Сюжеты

Восемь женщин в декретном отпуске, моряк-герой и реальная агентура российских спецслужб. Кого включили в список предателей Украины?

СБУ Украины составила список крымчан-предателей

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 33 от 30 марта 2016
ЧитатьЧитать номер
Политика

Валерий ШиряевНовая газета

СБУ Украины составила список крымчан-предателей


Фото: РИА Новости

24 марта, в канун своего профессионального праздника, сотрудники Службы безопасности Украины разместили в интернете видеоклип, помеченный тегом «Помним о предателях», где под песню Александра Городницкого «Предательство», написанную в 1977 году, демонстрируется подборка фото и видео бывших сотрудников СБУ в Крыму с надписью «Измена». Некоторые кадры показывают кого-то из них уже на службе в ФСБ РФ. Клип заканчивается титрами «Это лишь малая часть предателей, а мы помним всех».

Утром 26 марта СБУ подтвердила, что память у нее хорошая, опубликовав на своем сайте список собственных сотрудников, предавших Украину и ее контрразведку (буквально — «перешедших на сторону врага»). Речь о людях, отказавшихся продолжать службу после присоединения Крыма к России. Таких набралось 1391. Цифра, не имеющая аналогов в истории спецслужб. Похоже, что от службы отказался чуть ли не весь личный состав украинских спецслужб в Крыму.

Два года назад ситуация смотрелась иначе. В одночасье сотрудникам подавляющего большинства государственных учреждений украинского Крыма перестала поступать зарплата. Огромные массы служащих оказались без работы. Спецслужбы не были исключением, равно как и МВД с прокуратурой.

В тот момент руководство Украины пребывало в состоянии грогги: часть страны уходила из-под ног. Но спецслужбы — не самый последний этаж государства, о котором можно просто забыть. Тем не менее никто с сотрудниками о переходе в другие ведомства или на службу в других местах на континенте не разговаривал, никаких предложений не делал.

Истинные патриоты Украины могут обвинить всех, кто в прошлую субботу оказался в списке предателей, в том, что они срочно не продали жилье, не бросили все, не уехали под Полтаву или в Днепропетровск. Это, конечно, вариант. Но переселение стольких людей, работающих с конфиденциальными данными, не может происходить без участия государства. Все они вмиг осознали, что не в состоянии изменить судьбу личными усилиями.

Среди них были и те, кто сознательно сотрудничал с российскими спецслужбами перед референдумом 16 марта 2014 года. Некоторые впоследствии перешли на службу в ФСБ. И что? В прокуратуру и МВД РФ люди переходили отделами и управлениями. Лишь 4300 из 18 800 украинских военнослужащих выразили желание покинуть Крым и продолжить службу на материковой Украине. Остальные перешли в российскую армию.

Трое сотрудников украинских спецслужб из списка «предателей», сдавших удостоверения и выбравших себе совершенно гражданское будущее, сообщили нам, что кое-кому в тот период начальство все-таки позвонило: угрожали заведением уголовного дела за рапорт на увольнение. Этим, видимо, помощь Киева своим сотрудникам и ограничилась.

Вообще, если людей записывать в предатели по факту ликвидации учреждения, то предатели — все бюджетники АР Крым в составе Украины. Сталин еще до войны разгромил командный состав армии, и счет наших пленных к осени 1942 года шел на миллионы. Но вся пресса и замполиты вколачивали в головы людям, что единственный выход из окружения — пуля в висок. Советское руководство бросило полстраны под ноги фашистам и все преданное ему население записало в предатели.

Когда на сторону врага переходит аппарат департамента оперативно-технических мероприятий в составе восьми капитанов и майоров женского пола, можно улыбнуться: весь личный состав находился в отпуске по уходу за ребенком, и суть их «измены» очевидна. Но если в критический момент дезертировали 8 человек из Управления внутренней безопасности СБУ, не уйти от мрачных размышлений. Ведь это контрразведка в контрразведке, слежка за своими — те, кто обязан был выявить зреющую измену и арестовать предателей.

Я поговорил с несколькими людьми в Крыму, перешедшими в феврале 2015-го под российское знамя. В частности, один из руководителей отдела Государственного управления охраны (ГОУ — аналог российского ФСО) о тех событиях рассказал так:

«После развала СССР до лета 1992 года никаких органов безопасности на Украине не было. Чуть не год она прекрасно без них обходилась. Лишь 22 июня нам было предложено перейти из ликвидированного Девятого управления КГБ СССР в ГОУ. Приехал шеф новой спецслужбы Марчук, сказал: «Украина входила в состав СССР, поэтому прошу этот переход не рассматривать как предательство. Это просто естественное продолжение вашей карьеры. Ведь у вас у всех жилье в Крыму, оставайтесь». Да ему и самому ничего не оставалось, кроме как призвать кадры СССР — других на Украине просто не было.

В наши обязанности в том числе входила безопасность государственных дач в Махалатке. Мы 20 лет обеспечивали спокойный отдых всех президентов Украины, хоть Ющенко, хоть Януковича. Но все помнили при этом, что при переходе на службу в СБУ нам обещали вечный мир с Россией. То есть возможность конфронтации со своими вчерашними коллегами никем даже теоретически не допускалась.

Но постепенно стала формироваться политика украинских спецслужб в Крыму. Мы ощутили специфику. Русские общины Крыма со временем стали рассматриваться как враждебные организации. Ставку стали делать на использование политического потенциала крымских татар как противовеса русскому населению. Это иногда отражалось и в документах, и на совещаниях, и в оперативной работе.

А политики, с которыми у нас случались откровенные беседы, и вовсе мало что скрывали. Вадим Карасев еще в 2006-м, когда я спросил, как он относится к самозахватам земли в Крыму, заявил мне, что татар трогать нельзя — они помогут обезвредить русских. Видеть в русской общине объект политики и согласования интересов, чтобы совместно строить единую будущую Украину, никто не собирался. А ведь это были в том числе и мы сами, сотрудники ГОУ и СБУ».

Такое отношение к чувствительному национальному вопросу, само существование которого руководство спецслужб официально отрицало, привело к драматическим последствиям. Немалая часть оперативного состава к 2014 году была морально готова сменить флаг. И вскоре выяснилось, что значительная часть людей, отвечавших за украинскую спецсвязь, была оставлена российским командованием в своих должностях (по информации источника — 8 человек), хотя и с понижением в звании на прежнем месте работы.

Чтобы понять значение этого факта, надо иметь в виду следующее. Никто не может быть принят на работу, связанную с обслуживанием правительственной связи, без проверки, которая иногда длится год и более. Прием на эти должности бывших граждан другой страны вообще исключен — речь идет о важнейших секретах государства.

Почему же летом 2014 года в Крыму спецслужбы России нарушили это правило? Единственное для меня объяснение: служащие спецсвязи Украины давно уже находились в агентурных отношениях с ними и считались проверенными в деле патриотами России. Прием на работу в самые секретные подразделения в уже российском Крыму стал для них наградой. Таким образом, линии шифрованной связи между Киевом и Крымом в разгар кризиса находились под полным контролем Министерства обороны и спецслужб РФ.

Некоторые события того периода говорят в пользу версии о том, что командование ВСУ отчасти виновно в том, что многие подчиненные верность присяге на первое место не поставили. Один из командиров бригады украинских пограничных кораблей угнал из Балаклавы в Одессу два катера, это весьма известный случай. Там на него завели дело за то, что остальное имущество он «бросил». Некоторое время командир помыкался в Одессе, потом плюнул и вернулся в Крым в качестве гражданского человека.

В каких обстоятельствах действовал этот военный? Была утеряна связь с вышестоящим штабом. Никаких внятных инструкций не поступало, а ситуация развивалась стремительно. После обследования захваченных украинских кораблей российскими флотскими специалистами стало понятно, почему многие из них не снялись с якоря. Каждый корабль раз в 3—4 года должен проходить докование — заход в сухой док для очистки от ракушек, выделяющих разъедающую корпус жидкость, и обработки, предотвращающей налипание морской фауны.

Так вот последнее докование реально проводилось 20 лет назад (это средняя цифра, она разнится в конкретных случаях на 4-5 лет). А по документам украинский флот проводил его регулярно. Понятно, что деньги на поддержание кораблей в боевом состоянии просто разворовывались. Значительная часть корпусов сгнила, боевые корабли не могли дойти даже до Одессы.

Пограничник уводил из Балаклавы не все имущество, а самую ценную его часть — последние, еще остающиеся у государства по настоящему боеготовые суда. При этом он понимал, что в будущем никакие морские походы — главное дело в жизни настоящего моряка — ему на украинском флоте не светят. Ему орден надо было давать немедленно, чтобы продемонстрировать, как командование ВСУ понимает верность долгу. А наградили возбуждением дела.

На этом фоне история перешедшего на службу в ВМФ России нынешнего штурмана спасательного судна Черноморского флота «ЭПРОН», только что пришедшего из дальнего похода в Индию и заработавшего очень хорошую репутацию — выбор моряка, который трезвому человеку сложно осудить.

18800-4300=14500. По логике составителей списков на будущую расправу, этих отказавшихся продолжить службу в ВСУ летом 2014 года поименно должны перечислить на сайте Вооруженных сил Украины.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera