Сюжеты

Владимир Снегирев и прошлогодний снег

Почему МИД Чехии отказал российскому журналисту в аккредитации? Мы так и не услышали ответа на этот вопрос

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 45 от 27 апреля 2016
ЧитатьЧитать номер
Политика

Виталий ЯрошевскийЗаместитель главного редактора, редактор отдела «Общество»

Почему МИД Чехии отказал российскому журналисту в аккредитации? Мы так и не услышали ответа на этот вопрос

Справка «Новой»

Владимир СНЕГИРЕВ — российский журналист-международник, писатель. Освещал войну в Афганистане, боевые действия на Северном Кавказе и в Закавказье, военные конфликты в Ираке, Ливии, Сирии, Египте. Много лет занимался поиском и освобождением советских военнопленных в Афганистане, выяснением судеб без вести пропавших.

Долгое время был участником и организатором полярной экспедиции газеты «Комсомольская правда», которая в 1979 году впервые в истории совершила лыжный переход к Северному полюсу.

Награжден орденами Красной Звезды, «Знак Почета», орденом Дружбы. Лауреат премий Союза журналистов СССР и России, премии им. Юлиана Семенова «За достижения в области экстремальной журналистики».

Одна из книг В. Снегирева, изданная «Новой газетой»

Разоблаченный чешскими спецслужбами «шпион» Владимир Снегирев — это в каком-то смысле для меня личное. Его младший брат учился с моим старшим братом на одном курсе журфака Уральского госуниверситета в Свердловске. Меня, школьника, брали в студенческие компании в качестве чемодана без ручки (ну да, да — нести тяжело, а бросить жалко). И Володя (теперь, по прошествии лет, я могу к нему обращаться столь панибратски) над этими компаниями, значит, и надо мной царил. По старшинству и заслуженно.

Это к тому, что мы знакомы давно, и, несмотря на редкие встречи, я бы точно знал о переменах в его карьере: журналистский цех маленький, а бригады близких по духу людей в этом цехе — и того меньше. Не спрячешься. Например, когда я переступил порог (извините за высокий штиль) главной редакции социалистических стран в ТАССе, первое, что услышал, был вопрос: «Ты, случайно, не сосед?» Я, удивившись, пустился в рассуждения, что все мы соседи в этом мире… Договорить мне не дали, махнув рукой: не сосед. «Соседями» в агентстве называли журналистов «двойного назначения». Недавно я узнал, что и в «Комсомолке», где работал Снегирев, их называли так же. Его коллеги по газете исключают, причем в грубых выражениях, любое участие Снегирева в шпионских играх: слишком резок в суждениях, прямолинеен, слишком мастеровит и заметен, чтобы променять вторую древнейшую на унылое ремесло вынюхивания чужих секретов. Я видел этих «нюхальщиков» в деле: читал их заметки в советских газетах, слушал их репортажи по советскому радио, смотрел сюжеты по ТВ… От настоящих профессионалов они отличались как пльзеньский «Праздрой» от российского изобретения «Охота крепкое». Володя Снегирев — конечно же, «Праздрой».

Безусловно, все это — не аргументы для чешской контрразведки, хотя, думаю, «Праздрой» они там тоже уважают. Я просто хочу понять, как семидесятилетний журналист с нулевым знанием чешского (не выучил за два года работы в Праге, бывает), постоянно находящийся на виду, работающий на московскую «Вечерку», может быть разведчиком и, допустим, выведывать тайны пребывания Чехии в НАТО и ЕС? Чешские журналисты, с которыми я общался в эти дни, в один голос утверждают, что Снегирев никакой не шпион, а настоящие шпионы, по их предположению, сидят под крышей российского посольства. Не знаю. Но подскажите, как ответить на вопрос чехов: почему из страны за последние 4 года были выдворены 11 российских дипломатов? Или: что делают 140 российских дипломатов в Праге против 13 чешских в Москве? Данные двухлетней давности, хотя, думаю, счет не сильно изменился.

А вот что изменилось кардинально, так это воздух: после Крыма стало меньше кислорода (не забывайте: в чехах сильна генетическая память о братской советской оккупации их страны в августе 68-го, и до сих пор тлеет национальное унижение). Поэтому и дышится с трудом. Но когда дышится с трудом, у людей появляется страх. Я это почувствовал во время недавних встреч с друзьями в Праге. Двадцать пять лет страха не было, и вот опять…

Чешские коллеги встревожены напором российской пропаганды (о российской журналистике как о профессии здесь не говорят давно). О нашей пропаганде издают книги, пишут статьи, вещают с парламентской трибуны и телеэкрана, чтобы определить, насколько она эффективна и что ей можно противопоставить. Пока получается не очень. И неудивительно: на их шахматной доске главная фигура — ферзь, а на нашей — бейсбольная бита.

Из интервью бывшего заместителя министра иностранных дел, бывшего посла Чехии в Москве Петра Коларжа чешским СМИ: «Не знаю, как в данном случае (в случае В. Снегирева. — В. Я.), но в прошлом у нас были очень серьезные причины для выдворения российских дипломатов и журналистов. Просто сейчас чаша нашего терпения переполнилась, и связано это с тем, что предпринимается (Россией) против нас».

Чешские журналисты называют цифру: как минимум 40 местных интернет-сайтов подкармливает Москва. Один известный портал выложил в Сеть им же составленные списки бойцов пропутинской «пятой колонны» в Чехии. В них — бывший президент республики Вацлав Клаус и даже нынешний — Милош Земан. А еще министры, сенаторы, бизнесмены… Всего 10 человек. Пока. Список открыт. Его составители уверены: именно через эти «проводники» по Чешской Республике распространяется российская пропаганда, а ее цель — посеять хаос. В хаосе общество теряет способность ориентироваться, и он перерастает в растерянность, которая становится формой страха. Страх рождает паранойю. Паранойя — питательная среда для разного рода специальных служб: есть где «припасть и попить воспаленной губой». Чешская контрразведка — не исключение…

Вот в это «Магелланово облако» и попал Владимир Снегирев. Он сопротивляется яростно. Но очень трудно, если вообще возможно воевать с тенью. Даже в Афганистане ему, как мне кажется, было легче. Опаснее, но легче. Его афганские репортажи меня перепахали, шпионы так не пишут.

 

Проблема, однако, сложнее, потому что у нее не параноидальное измерение, а человеческое. Чешский МИД в лице разных его представительниц ссылается на данные контрразведки и закон республики, который позволяет не разглашать предъявленные (в нашем случае — журналисту) обвинения в виду их секретности. Более того, утверждают в Праге, все собранные чешскими контрразведчиками факты будут переданы Москве по дипломатическим каналам. И что? Да ничего! Москва «паритетно» вышлет аккредитованных в России чешских коллег (Мария Захарова уже это пообещала), а Володя Снегирев останется «шпионом» с возможными для него последствиями в шенгенском пространстве. И не только в нем.

Чешская сторона успокаивает: лишение журналистской аккредитации не означает депортации из страны. Но ведь бьется он не ради того, чтобы любой ценой остаться в Чехии, хотя и страну любит, и Прагу, и друзей здесь… Речь о профессиональной репутации, достоинстве и чести. Допускаю, что для чешской контрразведки это не довод. И для нашей — не довод. Выперли из России корреспондента польской «Газеты выборча» Вацлава Радзивиновича (он проработал у нас 18 лет), потому что в декабре прошлого года Варшава «отказала во взаимности» Леониду Свиридову, корреспонденту МИА «Россия сегодня» («РИА Новости»). Правда, в 2006 году ему отказала и Прага. Она же в 2009 году указала на дверь корреспонденту «Парламентской газеты» Владимиру Силкину. Москва в ответ отправила домой корреспондента чешского телевидения. Они все шпионы, включая Снегирева? Следуя логике спецслужб — да. Но это их логика, сравнимая с бронированной, наглухо запертой дверью: никаких сигналов, никакой коммуникации с внешним миром… Тогда на каком основании мы должны верить их профессионализму? Где доказательства, если оттуда — ни звука?

 

От редакции

«Новая газета» обращается к президенту Чехии Милошу Земану с просьбой вмешаться в судьбу нашего коллеги, за которого мы смело ручаемся.

В 1991 году в Чехословакии был принят закон о люстрации, после чего некоторые чешские издания опубликовали списки журналистов с «двойным дном»: фамилия, гэбэшный псевдоним, название СМИ, в котором имярек служил. Это была катастрофа. Но только до тех пор, пока обвиненные в сотрудничестве с коммунистической госбезопасностью коллеги не обратились к адвокатам, а те, в свою очередь, не привели своих подзащитных в суды. Во многих случаях эти суды были журналистами выиграны: у обвинителей не нашлось доказательств.

Владимир Снегирев собирается защищать свое доброе имя в суде. Не сомневаемся — защитит.


Об авторе: в 1979 году окончил факультет журналистики Карлова университета в Праге, работал корреспондентом ТАСС и еженедельника «Московские новости» в Чехословакии и Чехии (1981—1986, 1989—1993). Наблюдал за течением «бархатной революции» (1989) с первых ее мгновений до полной ее победы.

Теги:
чехия
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera