Сюжеты

Who is КТО?

Исламисты, пытавшиеся взорвать отдел полиции в Ставропольском крае, были недовольны российской коррупцией

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 42 от 20 апреля 2016
ЧитатьЧитать номер
Общество

Евгений Титовсобкор по ЮФО

Исламисты, пытавшиеся взорвать отдел полиции в Ставропольском крае, были недовольны российской коррупцией


Фото: Eduard Korniyenko / Reuters

Режим контртеррористической операции на Ставрополье отменен. Задержаны родственники Заура Акаева, которого называют организатором нападения: утром 11 апреля трое жителей села Китаевского атаковали отдел полиции Новоселицкого района. По официальной информации, один из них совершил самоподрыв, двое других были застрелены. Корреспондент «Новой газеты» побывал в Китаевском, где жили «взрывники», чтобы выяснить, как парни из приличных семей становятся преступниками.

Никого не впускать и никого не выпускать из Новоселицкого района — это и есть режим КТО, то есть контртеррористической операции. Исключение делают для людей с местной пропиской, но и тех тщательно досматривают на постах ДПС, которые расставлены повсюду. «Ищут пособников», — объясняет мне человек в камуфляже с автоматом, остановивший такси, на котором я пытался проехать в Китаевское.

Похоже, правоохранительным органам есть что скрывать. В селе Новоселицком Заур Акаев, Исай Абдулатипов и Рамазан Хайбулаев атаковали районный отдел полиции, но не тронули автовокзал, рынок и детский садик, которые находились в двух шагах от полицейского околотка. Жертв, кроме самих нападавших, нет. Да и местом взрыва был выбран небольшой райцентр, а не Ставрополь или Минеральные Воды, до которых всего-то час езды.

В соседнем поселке, где нет режима КТО, я познакомился с Юсупом и Резедой. Пожилая пара живет в Китаевском, откуда родом взрывники. Юсуп и Резеда соглашаются провезти меня в село на своей «Газели», но полицейская машина с включенной мигалкой подрезает нас уже через пару минут. И как меня смогли выследить? Через четверть часа приезжают двое в камуфляже и без опознавательных знаков, будто мы в Крыму. Отказавшись представиться, вежливый человек осматривает мою видеокамеру. После осмотра меня сажают в полицейский автомобиль и выдворяют за пределы района, бросив на трассе.

 

Радикальный вопрос

В Китаевское попадаю со второй попытки, ближе к вечеру четверга. Богатый особняк с мощными красными воротами в селе знает каждый: здесь жил Заур Акаев — старший из взрывников, ему было 32. Я ожидаю увидеть бородатых мужчин и женщин в хиджабах, но на стук выходит Татьяна Владимировна — мама Заура.

Пригласив в дом, она показывает фотографии сына и плачет. Рассказывает, что Заур окончил несколько классов сельской школы, много работал по хозяйству, помогая двум сестрам. Отец умер, когда сыну было 13, и с тех пор Заур оставался единственным мужчиной в семье. Старшая сестра, Елена, вышла замуж, но брак не заладился: муж Александр Бобров ее бил. Брат защищал сестру, много раз говорил с зятем, но безуспешно. Когда после очередного избиения Елена попала в реанимацию, Заур застрелил Александра Боброва из ружья. Уголовное дело и обвинение строились на его признательных показаниях.

Заур Акаев отсидел 10 лет, в тюрьме познакомился с ваххабитским проповедником. По словам Татьяны Владимировны, радикальный ислам он принял в 2011 году. Ему даже нашли жену, Аллу Варосян из ставропольского города Ипатово. «У нее два высших образования, психолог и переводчик. Но ее из-за хиджаба на работу не брали», — рассказывает Татьяна Акаева. В 2014 году Алла уехала в Турцию (мне это по телефону подтвердили ее родственники). Заур к жене присоединиться не мог, потому что находился под официальным надзором и каждый понедельник был обязан отмечаться в паспортном столе соседнего села Новоселицкого.

 

Три товарища

Исай Абдулатипов и Рамазан Хайбулаев жили всего через несколько домов от Заура Акаева. Когда он вернулся из тюрьмы, все вместе часто собирались у него во дворе. Причем говорили не только о религии, но и о политике. «Они только и смотрели интернет, как у государства все деньги разворовали, а никто не наказан, — рассказывает Татьяна Владимировна. — Заур так и говорил: всю страну разворовали, и никто не сидит. А в тюрьме сидят за кражу курицы или мешка картошки».

В понедельник 11 апреля Заур Акаев, как обычно, поехал в Новоселицкое, отмечаться. Татьяна ничего особенного не заметила. «Он всегда меня обнимал и целовал. И тут тоже зашел, обнял и говорит: «Прости, мамочка, что я такой». Помахал рукой и уехал».

После 10 утра Заур Акаев подорвался у входа в районное отделение полиции. Абдулатипова и Хайбулаева расстреляли полицейские. Это все, что пока следует из официальных сообщений. Прямых очевидцев случившегося в Новоселицком мне найти не удалось. А в Китаевском односельчане до сих пор не могут прийти в себя. «Да спокойным он был», — говорит об Акаеве сосед Сергей.

Всех троих с детства знала Ольга Дуленко. «Чтобы дети с родителями, с соседями, со старшими так себя вели, только мечтать можно, — рассказывает Ольга. — Они очень воспитанные были. Но их обработали, втянули».

Тела убитых родителям до сих пор не отдали. Установлено, что взрывное устройство было собрано в доме бабушки Заура.

Краевой Следственный комитет возбудил уголовное дело по статье 317 — «посягательство на жизнь сотрудника правоохранительных органов». А вот про статью «терроризм» в официальном сообщении СК не сказано. Фигурантами дела стали, в том числе, племянники Акаева: 25-летний Александр под подпиской о невыезде, а 19-летний Роман — в СИЗО. Кто-то из них на машине возил Акаева в Ставрополь, где тот покупал болты для взрывного устройства. Татьяна Акаева уверяет, что о готовящейся атаке Роман и Александр не знали.

 

Имам и казак

Ближайшая мечеть находится за 100 километров от Китаевского, в селе Канглы. И хотя там ремонт, имам Руслан Уталисов проводит для меня экскурсию: «Стены выровняли, купол покрасили…». А вот «выровнять» мозги некоторым гражданам гораздо сложнее: взрывы у отдела полиции подстегнули рост антиисламских настроений в интернете. Имам советует вспомнить историю: «Царя взрывали те же террористы. Такие же, как секта «Аум синрикё» в Японии или баски в Испании. А что касается Корана, там сказано, что убийство одного человека приравнивается к убийству всего мира».

Руслан уверен, что с терроризмом обязан бороться каждый, но государство должно помогать. «На федеральной трассе долгое время стояла машина. Я позвонил, но полиция не так отреагировала, — рассказывает имам. — Я позвонил в ФСБ, прошло несколько суток, и лишь тогда ее убрали. Сказали, что это были учения».

В Ставрополе я встретился с Сергеем Поповым, 10 лет проработавшим председателем краевого Комитета по делам национальностей. В 1995-м Попов был посредником на переговорах с Шамилем Басаевым в Буденновске. Говоря о взрывниках из Китаевского, Попов обращает внимание на важную деталь: ответственность на себя не взяла ни одна из религиозных экстремистских организаций.

По его словам, недавно в селе Предгорном местный житель застрелил двух фермеров, а потом, по его информации, искал главу сельской администрации. К счастью, не нашел и сдался полиции.

Ежегодно Сергей Попов готовит доклады о ситуации на Ставрополье, включая работу правоохранительных органов и властей. И вот его краткое резюме: «За последние пять лет для снятия напряженности в крае, по сути, не сделано ничего».

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera