Сюжеты

Кинотавр-2016. Крылья, ноги и хвосты

Вновь востребованы прилежные, милые, комфортные фильмы

Фото: «Новая газета»

Культура

Лариса Малюковаобозреватель «Новой»

 Главный национальный смотр давно завоевал репутацию выставки достижений (и падений) кинематографического «хозяйства», программа фестиваля — точный срез, моментальный снимок кинопроцесса. Именно здесь после показов, на дискуссиях формулируются вопросы, выявляются болевые точки и ставятся диагнозы, определяются векторы движения, выявляется смысловая матрица.

Из симптоматичных выводов. Смотр короткометражного кино, развивающийся от года к году, оказался убедительней, актуальней, неожиданней, разнообразней полнометражного конкурса. Отобранные из сотен фильмов в меру лаконичные киновысказывания заслуживают отдельного разбора. География производства «недлинного кино» самая обширная: от Уфы до Владивостока. Кстати, решенный скромными средствами трагифарс из Уфы «Кредит» о неразрешимом конфликте денег и жизни победил в этом конкурсе. Кульминацией истории неисповедимости путей банковского закабаления оказалась тихая фраза: «А потом совершенно бесплатно пошел снег».

 Очевидно, что отборщикам становится все сложнее складывать конкурсный пасьянс из более-менее достойных работ. Нынешний кризис в российском кинематографе обусловлен не только отсутствием свежих идей, но и объективными обстоятельствами. И пока мы беспокоимся о том, что не создана система производства и продвижения национального кино, выясняется, что практически сформировалась многоступенчатая система подавления авторской инициативы, инновации, смелых решений. Экспериментальные опусы все сложнее запустить, пройти частокол чиновничьих, идеологических заслонов. Кинотеатры отказываются их показывать. Да и зритель, развращенный телевизионными мувиками, идет в кино за «удовольствием». И режиссеры арт-кино поколения нулевых уходят на телевидение или идут снимать коммерческие фильмы.

Тем не менее, в конкурсных работах обнаружилась сквозная тема. Авторы, в подавляющем большинстве молодые, рассказывают, как умеют, о чужеродности, неприятии и одиночестве уникальных, «особенных», выпадающих из принятой нормы.

Девушка видит вещие сны, однако гуляя по границе между сновидениями и реальностью, не всегда умеет предупредить, исправить, подчинить воле обстоятельства («Разбуди меня» Гийома Проценко). Пожилая девушка Наташа, служащая Зоосада (отважная и нежная работа Натальи Павленковой справедливо отмечена призом за лучшую женскую роль) обнаруживает у себя весьма непривлекательный, шевелящийся атавизм — лысый хвост. Она безуспешно просит помощи у священника, бродит из кабинета в кабинет. От терапевта к рентгенологу, от рентгенолога к хирургу. Снимок все какой-то невнятный. Словно хвост постоянно «уклоняется». Сюр и бытовое сожительствуют в фильме «Зоология» Ивана Твердовского, обмениваясь ролями. Звери, за которыми ухаживает Наташа, похожи на людей. Наташины «товарки» по зоопарку напротив, напоминают необаятельных животных, унижающих и пожирающих «слабого», изгоя. Референсы авторов не только к гоголевским мотивам, но балабановским «Про уродов и людей», эпосам, вроде скандинавских легенд про мифическую лесную хвостатую женщину Хулдру, и конечно же, на недавний обаятельный мультфильм Светланы Разгуляевой «Почему Банан огрызается». Там тоже про хвост как метафору одиночества. Твердовского интересует и популярная в авторском кино тема тотального инфантилизма взрослых, он размышляет о сплетении животного и божественного, о тайне интимного, о стыде, грехе и чудовищной боязни…обнаружить себя истинного. О неодержимом обаянии смерти и тотальном дефиците любви, как способе самопознания. Многие выходили из зала с недоуменным выражением. Члены жюри — в большинстве своем »традиционной мейнстримовской ориентации», также не могли сдержать изумления (фильм призом отметили критики). Для жюри более убедительной оказалась милая, аккуратная, но вполне вторичная школьная и семейная комедия Оксаны Карас «Хороший мальчик». Этот «Плюмбум-лайт» неожиданно был назван лучшим фильмом. Еще один знак, что и в авторском кино будут востребованы не столько храбрые, провокационные, ответственные высказывания, сколько прилежные, комфортные работы.

«Рыба-мечта» полнометражный дебют Антона Бильжо. Притча о встрече средневозрастного корректора (отличная работа Владимира Мишукова) со своей грезой. Возникшей из вод морских чудной (ударение в любом слоге) Сиреной. Фам-фаталь (Северия Янушаускайте — раскованная, свободная, странная). И уже не ясно — подлинной или вымечтанной. Потому что мечты сами мы проектируем, возводим и разрушаем. Владимир Мишуков точно играет человека, который силиться сосредоточиться на некой научной работе. Правит энциклопедию про рыб балтийского моря. Вопрос сколько ног у морского таракана для него решительно важней вопроса, что происходит с его планктонной жизнью.

Независимо от качества фильмов, самые запоминающиеся конкурсные работы — психотропные путешествия, исследование территории подсознания, манипуляция или игра с реальностью. Столкновение рационального и иррационального. Мужского и женского. Эгоцентризма и жертвенности.

«Я умею вязать» Надежды Степановой — путанное чистосердечное признание. По словам авторов, фильм-состояние. Не умеющая найти смысл жизни, двадцатилетняя Таня погружается и почти тонет в темных водах депрессии: своей бессмысленной жизни и мрачного слезливого Петербурга. На протяжении всего фильма звучит внутренний голос аутичной девушки, шмыгающей носом (аллергия), выключенной из жизни, мечтающей о работе уборщицы. Что происходит вокруг, и что в ее «голове», невозможно разделить. Понятно, что ее представление о близких и не очень близких людях — ощутимо искаженное, потому что внешнее вымещено подсознанием. Ненадежный, мрачный окружающий мир просачивается, точит изнутри, при всех попытках обнаружить просвет, проснуться от дурного сна. Избавиться от муки небытия. У картины свой почерк, есть попытка обнаружить визуальные рифмы человека и его города. Но сценарий и монтаж лишают зрителя возможности диалога с фильмом.

Об «Ученике» Кирилла Серебренникова, завоевавшем приз режиссуры (хотя ему прочили Гран-при), »Новая» писала в репортажах с Каннского фестиваля. На «Кинотавре» антиклерикальная драма о тоталитаризме невежества, точно так же как и »Зоология» Ивана Твердовского, вызвала яростную полемику. Панегирики во славу актуальности и честности, психологических мотиваций и точных актерских работ. Обвинения в фальши, «новой конъюнктуре», угождению фестивальным отборщикам. Между тем, сегодня именно по этим картинам узнают, что в России есть современное кино. «Ученик» вернулся из Канн и продолжает фестивальный вояж теперь уже с призом за режиссуру на «Кинотавре». «Зоология» открывает мировой показ на национальном смотре, а дальше следует в основной конкурс Карловых Вар, затем в Торонто и Сан-Себастьян.

Конкурсная программа возбудила кулуарную дискуссию не только об отсутствии экспертных оценок, но и оппозиции «квази» и подлинного в нашем кино. Насколько авторы решаются быть откровенными? С самими собой и со зрителем. Да и хочет ли зритель этой откровенности? Или предпочитает обхохатываться над сомнительного вкуса комедиями?

В дефиците игровых картин, пытающихся отвечать на вызовы времени, уловить его интонацию, отборщики «Кинотавра» взяли две документальные работы. И если «Год литературы» Ольги Столповской пытается выявить настройки непростых взаимоотношений интеллигенции с действительностью, то «Чужая работа» Дениса Шибаева (лучший дебют и диплом критики) — роман о еще одном герое нашего времени, гастарбайтере. Не столько социальная история, сколько «портрет в развитии» своего среди чужих. Семья Фарруха — родом из СССР. Москва для него — «дорогая моя столица». У него амбиции. Характер. И работой он любой не гнушается, и о профессии актера мечтает. Уже и в телекино снимается, в роли гастарбайтера. Природа неразрешимого конфликта в этом киноромане в трагической невозможности осуществления и мечты, и самой жизни.

На деловом завтраке компании «Нева-фильм» Жоэль Шапрон рассказал, что в Франции в прошлом году из 650 фильмов — 350 названий арткино. Программный директор «Кинотавра» Ситора Алиева поведала, после перенастройки португальской кинематографии на авторское кино, на недавнем «Берлинале» было уже несколько португальских картин. Прокатчики доказывали, что умный зритель, желающий смотреть авторские фильмы «ушел» на фестивали, которые нон-стоп следуют один за другим. А пока на фестивальных дискуссиях ломали копья теоретики и практики, пока и зрители и участники фестиваля смотрели неравноценные новые работы нового поколения авторов… на «Кинорынке» показывали «Жениха», новый национальный хит с телевизионными звездами и фекальным привкусом юмористики. Директора кинотеатров падали от хохота со стульев. И значит, это кино все мы и увидим в самое ближайшее время.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera