Колумнисты

Покушение на школу

Бульдозеры на старте. Застройщики лязгают зубами

Фото: «Новая газета»

Общество

Алексей ПоликовскийОбозреватель «Новой»

Окруженная деревьями, стоит на тихой московской улочке огромная школа с портиком в четыре белые колонны, с прямыми и точными линями конструктивистских фасадов, с четырьмя круглыми окнами на астрономической башне, с высокими старыми дверьми главного входа.

Когда-то эти двери, слишком тяжелые для первоклассников, распахивал перед ними швейцар. Это может показаться неправдоподобным, но так было.

Школа-гигант была придумана архитектором Анатолием Антоновым в двадцатые годы, когда мысли о переустройстве жизни овладели людьми. Между Шаболовкой и Мытной возник тогда город в городе, конструктивистский квартал с садами и фонтанами, остров новой жизни в море лачуг и между двух древних московских монастырей. Нанизанный, как на ось, на ажурную башню Шухова, этот квартал сочетал в себе вертикальный порыв футуризма и горизонтальный уют глубоких московских дворов в зарослях буйно цветущей сирени. Сирень цветет до сих пор.

Коллективизм был манией эпохи. Строились клубы на тысячу человек, театры на две с половиной тысячи. Гигантская школа на улице Хавской, которую, чуть изменив проект, выстроил архитектор Игорь Архипов, открылась в 1935 году — и тут же стала гордостью Москвы. Она вмещала две тысячи четыреста учеников. Там были и иные чудеса, кроме швейцара у двери: столовая с круглыми ресторанными столиками под белыми скатертями, вокруг которых рассаживались дети в валенках, башня для астрономических и метеорологических наблюдений, мастерские, театр. Была тут, правда, много позже, и музыкальная студия, куда принимали без отбора всех детей, желавших играть на инструментах и петь. И прекрасный яблонево-вишневый сад, высаженный учениками.

Школа № 600 — это не просто старое здание, это стены, в которых живет душа Москвы. Душа Москвы живет в классических дворянских особнячках с желтыми фасадами и белыми колоннами, в доходных домах на бульварах, в модерне с запыленными фресками и витыми прутьями перил, в мелкой плитке и огромных окнах изысканных созданий Шехтеля и в керамических лебедях, венчающих тучерез, то есть небоскреб Нирензее. И в огромной школе, осененной гигантскими тополями, посаженными здесь сразу после войны, душа Москвы живет тоже.

Я подписан на рассылку Архнадзора и каждый день получаю сообщения о катастрофах, постигающих город, об экстренных ночных сносах, о преступлениях застройщиков, торопящихся снести дом прежде, чем люди успеют защитить его. Я знаю Москву как пешеход, я исходил ее в длинных, занимавших целые дни прогулках, и я не могу спокойно читать «Черную книгу» Архнадзора: она почти вся состоит из сообщений об убийстве издавна знакомых мне, родственных для меня, дружественных мне, незаменимых никакими новостроями домов.

Теперь грядет черед огромной школы, тихо желтеющей своими стенами сквозь зелень тополей, посаженных папанинцами, жившими когда-то в этих дворах. Распоряжением правительства за подписью премьер-министра школа лишена статуса федеральной. Уже лязгают вокруг нее зубами застройщики, которые представляют собой новый тип фауны мегаполиса: готовы сожрать все, снести все, отнять все, испортить жизнь всем и на месте живой жизни воздвигнуть бизнес-центр с подземной парковкой или монстра с элитными квартирами. Странным и даже издевательским образом одним из инициаторов возможного сноса является Российская академия образования, еще в 2012 году написавшая в правительство Москвы письмо с предложением разместить на месте школы многофункциональный жилой комплекс. Площадь 264 квартир посчитали точно: 16 109 кв. метров. Действительно, это ж такие метры, такие деньги, а вы тут со своей лирикой: колонны, деревья, конструктивизм, сирень, душа...

Это очень лакомый кусок Москвы для застройщиков, относящихся к городу как насильник к добыче. Но люди, подписывающие петицию в защиту школы, не хотят торжества тех, кто ведет себя в городе как оккупант. Они пишут в петиции, требующей сохранить школу: «Я училась в этой школе. Очень жалко. Это здание с особым духом, в котором чувствуется связь поколений». «Я лично буду стоять в пикетах за школу, если это потребуется! Это чудесное здание и парк, и сад, это нельзя сносить!» «Я училась в этой школе. Чем она вам, козлам, не угодила?» «Господин Собянин, пожалуйста, перестаньте разрушать исторический облик Москвы!» И еще много таких взволнованных, горячих, возмущенных, оскорбленных слов.

Хватит сносить. Норма на снос выполнена и перевыполнена в войнах, шедших на территории России в двадцатом веке. Пора восстанавливать. Школа должна стать культурным центром района, куда люди будут приходить слушать музыку и читать книги. Надо восстановить фонтан во дворе школы, прекрасный фонтан в форме ромба с лягушками, выпускавшими водные струи, и дать новую жизнь астрономической башне. Пусть она будет открыта для всех, кто хочет смотреть на небо. Надо высадить новые яблони в старом саду и дать новую жизнь старой школе. Второй такой в Москве нет.

В прошлом году общими усилиями сотен людей — студентов, стоявших в пикетах, активистов, водивших экскурсии, экспертов, говоривших в прессе, жителей, приходивших на митинги, — была отбита атака варваров на Шуховскую башню. Ее намеревались снести. «Новая газета» писала об этом, была частью сопротивления. На территории школы, на углу двух улиц, есть массивный бетонный анкер, к которому когда-то крепилась растяжка башни, связывая землю и небо, вертикаль и горизонталь, башню и школу. Теперь они заходят с другой стороны, со стороны школы, в надежде, что школу убить легче, чем башню. 

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera