Сюжеты

Родная земля, чужая кровь

Как Армения встретила перемирие в Нагорном Карабахе

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 37 от 8 апреля 2016
ЧитатьЧитать номер
Политика

Диана Хачатрянкорреспондент

Как Армения встретила перемирие в Нагорном Карабахе


Фото: РИА Новости

Война налетела так внезапно и отступила так стремительно, что многие добровольцы даже не успели доехать до линии фронта. За отправку «на передовую» теперь предлагают взятки. А матери провожают своих сыновей без слез — слезы выплаканы за годы войны.

Читайте также:

Конфликт — живой. А люди — нет. Репортаж Ирины Гордиенко из Азербайджана

«Наступило время борьбы, а не работы», — пожилой мужчина вмешивается в спор между студентами и полицейскими в центре армянской столицы. Молодые ребята держат в руках самодельную коробку с надписью «Помощь нашим солдатам». Они пришли сюда, чтобы петь патриотические песни и собирать пожертвования, а полицейские говорят им, что работники близлежащих офисов жалуются на шум. «Позвольте нам внести свой вклад в общее дело», — произносит последний аргумент самый горячий юноша. Полицейские сдаются и объявляют «музыкальный час».

Если идти по ереванским улицам, то среди обрывков фраз часто слышно «Нагорный Карабах». Все разговоры на кухнях и в Фейсбуке посвящены одной проблеме, а на армянских телеканалах появилась периодически всплывающая заставка «Мы — это Арцах» (так армяне называют Карабах). По главному средству массовой информации крутят военно-патриотические программы и воодушевляющие песни, вспоминают национального героя и бывшего премьер-министра Армении, возглавившего отряд добровольцев в 90-е годы и убитого при расстреле парламента, — Вазгена Саргсяна, рассказывают про похороны погибших солдат, обмениваются адресами, откуда отправляются автобусы к месту панихиды по новым героям. На похоронной церемонии одного ереванского солдата присутствовал сам президент Армении (у него карабахские корни).

В небольшом здании из розового туфа расположен Союз добровольцев «Еркрапа» — общественная организация, которая согласовывает свои действия с Министерством обороны Армении. Во дворе стоит каменный крест — «хачкар», над крышей развеваются флаги Армении и Нагорного Карабаха, за воротами ждут своего часа десятки мужчин в черных одеждах — тихие, с отрешенным взглядом, смотрящие куда-то вдаль. В последние дни это место стало центром притяжения не только ереванцев, но и жителей соседних районов: люди приходят сюда записаться в добровольцы и просто поговорить. Рассказывают, что, когда боевые действия только начались, здесь нельзя было протолкнуться. Армяне круглые сутки записывались на войну.

В здании бросается в глаза мраморный памятник Вазгену Саргсяну, окруженный живыми лилиями в литровых банках. «Плечом» к нему стоит стол, на нем — компьютер и пластмассовая вазочка с ереванскими леденцами. Девушка, которая старательно вносит данные добровольцев в компьютер, интересуется размерами одежды, обуви, специализацией, наличием армейской корочки и владением оружием. Обещает перезвонить.

«Я умею стрелять из охотничьего ружья, — говорит пепельная блондинка на каблуках, — у меня 20-летний стаж водителя и машина, которую я могу при необходимости использовать». 40-летняя Гоар работает инженером («я строю гидростанции»), но считает своим долгом вместе с ереванским цирком — фокусниками и гимнастами — периодически ездить на границу Карабаха с Азербайджаном и «поднимать боевой дух молодых призывников». «За организационную работу я не беру ни копейки», — говорит она. В эти дни армяне со всего мира отправляют гуманитарную помощь в Карабах: от ящика с домашними лепешками с мясом до «газели» с ресторанной едой.

Сегодня всех желающих вносят в списки, но уже никого не отправляют в Карабах. В новых бойцах нет необходимости. Даже взятки, которые предлагают добровольцы, особо рвущиеся на передовую, не решают вопрос. Говорят, что в первые дни мужчины стояли на подступах к Карабаху и разворачивали назад машины с молодыми ребятами.

Пресс-секретарь «Союза добровольцев Еркрапа» Вардан Варданян рассказывает, что в организацию приходят как четырнадцатилетние мальчики, так и 90-летние старики, ветераны карабахской войны и люди нового поколения — разных профессий и социального положения. На фронт отправляли самых подготовленных.

На сегодняшний день «Союз» внес в список более 10 тысяч человек, но отправил в Карабах далеко не всех. «Все говорили, что у нас слабая, непатриотичная молодежь, не пойдет на войну, если она начнется, но все вышло наоборот. Армяне всего мира готовы встать на защиту своей родины. Своим ходом приезжают даже те, кто не умеет говорить по-армянски, но рвется на защиту своей страны», — говорит Варданян и показывает списки добровольцев из разных стран.

К столу подходят 19-летние студентки педагогического института. Они тоже хотят на первую линию. «Мы умеем стрелять, — уверяют меня они. — В школе проходили военное дело (обязательный предмет в Армении). Сегодня никто ничего не боится. Наши братья и отцы тоже записались в добровольцы. Когда ты встаешь на защиту Арцаха, ни работодатель, ни родитель, ни ректор не может быть против твоего решения».

Через час объявляют о взаимном прекращении огня. После того как Путин связался с Саргсяном и Алиевым по телефону, а начальники главных штабов двух стран встретились в Москве, еще раздаются редкие выстрелы, но вскоре и они затихают.

 

Шестое апреля

В среду столица Нагорного Карабаха — Степанакерт, которую еще день назад азербайджанские власти грозились бомбить, вроде бы выдохнула. Под ярким солнцем сушатся разноцветные одежды, соединяющие «мостиком» — бельевой веревкой — близлежащие дома, местные мальчуганы с визгом пинают футбольный мяч, друг за другом открываются вещевые магазины, куда сразу же ныряют за новыми туфлями молодые девушки. Карабахцы не ждали войны и не верят в ее конец.

Практически каждого жителя НКР связывает с линией фронта личная судьба. Нарине, которая лепит пирожки и местный пирог «джингялов хац» в неприметной забегаловке, проводила туда всех мужчин своей семьи.

«Двадцать три года назад в первой карабахской войне умер мой муж. Я вырастила детей одна, а сегодня мой единственный сын и муж дочери ушли туда. Десятилетний внук говорит, что станет взрослым и тоже пойдет на войну. Я столько крови и слез пролила на эти земли, как я отсюда уеду?! Как положить конец этой вечной войне?» — говорит она без эмоций. «Мне так холодно, я надела на себя кучу зимней одежды, но ничего не помогает», — говорит она, ловкими руками не переставая укладывать в тесто десять сортов карабахской зелени.

У Армине ярко подведенные сурьмой глаза и аккуратная укладка. Как типичная армянка, она даже за хлебом умудряется выбегать при параде. Армине работает продавщицей в магазине детской одежды. На днях переселенцы из Мартакерта, попавшего под обстрел «Градов», хотели купить носки, но девушка не только не взяла с них денег, но и подарила теплые водолазки.

«Родственники зовут меня в Америку и Россию, — рассказывает она. — Но как я оставлю своего мужа, который защищает границу? Ради кого он будет биться? Муж не будет стремиться сохранить свою жизнь, если будет знать, что мы в безопасности. У меня же еще на границе служит сын, первый год в армии».

В ответ на просьбы жителей Армении главный оператор сотовой сети снизил цены на роуминг в Карабахе, чтобы солдаты могли общаться со своими матерями.

По интернету гуляют записанные на мобильные телефоны ролики, как в разных уголках Армении народными песнями и танцами провожают отцов и мужей на линию фронта. Поколение женщин, помнящих войну, не плачет и не причитает.

 

«Побеждает не техника, а дух»

Эскалация конфликта, по словам министра иностранных дел Нагорно-Карабахской Республики Карена Мирзояна, была для местных властей «ожидаемой». В 1994 году был установлен режим прекращения огня между Азербайджаном, Нагорным Карабахом и Арменией, но он никогда полностью не соблюдался. Кардинальный скачок числа нарушений, с его слов, начался полтора года назад, когда азербайджанцы сбили карабахский вертолет, совершающий учебно-тренировочный полет. Если раньше основные нарушения были в виде выстрелов из стрелкового оружия, автоматов, иногда пулеметов, то потом к ним прибавились диверсионные вылазки (попытки проникновения) и использование минометов, танков, пушек и систем залпового огня. Агрессия постепенно росла.

По мнению Мирзояна, конфликт затух потому, что блицкриг, на который рассчитывал Азербайджан, сорвался. «Одно дело — говорить, что моя армия способна за два дня захватить страну, другое — послать призывников, как пушечное мясо, на смерть. Никакие израильские беспилотники и российские ракеты не способны победить сплоченную нацию. Основное правило войны, которое действует всегда: побеждает не техника, а дух», — говорит он.

Следующим шагом, по словам министра иностранных дел, должно быть восстановление режима прекращения огня. Азербайджанские войска должны вернуться на свои исходные позиции, отвести тяжелую технику и снайперов назад.

Одно из условий успешных переговоров, по словам Мирзояна, возвращение НКР за стол переговоров. «Все самые важные документы и решения были выработаны и приняты до 1998 года, когда мы были полноценными участниками переговоров. Избранные власти НКР должны представлять интересы народа НКР, так как несут прямую ответственность за их судьбу. Мы не имеем права затягивать этот конфликт и передавать его нашим детям», — говорит министр.

Пресс-секретарь президента НКР Давид Бабаян добавляет, что полномасштабная война не получилась, потому что «блицкриг — взять за неделю Карабах — не удался: жертв оказалось слишком много, а армия обороны дала достойный отпор». Кроме того, мировые державы не были заинтересованы в развитии этого конфликта.

«Речь идет не только о гуманистических соображениях, но и о мировой безопасности, — объясняет Бабаян. — Во-первых, это один из самых насыщенных оружием регионов в мире. Во-вторых, если здесь начнется широкомасштабная война, многие государства будут невольно втянуты в нее. Талыши, которые проживают в Азербайджане, уже провозглашали свою независимость, когда страна терпела поражение в карабахской войне. Когда начнется новая война, они поймут, что складывается хорошая ситуация, чтобы снова заявить о себе. Азербайджанцы начнут их подавлять. Как вы думаете, лезгины, дагестанцы, аварцы останутся безучастными к судьбе своих братьев? Это будет означать, что волей-неволей в войну втянется Дагестан. Турция, как старший брат Азербайджана, не останется в стороне. Армения — член ОДКБ, а это значит, что будет зреть более глобальный конфликт: между НАТО и ОДКБ. В некоторых районах Грузии живут бок о бок грузины и азербайджанцы, уже даже какой-то грузинский батальон заявил о том, что пойдет воевать против Карабаха на стороне Азербайджана. Значит, потенциально Грузия тоже может быть втянута в войну. Плюс Иран, на территорию которого уже случайно попадали снаряды».

Бабаян считает, что необходимо придать качественно новую форму мониторингу за исполнением соглашения о прекращения огня — оборудовать границу записывающими устройствами, чтобы снимать нарушения и передавать сигналы. Иметь постоянных наблюдателей на границе.

 

Ереван — Нагорный Карабах

 

P.S. Утром 7 апреля появилась информация, что накануне со стороны Азербайджана «активно обстреливался» уже армянский город Варденис. «Армянские вооруженные силы сделали все возможное, чтобы не нарушать договоренности о прекращении огня и продвижении войск», — сообщил пресс-секретарь Минобороны Армении Арцрун Ованнисян.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera