Мнения

ТВ с Владом и без

На Первом канале дежурно помянули самого яркого тележурналиста 90-х

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 50 от 13 мая 2016
ЧитатьЧитать номер
Политика

Ирина ПетровскаяОбозреватель «Новой»

На Первом канале дежурно помянули самого яркого тележурналиста 90-х


10 мая Владиславу Листьеву исполнилось бы 60 лет
Фото: Николай МАЛЫШЕВ / ТАСС

Первый канал к 60-летию Влада Листьева изготовил документальный фильм «Жизнь быстрее пули». Название поражает бессмысленностью и бестактностью — пуля-то все равно оказалась быстрее и оборвала его жизнь на взлете, да и не состязался он с пулей: кто кого опередит…

Весь фильм выдержан в традициях «датского» кино, сшитого на скорую руку, — без слез, без жизни, без любви. Такой «продукт» лудят пачками по одному и тому же лекалу: нарезка из фрагментов произведений с участием героя, нарезка из воспоминаний его друзей и соратников из разряда «Знаете, каким он парнем был», пунктирный обзор его жизненного и творческого пути: жены, дети, перечень заслуг, пафосный закадровый текст. Получается универсальное бездушное нечто, годное к употреблению и в юбилеи, и в годовщины смерти, и за здравие, и за упокой. Уж сколько их упало в эту эфирную бездну!

Только в данном случае есть одно «но»: фильм — дань памяти журналистов Первого канала одному из самых ярких своих коллег, первому генеральному директору Общественного российского ТВ, другу и товарищу многих из тех, кто сегодня руководит ТВ или успешно на нем работает. Тем обиднее, что память эта на поверку оказалась такой формальной, а фильм — таким бездарным, ни на йоту не приближающим зрителей к постижению личности Листьева. Ну да, жил такой парень, был как все, а потом вдруг сделался любим миллионами людей. Бывает.

Его жизнеописание чем-то напоминает жизнеописание генсека Леонида Ильича Брежнева в давнем фильме «Повесть о коммунисте», прослеживающем тернистый путь от лучины до Байконура, который прошел генсек вместе со страной. Никита Высоцкий за кадром читает задушевный текст про то, как 10 мая 1956 года на Таганке родился Влад Листьев: «Тогда в этом районе Москвы жили простые советские рабочие. Его все считали счастливчиком и везунчиком, потому что так бывает только в кино — парень из простой рабочей семьи стал человеком, которого полюбила вся страна. Жили в полуподвальном помещении. С детства он узнавал мир через стоптанные подошвы. От подвального окна на Таганке до окна кабинета генерального директора в «Останкино» — в жизни Влада было много окон».

У молодого зрителя, слабо знакомого с реалиями жизни второй половины прошлого века, может создаться впечатление, что в скудости существования семьи маленького Владика было нечто исключительное и что дальнейшее развитие линии его жизни — чистый фарт. Да нет же. Тогда многие (и не только из «простых рабочих семей») жили так же: в коммуналках, в подвалах и полуподвалах. Бедно, но достойно. И кстати, совсем уж вранье (к тому же оскорбительное для множества выпускников журфака), что «попасть на престижный факультет без блата было практически невозможно». Вот Влад и пошел сначала в спорт, а потом в армию, чтобы осуществить заветную мечту. И таки осуществил: поступил на «только что открывшийся факультет международной журналистики» (вы, ребята, могли бы и узнать у старожилов, что не было такого факультета, а было отделение международной журналистики, куда брали только мальчиков). Но это, в общем, мелкие огрехи в насквозь фальшивом повествовании о невероятно талантливом человеке, добившемся невиданных успехов на профессиональном поприще и снискавшем невиданную славу и любовь миллионов зрителей.

Его бывшие соратники — сегодня солидные, важные и словно раздувающиеся от чувства собственной значимости дядьки — говорят о нем какие-то дежурные слова («был страшно работоспособен, всего добился сам, любил свою работу»), но никак не приближают зрителя к разгадке самой природы успеха Влада Листьева, а его трагическую гибель и вовсе списывают на «время, с которым он совпадал, как никто другой. И даже то, что в середине 90-х это время убивало и убило его, стало частью этого совпадения», — философствует гендиректор Первого канала Константин Эрнст, вызывая мучительное чувство неловкости. Выходит, всенародного любимца убили не злодеи (так до сих пор не найденные и не названные), а всего лишь лихое время. А со времени какой спрос?

Совпал бы Влад Листьев с нынешним временем, доживи он до 60 лет, и каким бы при нем было ТВ — никто от греха подальше и не пробует поразмышлять. Однако представить его в системе координат современного ТВ — оголтелого, напыщенного, агрессивного — решительно невозможно. Как и невозможно вообразить, что стал бы он таким же, как и иные его соратники: равнодушным, самодовольным, озабоченным лишь самосохранением и умножением личного капитала. Разумеется, он мог бы приспособиться к новым реалиям и оправдывать себя тем, что действует исключительно во благо Отечества, а на войне как на войне. Но что-то подсказывает мне, что система просто выдавила бы Листьева, как выдавила вскоре самых ярких и самых способных представителей профессии, не согласных и не готовых пожертвовать репутацией и поступиться принципами ради пребывания в «ящике» и личного благополучия.

Возможно, фильм «Жизнь быстрее пули» и получился таким дежурно «датским», что людям, в нем снимавшимся, и людям, его снимавшим, по большому счету нечего сказать. В отличие от Влада, признающегося в кадре «Я делаю то, что мне нравится», они вряд ли сегодня могут признаться в том же. Это их убило новое время, а они в свою очередь убили листьевскую мечту о новом ТВ, сотворив монстра, которым сегодня можно пугать детей. Искренний, свободный, увлеченный делом Влад — вечный им укор.

Он был таким всегда — и когда «познавал мир из окна полуподвала», и когда учился на «престижном факультете», и когда наступил его звездный час. На Общественном российском ТВ (не путать с ОРТ, предшественником Первого канала) решили в память о Владе уйти от пафоса и дежурного «датского» формата, а собрали в студии программы «Прав! Да!» его однокурсников, тех, кто знал его юным, тех, кто вместе с ним собирал картошку на легендарных полях колхоза «Бородино», тех, кто вместе с ним прожил самые светлые студенческие годы жизни. Наш Владик, как зовем его мы, его друзья юности, действительно был простым парнем. Не потому что из рабочей семьи, а потому что обладал счастливым легким характером, умел дружить, любить, познавать новое, обожал читать стихи, петь общие песни. Наступившая вскоре новая эра дала всем нам шанс осуществить себя в избранной профессии. Кто-то его использовал, кто-то нет. Наш Владик использовал его по полной программе. Когда пришли иные времена, он уже об этом не узнал.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera