
Политика

Павел ФельгенгауэрОбозреватель «Новой»

 

Для того чтобы остановить войну, объявить о прекращении огня явно недостатчно


Министр Лаврову (справа) договорился по Сирии с госсекретарем Керри (слева). Фото: РИА Новости

На заседании международной группы поддержки Сирии в Мюнхене объявлено о том, что к следующей пятнице на сирийских фронтах должен прекратиться огонь. Должна также начаться доставка гуманитарной помощи нуждающимся и возобновиться переговоры в Женеве о политическом урегулировании.

Перемирие не будет распространяться на «террористические организации» типа «Исламского государства» (организация, запрещенная в РФ) и «Джебхат ан-Нусра» (тоже запрещена в РФ) и прочих других, пока официально непоименованных, чей список должен быть утвержден в ООН. Будет создана специальная рабочая группа под совместным американо-российским председательством, чтобы выработать некие «модальности» будущего перемирия и правила применения оружия: кого, короче, можно бомбить, кого — нет и что конкретно делать с тотальной гуманитарной катастрофой в регионе.

Задача стоит неподъемная. Всякое устойчивое перемирие требует разработанных и подробных, совместно согласованных и утвержденных правил. Нужна система наблюдения и разбора происшествий, нужны многочисленные, хорошо вооруженные миротворцы и, главное, нужно сильное желание и политическая воля воюющих сторон реально прекратить огонь. Сегодня в Сирии ничего этого нет, зато есть застарелая взаимная ненависть и желание мстить. Понятно, что мюнхенской голословной декларации совершенно недостаточно, чтобы хоть какое-то перемирие состоялось и тем более удержалось. В Донбассе, например, не получается устойчивого долгосрочного прекращения огня уже второй год, и в Нагорном Карабахе — постоянные бои местного значения. А в Абхазии, в Южной Осетии и в Приднестровье давно не стреляют, хотя кардинального политического решения нет нигде.

Режим Башара Асада считает террористами всех своих вооруженных противников. Отряды ИГ, которые враждуют практически со всеми, занимают более-менее определенную территорию, но, например, бойцы «Джебхат ан-Нусра» рассыпаны там и сям, отряды перемещаются по ходу сражений, образуя разномастные боевые группы. Отличить с воздуха «террориста» от «оппозиционера» трудно при всем желании. На стороне сторонников Асада — такая же чересполосица из остатков развалившейся армии, всяких ополчений, образованных по религиозно-этническому признаку, отрядов добровольцев-карателей и многочисленных иностранных добровольцев-наемников (в частности, иранских военных и бойцов ливанской «Хезболлы»).

В подобной обстановке у провозглашенного перемирия нет практически никаких шансов на успех. Иран и РФ вложили и продолжают вкладывать огромные средства и нести потери ради спасения разбитого и разоренного, отвергнутого собственным народом режима Асада.

Дальняя цель Москвы и Тегерана — победить в гражданской войне, разгромить и вытеснить за границу вооруженную оппозицию всякого рода и утвердить Сирию в качестве совместного ирано-российского протектората со стратегически важными военными базами. Что-то вроде Чечни, как она сложилась при Путине после разгрома боевиков и исламистов.

Может в Сирии появиться новый вождь, типа Рамзана. На Асаде, в конце концов, свет клином не сошелся.

Европе нужно, чтобы в Сирии снова был хоть какой-то порядок, но нет никакого согласия в том, как этого добиться. ЕС совершенно расколот, сообщают источники в Брюсселе: Франция, Британия, Швеция и Дания жестко отказываются иметь дело с Асадом и требуют всемерно поддержать оппозицию. Болгария, Румыния, Испания и Чехия согласны вести диалог с Асадом, остальные вместе с Германией как-то колеблются между. Все в ужасе от потока беженцев, а некоторые согласны с Москвой, «которая бомбит всех подряд».

Официальная политическая линия Вашингтона, проводимая госсекретарем Джоном Керри, также основана на непременном поиске любой ценой общих точек соприкосновения с Москвой по сирийскому кризису, и это вносит дополнительный раскол в ЕС.

Никакого давления, никаких потенциально угрожающих действий — только неустанный поиск компромиссов «с другом Сергеем» [Лавровым]. В результате в ответ на мюнхенское решение о перемирии, Асад объявил, что собирается отвоевать всю потерянную Сирию, что «может потребовать времени». Впрочем, не только времени — еще нужно будет убить до миллиона человек вдобавок к уже погибшим 470 тыс. и получить еще до 10 млн новых беженцев.

Только сократив предвоенное население Сирии (23 млн) раза в 3, реально заставить остальных снова подчиниться режиму.

По мнению европейцев, первые 100 дней воздушной кампании ВКС в Сирии оказались малоэффективными: деморализованные и малочисленные остатки сирийской армии не могли и не хотели энергично наступать, чтобы воспользоваться эффектом российских бомбежек. Потому к нынешнему наступлению к северу от Алеппо иранские союзники Асада собрали ударный кулак хорошо подготовленных бойцов из «Хезболлы», а также наемные отряды иракских и афганских шиитских ополченцев под командой генералов и офицеров иранского корпуса стражей исламской революции (КСИР). Радикальные шиитские боевики давно воюют в Ираке, Ливане и в Афганистане с суннитами, которые составляют подавляющее большинство населения Сирии. Они религиозно мотивированы и нередко склонны к крайней жестокости, как, впрочем, и их противники — сунниты. Но таких ударных сил в распоряжении режима Асада сравнительно немного. Надо действовать стремительно в районе Алеппо — оттеснить бойцов сирийской оппозиции и радикальных исламистов за турецкую границу, а вместе с ними ненадежное гражданское суннитское мирное население — чем больше, тем лучше.

Читайте также:

Наземная операция для Эрдогана равносильна политическому харакири

Когда турецкая граница будет закрыта, охрану занятых территорий можно передать всяким худо-бедно подготовленным местным, а ударные части нужно перемещать на другие фронты, прежде всего к Дамаску и южнее, чтобы перекрыть иорданскую границу. Занятую оппозицией часть Алеппо также желательно зачистить сравнительно быстро, пока там паника, а то придется вести осаду много месяцев или даже лет, как это было с Сараево во время боснийской гражданской войны. Особенно если в Алеппо по плану Лаврова—Керри будет налажен гуманитарный коридор снабжения.

То есть военная логика требует, чтобы ВКС продолжали бомбить, а сборные силы режима Асада продолжали наступать, пользуясь любым предлогом: что оппозиция сама не желает перемирия, что это «террористы» и т.п.

Кстати, Лавров в Мюнхене блестяще выполнил задание центра, обвел вокруг пальца Керри, подписал необязательную бумажку, которую можно трактовать как хочется. Вышло лучше, чем даже Минск-2.

Лавров даже призвал американских военных к тесному сотрудничеству: «У нас есть общий враг». Но это вряд ли: согласие по Сирии достигнуто не с США и не с Пентагоном, а с Керри. Когда в Мюнхене вели переговоры, глава Пентагона Эштон Картер в Брюсселе вежливо объяснил журналистам, что желает Керри успеха, а его [Картера] задача — «сдерживать русскую агрессию» и бороться с ИГ силами собственной коалиции. Картер уже не раз доказывал, что Керри ему не указ.

Завершающая свой срок администрация Барака Обамы слаба, и это вроде бы должно сыграть на пользу российским стратегическим замыслам. Но по факту время и усилия, потраченные на бесконечные переговоры с Керри, окажутся вдруг потраченными впустую. Российские военные и союзники спешно продвигаются в сторону турецкой границы, и прямое военное столкновение становится все более вероятным, но Лавров выражает уверенность, что Вашингтон не допустит ввода в Сирию турецких или иных иностранных суннитских арабских сил. Впрочем, Керри уже начал страховаться, заявив в интервью в Мюнхене: «Если Асад, РФ и Иран не выполнят обещания, международное сообщество не будет стоять, как идиоты, и бессильно пялиться. Могут появиться наземные силы». Типа я ни при чем, сами расхлебывайте, Керри сделал что мог.

Читайте также:

Белый дом: обязательства по перемирию в Сирии существуют лишь на бумаге

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera