Сюжеты

Осторожно, «окна жизни» закрываются!

Бэби-боксы, эти ящики с кроватками, за пять лет спасли в России 35 малышей. За тот же срок 619 женщин были осуждены по статье «Убийство матерью новорожденного ребенка»

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 31 от 25 марта 2016
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Бэби-боксы, эти ящики с кроватками, за пять лет спасли в России 35 малышей. За тот же срок 619 женщин были осуждены по статье «Убийство матерью новорожденного ребенка»


Один из первых бэби-боксов в России
Фото: РИА Новости

Тридцать секунд на размышление

Бэби-боксы в России впервые появились в Перми. В 2011 году фонд «Колыбель надежды» в Пермском крае запустил проект «Окна жизни». Это те самые бэби-боксы: пластиковые окошки со специальной кроваткой внутри. Женщина может анонимно оставить ребенка в этом «окне жизни», если решает, что ребенок ей не нужен. Нужно просто положить младенца внутрь, и через 30 секунд дверца заблокируется, бокс невозможно будет открыть снаружи. Врачи узнают о появлении младенца по миганию лампы или тревожному звуку. Ребенка осмотрят специалисты, сделают первичные анализы, потом сообщат в полицию и органы опеки. В местах, где установлены бэби-боксы, нет видеокамер и охраны. Все анонимно. Если потом что-то в жизни мамы поменяется, она сможет вернуть ребенка, сделав анализ ДНК, — до его усыновления. Рядом с каждым бэби-боксом указаны номера телефонов кризисных центров, по которым можно получить психологическую, социальную и правовую помощь. Сейчас бэби-боксы открыты в 15 субъектах Федерации. В столице — ни одного.

Али ФЕРУЗ,
специально для «Новой»

Детский омбудсмен Павел Астахов и Минздрав России объявили «окна жизни» (специально оборудованные места для анонимного отказа от младенцев) социально вредными и опасными, вызвав в обществе новую волну споров о бэби-боксах.

На этой неделе в Общественной палате РФ проходили слушания по теме защиты прав новорожденных на жизнь и охрану здоровья. Их участники рассматривали вопрос о «юридической, социальной и нравственной обоснованности установки и эксплуатации бэби-боксов в нашей стране». И пока уполномоченные по правам ребенка, депутаты и чиновники обсуждали в Москве законопроект об «окнах жизни», далеко от столицы, в Александровском районе Ставропольского края, началось расследование убийства, совершенного в селе Саблинское.

Молодая женщина, мать троих детей, родила нежеланного малыша без врачей, скорой помощи и свидетелей. Завернула кроху в тряпку, спрятала в картонную коробку и закрыла в комнате. А когда младенец умер, бросила его в старый сухой колодец рядом с домом и засыпала землей. Убийство произошло в мае, но полиция узнала о нем только сейчас.

По словам саблинцев, их землячке нечем было кормить детей. Все до дикости просто. Не повезла малыша в Дом ребенка — дорого, заставили бы платить алименты. Не поехала в роддом и не сдала его там — пришлось бы объясняться с полицией и органами опеки. О существовании кризисных центров или бэби-боксов в ставропольском селе никто не слышал: «Откуда им взяться? Здесь не город».

Стараниями противников законопроекта об «окнах жизни» в России скоро могут закрыться и немногочисленные городские пункты, которые с трудом создавались в 15 регионах страны. Из 22 бэби-боксов в 2016 году осталось 17. Под давлением хорошо организованной «возмущенной общественности» их ликвидировали в Перми, Добрянке (Пермский край), Кирове, Екатеринбурге и Владимире. Кому они помешали?..

Бэби-боксы появились в российских регионах пять лет назад и за это время спасли 35 малышей. За этот же срок в России, если верить официальной статистике, региональные суды вынесли обвинительные приговоры 619 женщинам по статье 106 Уголовного кодекса РФ («Убийство матерью новорожденного ребенка»). Реальное количество погибших детей в 8 раз больше — эта категория преступлений обладает высокой латентностью, и в правоприменительной практике убийство новорожденного нередко квалифицируется по статье 105 УК РФ («Убийство»). Мы теряем от 16 до 23 детей в месяц и в такой ситуации дискутируем о бесполезности бэби-боксов.

Места для анонимного отказа от новорожденных в России не запрещены законом, но и не одобрены — их правовой статус до сих пор не обозначен. В Госдуму дважды вносился проект документа о порядке установки и эксплуатации специальных устройств при медицинских и социальных организациях. Первую редакцию отклонили в 2015 году, новую освистывают теперь.

Бэби-боксы резко критикуют уполномоченный по правам ребенка в РФ Павел Астахов, глава Патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства Димитрий Смирнов, директор департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения Минздрава России Елена Байбарина. По их выступлениям в СМИ сложно понять, чем же плохи «окна жизни». Называя бэби-боксы опасными, социально вредными, безнравственными и провоцирующими матерей отказываться от детей, противники законопроекта не подтверждают свои слова фактами. В чем они видят риск? Почему спасение малышей от смерти кажется им аморальным? Каким образом металлические «колыбели» и их количество в регионах повлияют на психологию мам?

«Новая газета» обратилась за комментариями и к критикам, и к защитникам бэби-боксов, чтобы разобраться в причинах полемики.

 

«Мы говорим о спасении жизни»

Руководитель Международной общественной организации «Справедливая помощь» Елизавета ГЛИНКА (Доктор Лиза):

— Я прочитала аргументы, которые приводятся против установки бэби-боксов, и поняла, что здесь учитывается все что угодно, кроме единственного. Мы же говорим не о ящиках, куда будут подкладывать детей-отказников, мы говорим о спасении человеческой жизни, гарантированном нашей Конституцией: «Каждый имеет право на жизнь». Все вот эти аргументы — что будет больше женщин, отдающих своих детей, что невозможно будет забрать ребенка обратно, что бэби-боксы себя не оправдали — несостоятельны.

Знаете, история бэби-боксов ведет нас в позапрошлый век, когда при монастырях были круглосуточные окна, в которые женщины могли принести детей в корзинках. И монашенка или монах принимали этих детей и устраивали их в сиротские дома. Это оправдывало себя. Детей не убивали.

С чем сегодня связано противодействие бэби-боксам? Просто с нежеланием ими заниматься. Предлагаемая альтернатива (кризисные центры, помещение детей в семьи, социальные гостиницы) имеет право на существование. Но нужны и какие-то экстренные меры, потому что практически каждую неделю мы читаем о том, что где-то найден живой или мертвый ребенок. То в траве, то в мусоропроводе, то в подъезде, то на помойке...

Давайте сделаем как минимум два простых шага. Первый — откроем горячие линии, на которые сможет позвонить мать, собирающаяся отказаться от своего ребенка, но еще не принявшая окончательного решения. То есть определим группу риска, и наверняка в женских консультациях и родильных домах такая информация имеется. И второй — установим бэби-боксы хотя бы как пилотный проект, чтобы посмотреть, что из этого получится. Никто и ничто не мешает матери забрать ребенка, если она передумает за установленный законодательством срок. Давайте вынесем законопроект о бэби-боксах на общественную экспертизу, широкое обсуждение. Сейчас сам текст найти невероятно трудно.

Не буду комментировать позицию Павла Алексеевича Астахова, потому что я ее не понимаю. Что касается доводов о неверном нравственном посыле обществу… Спасти жизнь ребенку, чтобы никто больше не находил младенцев на свалках и в канавах, — нравственно и гуманно.

 

«Мы капитализируем ребенка»

Председатель Межрегионального общественного движения «Семья, любовь, Отечество» Людмила РЯБИЧЕНКО:

— Законопроект не соответствует укладу жизни российского общества и несет в себе искаженный информационный посыл, дает установку: можно избавляться от человека. Давайте называть бэби-боксы правильно, без попыток придать им благообразную форму. Это ящики для ненужных детей. В первой редакции законопроекта нагрузка ложилась на федеральный центр, в новой — на регионы. И в этом, втором проекте есть важный момент — о том, что в бэби-боксе можно оставить ребенка в возрасте до года. Одно дело — говорить о матери в состоянии стресса, аффекта, когда она не знает, куда идти, что делать. Другое — предлагать женщине выбрасывать ребенка в ящик в возрасте 11–12 месяцев. Это какой-то геноцид.

Принципиальное условие для существования таких ящиков — анонимность, отсутствие видеонаблюдения и охраны. Титановый ящик стоит возле дома, к нему подходит мама, отодвигает дверцу, кладет ребенка, ящик автоматически закрывается, и она уже не может его открыть. Что происходит дальше? В проекте ничего не говорится о том, кто за что будет отвечать — за безопасность малыша, за его психологическое состояние. Международная статистика показывает, что были случаи, когда дети пугались, начинали истерически плакать, когда ломались и блокировались ящики и ребенок погибал.

Посмотрим на зарубежный опыт. В Германии бэби-боксы появились в 2000 году, сейчас немцы от них отказываются и переводят женщин на анонимные роды — дают им право рожать детей и оставлять в медицинских учреждениях, не называя своих фамилий. Почему Германия пришла к этому? Маргинальные слои как бросали детей, так и бросают — процент не уменьшился. А в бэби-боксах детей оставляли благополучные, семейные дамы. Была масса случаев, когда родственники таким образом избавлялись от наследников, некоторые женщины подбрасывали в ящики умерших детей и детей-инвалидов.

Надо отстраивать систему помощи. Поддерживать не тех, кто живет в семье, — у них больше доступа к информации. Маргинальные женщины должны знать, что они могут родить и оставить ребенка в роддоме, и их не накажут. Нормативная база позволяет женщине, загнанной в тупик, не совершать преступление. Есть множество документов: закон №143 «Об актах гражданского состояния», определяющий порядок регистрации ребенка, оставленного матерью после родов; №323 «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», предусматривающий право женщины оставить ребенка по заявлению в медицинской организации, пока ему не исполнилось четыре года. В этих ситуациях родители не несут уголовную ответственность по статье 125 УК РФ «Оставление в опасности».

Создавая же бэби-боксы, мы капитализируем ребенка, делаем его объектом. Нельзя относиться к нему как к вещи, это табуированная тема.

И, наконец, кто будет следить за действиями людей, стоящих по ту сторону ящика и принимающих детей? Не откроем ли мы площадку для коррупции и злоупотреблений?

 

«Мамы отказников боятся огласки и не хотят платить»

По словам уполномоченного по правам ребенка в РФ Павла Астахова, «99% общественных палат и родительских сообществ в регионах выступают против законопроекта о бэби-боксах». Ну, это не так! В Краснодарском крае и Подмосковье, Саратовской, Архангельской, Амурской и Кировской областях единого «осуждаем, требуем запретить» нет, что подтверждает комментарий руководителя Амурской областной общественной организации «Открытое сердце», члена Общественной палаты Амурской области Ларисы ПАВЛОВОЙ:

— Те, кто считает бэби-боксы пустой тратой денег и доказывает, что в провинции люди могут справиться и без них, не знают реальной жизни. Они приводят статьи из законов, полагая, что женщина, написавшая в роддоме заявление об отказе от ребенка, освобождается от ответственности.

Многие страшатся не суда и следствия, они боятся огласки и не хотят платить. Как только женщина пишет заявление, на нее налагаются алиментные обязательства. Другое дело, что в большинстве случаев у мамаш нечего брать. Еще у государства появляется повод в перспективе не давать ребенку-отказнику жилье, за детьми сохраняются их доли в квартирах (домах), и до 18-летия родня ничего не может делать с недвижимостью. Понимаете, человек, готовый из-за неустроенности и нищеты убить младенца, об этом думает.

Павел Астахов и другие противники бэби-боксов называют их нарушением Конвенции ООН по правам ребенка, где в 7-й статье сказано, что дети имеют право знать своих родителей. Но там есть и 6-я статья: «Ребенок имеет право на жизнь», и 24-я: «Государства-участники принимают необходимые меры для снижения уровня смертности младенцев». А по статистике за 2015 год, по факту убийства новорожденных в нашей стране было возбуждено 144 уголовных дела (без учета латентной преступности).

Как лично я отношусь к бэби-боксам? Все, что не вредит детям и обществу, достойно внимания. Бэби-боксы не вредят.

 

«Это микромеры на фоне гигантского социального неблагополучия»

Руководитель региональной общественной организации «Право ребенка» Борис АЛЬТШУЛЕР:

— Даже если бэби-боксы спасут одного ребенка, уже будет польза. И я не против дополнительной страховки для детей, чтобы их не бросали и не убивали. Но ведь это микромера на фоне гигантского социального неблагополучия. В России полно женщин, оказывающихся в абсолютно безвыходной ситуации.

Как проблема решается, к примеру, в Голландии, где число абортов — самое низкое в мире, притом что там полная сексуальная свобода. В Голландии не стесняются пропагандировать средства предохранения, и главное, никогда не оставляют забеременевшую женщину в беспомощном положении. Социальная система полностью направлена на поддержку. Жилье — пожалуйста (на прописку службы не смотрят), нужны вещи и лекарства — пожалуйста, все бесплатно.  В Голландии женщина не может остаться на улице, как остается в Москве.

У нас приняли закон №442 «Об основах социального обслуживания граждан в РФ» об адресной помощи, межведомственной комплексной поддержке и так далее, но пока ничего нет. Российская социальная система не ориентирована на помощь человеку, особенно на дому, а в той же Голландии 80% помощи оказывается по месту проживания людей.

За последние три года в Москве созданы три кризисных центра для женщин и детей. Они рассчитаны на 144 человека. Попробуй туда прийти и попросить убежища — потребуют паспорт. Если есть московская прописка — примут, нет — отправят обратно. Мы живем в стране абсурда. Куда несчастным женщинам деваться, если Москва ввела порядок: помощь только москвичам? И вне столицы много проблем.

Может, бэби-боксы и спасут какого-нибудь ребеночка, но это не решит всех вопросов. Их же не везде установят. Нужно, чтобы в любой точке страны были социальные службы и условия для помощи женщинам и детям.

Анна БЕССАРАБОВА,
специально для «Новой»

Личный опыт

Москва

Дворник Ахмад работает по улице Борисовские пруды в Братеевском районе Москвы. Не самое неблагополучное место в России. 7 февраля в восемь часов утра он пришел на рабочее место, выносить мусор, и нашел младенца, выброшенного через мусоропровод. Он рассказывает:

— Когда зашел в мусорную камеру дома, услышал голос. Вначале не понял, что это, и сильно испугался. Голос шел изнутри мусорного контейнера. Как будто кошка или собака. Я сразу закрыл люк, через который по трубе валится мусор, начал рыться в мусорном баке. Среди мусора был пакет, который чуть-чуть двигался. Я взял этот пакет. Там лежал младенец. Я его поднял, положил в сторонку и позвал других дворников.

Найденный младенец — мальчик, был в черном целлофановом пакете, укутанный в маленькую тряпку и весь в крови. Дворники не растерялись, вызвали скорую и полицию. Скорая забрала ребенка. Сейчас следствию известно, что младенца выбросила в мусоропровод женщина, проживающая на пятом этаже. Следственный комитет установил личность матери, она задержана. В отношении нее возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 30 и ст. 106 УК РФ — покушение на убийство матерью новорожденного ребенка.

Ей грозит тюрьма. Ребенок, по счастью, жив.

 

Пермский край

Света не хотела своего ребенка: о том, чтобы прервать беременность, задумалась, когда была уже на шестом месяце. Российским законом это запрещено.

— Когда забеременела, жила с мужем. Была уже на шестом месяце, когда узнала о его измене. У него стоял выбор — или я, или она. Но муж почему-то выбрал ее, — вспоминает Света. — Меня выгнал на улицу. Забрал у меня ключи, я осталась без вещей, без ничего, только с паспортом. Даже без денег. Дня два я была на вокзале. Хорошо, что паспорт был с собой, а то очень много милиционеров, все же спрашивают. Одна знакомая кинула номер телефона кризисного центра, в котором есть бэби-бокс. Первый мой вопрос был: как прервать беременность. В этот момент я хотела утопиться, умереть. Вот такое состояние было.

Светин ребенок родился и выжил — благодаря усилиям работников кризисного центра. Сейчас мама приняла решение самостоятельно его воспитывать.

А. Ф.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Теги:
дети
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera