Колумнисты

Флешмоб #яНеБоюсьСказать — не про женщин, а про найти в себе силы быть слабым

Сотни людей рассказывают в сети, как их насиловали, пытались изнасиловать, били, унижали, пугали…

Культура

Ян Шенкманспецкор

Эту акцию никто специально не придумывал, она началась несколько дней назад, когда киевская журналистка Настя Мельниченко описала в фейсбуке свой опыт и поставила соответствующий хэштэг, а дальше — как плотину прорвало.

«Я больно ударилась головой. Не поняла, что происходит. Он заткнул мне больно рукой рот. И случилось то, чего я боялась. Быстро, больно. И было ужасно стыдно», «Меня парализовал страх, и единственная мысль, за которую я держалась: это всё закончится», «Он тащит меня в комнату, я сопротивляюсь, он начинает меня душить; его сняли с меня в тот момент, когда я уже потеряла сознание»...

И так далее. У каждой по несколько историй. В 14 лет, в 19, в 25… Читаешь и кажется, что мир переполнен насилием под завязку. Причем это даже не всегда связано с сексом. Просто с подавлением одного человека другим. Слабого — сильным.

Отзывы на этот флешмоб разные. Много сочувствия и поддержки. Собственно, ради них все и затевалось. И в то же время многие мужчины (да и женщины тоже) пишут в комментариях: сама виновата. Не надо было напиваться — не изнасиловали бы. Не надо было носить короткую юбку — не изнасиловали бы. Сама спровоцировала…

Конечно, многие из тех, кто пишет, далеко не жертвы по своему складу. Это сильные, гордые женщины. Просто насилия вокруг так много, что оно может коснуться любого.

Но постоянно звучит слово «виктимность»: «Чего ты такая виктимная?» Это значит жертва по определению. Шла по улице — пристали. Поехала на курорт, затащили на пляж и избили. Познакомилась с интеллигентным мальчиком, а он стал насиловать. И так постоянно. Как будто человек притягивает насилие.

Действительно, есть такие люди. Мы как-то беседовали о них с режиссером Владимиром Мирзоевым после его спектакля «Принцесса Ивонна». Там у него по ходу действия принц, смахивающий на офицера СС, без конца говорит об Ивонне: «Она провоцирует, она провоцирует!» Дескать, не захочешь, а обидишь, руки чешутся. Маленькая, беззащитная, не умеющая ответить как следует. Жертва, тип, располагающий к насилию.

— Да, есть такой тип, — сказал мне тогда Мирзоев. — А есть тип насильника. Просто рядом с потенциальными жертвами должны находиться приличные люди, которые способны им сочувствовать, защищать. Нельзя сводить жертву с отрядом маньяков.

Штука в том, что приличные люди вполне могут оказаться маньяками, а маньяки приличными людьми — это не черно-белая ситуация. Вот были, скажем, знаменитые гопники девяностых, бригады, которые безжалостно убивали и грабили. Меня всегда интересовало, что с ними стало потом. Понятно, что многих постреляли. Кто-то выбился в большой бизнес и политику. А остальные? Судя по всему, стали обычными людьми, обывателями, ходят в офис, водят детей в зоопарк, по выходным мирно пьют пиво в баре. Их тоже могут ограбить, ударить, как любого из нас.

С насилием примерно так же. Чуть ли не каждый подвергался ему и когда-либо совершал в отношении другого. Непрерывная цепочка насилия: сделал — получил — опять сделал.

Объясню на примере.

Как-то меня, пьяного, довольно сильно избили. Я лежал с разбитой головой на снегу и мучительно приходил в себя. Боковым зрением увидел какую-то доску от ящика. Вспомнил уроки фехтования в секции. Резко вскочил и вырубил этой доской двоих. Правда, как потом оказалось, не тех. Те давно уже убежали.

Вот так это и происходит. Прилетает, как говорят на войне, ответка, но всегда не по адресу. В итоге все боятся, тайком ненавидят друг друга, каждый готов защищаться, причем в жесткой форме — сразу ногой в живот.

Поразительно, что #яНеБоюсьСказать стало русско-украинским флешмобом. По-украински тэг отличается всего на одну букву: #яНеБоюсьСказати. А в остальном никакой разницы. Исповедь украинки вы никак не отличите от исповеди россиянки. В окрестностях Тверской происходит примерно то же, что в окрестностях Крещатика. И в как бы свободной Украине, и в как бы тоталитарной России полно людей, способных затащить 14-летнюю девочку в подвал, разбить женщине кулаком лицо или просто наорать так, что будешь дрожать от страха.

Обе страны буквально напичканы насилием. Я уверен, что это не из-за войны. Наоборот: война из-за этого. А политики подтянулись уже по ходу дела.

Одно время казалось, что все это уже в прошлом. Что новое поколение — это милые зайки, которых больше всего волнует, как бы покреативнее постричь бороду и нескучно провести время в коворкинге. Сытость не располагает к насилию.

Но жизнь показала, что весь этот лоск, вся эта безобидность тают за пять секунд. У Джека Лондона есть такой рассказ. Интеллигентному парню из хорошей семьи случилось драться на ножах с индейцами. За минуту, пишет Лондон, с него слетело два тысячелетия цивилизации.

Что с этим делать, никто не знает. Кстати, на женский флэшмоб есть и такая мужская реакция: гадов, которые трогают наших жен и дочерей, надо беспощадно мочить. Казалось бы, тут уместна жалость, слова поддержки по отношению к жертвам. Нет, мочить, да к тому же еще беспощадно.

Но все-таки хорошо, что этот разговор начался. Что люди нашли в себе силы быть слабыми в глазах общества, что они не боятся. Кому-то это поможет. И в любом случае лучше говорить, чем молчать и трястись от страха и ненависти.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera