Комментарии

В поисках «двойной сплошной»

Что происходит с медиахолдингом РБК. Главное

Фото: РИА Новости

Этот материал вышел в № 74 от 11 июля 2016
ЧитатьЧитать номер
Политика

Арнольд Хачатуровкорреспондент

Волна увольнений из РБК продолжается уже 2 месяца. За высшим менеджментом последовали замы редакторов, главы отделов и корреспонденты. По оценкам источников «Новой газеты», издание уже покинуло от трети до половины всех сотрудников. Главный вопрос на сегодняшний день — сможет ли холдинг оставаться умным и независимым СМИ при таком давлении сверху и не закончится ли эта история сменой владельца и переходом издания «под крыло» государства

В середине мая ключевые управленцы РБК — шеф-редактор Елизавета Осетинская, редактор сайта Роман Баданин и главный редактор газеты Максим Солюс — покинули издание из-за давления со стороны собственника медиахолдинга. 7 июля стало известно, что объединенную редакцию РБК возглавят Елизавета Голикова и Игорь Тросников, ранее работавшие заместителями главного редактора государственного информационного агентства ТАСС. В своих публичных заявлениях новые руководители уверяют, что редакционная политика издания по-прежнему будет основана на принципах объективной и профессиональной журналистки, но сотрудники холдинга не уверены в своем будущем, многие из них считают, что такое назначение — в лучшем случае компромиссный вариант.

Новая команда

Новые редакторы еще не приступили к работе и пока что занимаются распределением полномочий, их первым рабочим днем в РБК будет 14 июля. До этого момента у сомневающихся сотрудников редакции есть время определиться с тем, хотят ли они работать с новой командой. «Мы находимся в состоянии неопределенности уже почти 3 месяца — с тех пор, как прошли обыски в «Онэксим», — рассказывает один из журналистов РБК, который еще не принял это решение. — Раньше была надежда, что останется кто-то из старого менеджмента, из команды Осетинской—Баданина. Это был бы идеальный вариант, он означал бы, что издание сохранило свои традиции». В профессиональном смысле Голикова и Тросников выглядят достаточно убедительно (до ТАСС оба редактора длительное время работали в «Коммерсанте»), но неизвестно, как именно они будут выстраивать редакционную политику. «На совещании они не ответили конкретно ни на один вопрос и говорили какими-то штампами, которые можно услышать с партийной трибуны», — жалуется сотрудник. Когда в 2013 году приходила Осетинская, вспоминает журналист, она была более убедительна: «Она зачитала пункты догмы (редакционный свод правил работы журналиста. — А. Х.) и сказала: мы работаем вот так».

«Мы всегда считали, что нам можно больше, чем, условно говоря, «Коммерсанту». Вот вроде бы можно, а потом раз — и к вам приходят из ФСБ...»

На первой встрече с редакцией Голикова сравнила предыдущую редакционную политику РБК с переездом через двойную сплошную, после которого «отбирают права». «Никто не знает, где эта двойная сплошная», — добавил Тросников. В коллективе издания метафору не оценили, но похоже, что она отражает реальное положение дел — неподцензурные СМИ в России оказываются в зоне полной неопределенности. «Это игра без жестких правил, нет никаких цензурных комитетов, как в советские времена, — говорит еще один собеседник «Новой» в РБК на условиях анонимности. — Конечно, есть СМИ, которые точно знают, что им можно, а что нельзя. Но мы всегда считали, что нам можно больше, чем, условно говоря, «Коммерсанту». Вот вроде бы можно, а потом раз — и к вам приходят из ФСБ. Так что дорога нащупывается абсолютно интуитивно». Сигналов о том, что из РБК хотят сделать прокремлевское СМИ, пока не поступало — напротив, были слова о том, что нужно сохранить все лучшее, что было в издании. «Но мы готовы к тому, что, когда будут возникать очень острые темы, будет специальное обсуждение того, как их нужно подавать так, чтобы остаться на плаву, чтобы нас опять не разогнали».

Стенограмму встречи новых редакторов РБК с коллективом издания опубликовало интернет-медиа «Медуза». В ней Игорь Тросников среди прочего обращается к журналистам с просьбой не выносить содержание разговора на публику. Многие усомнились в этической стороне действий «Медузы». Журналист «Коммерсанта» Александр Черных написал на своей странице в социальной сети Facebook: «Неизвестный журналист РБК мог прямо сказать Тросникову и Лизе: «Нет, я не согласен. Я предупреждаю, что буду записывать разговор и опубликую его». Он мог сказать: «Нет, на таких условиях я не собираюсь с вами разговаривать», — и выйти. Но согласиться с условием «оффзерекод» и потом опубликовать запись — это неправильно, неэтично и нарушает вообще все. Ну а Арам Ашотович получит возможность при следующем сливе прослушки тыкать пальцем на РБК и «Медузу». По мнению Черных, публикация «подставляет кучу коллег» — при повторении похожей ситуации в будущем никто не захочет говорить откровенно. «Я тут уже пообщался с коллегами по профессии — и вживую, и в мессенджерах. Очень многие думают так же, но публично говорить об этом не хотят — возможно, не хотят портить отношения с классными, но очень обидчивыми ребятами из «Медузы»».

Чуть позже на утечку отреагировали и в руководстве холдинга. Генеральный директор РБК Николай Молибог посоветовал журналистам, передавшим «Медузе» подробности разговора, срочно «написать заявление и уйти из компании», поскольку это противоречит «ценностям бренда» РБК. Главный редактор «Московского комсомольца» и председатель Союза журналистов Москвы Павел Гусев счёл публикацию нарушением этики работы редакционных коллективов.

История взлета

РБК появился в 1990-х годах в виде небольшого информагентства, специализировавшегося на финансовой информации. В нулевые холдинг стал одним из наиболее посещаемых медиаресурсов в Рунете. В то же время менеджеры РБК не слишком заботились о репутации площадки: издание постоянно обвиняли в публикации заказных статей и покупке трафика. Из-за неудачных вложений владельцев в ходе кризиса 2008 года многие активы холдинга обесценились, а совокупная задолженность выросла до $235 млн. После нескольких серий переговоров владельцам РБК удалось добиться реструктуризации долга, а в 2010 году группа бизнесмена Михаила Прохорова «Онэксим» выкупила контрольный пакет акций (51%) за $80 млн. Но по-настоящему новая веха в истории издания началась в начале 2014 года, когда в РБК сформировалась новая команда под руководством Елизаветы Осетинской, Романа Баданина и Максима Солюса. Редакции журнала, газеты, сайта и телеканала были объединены, в РБК перешли многие опытные журналисты из Forbes, «Ведомостей» и других СМИ.

«Когда создавался новый РБК, все говорили: «Ну это максимум на пару месяцев, — вспоминает один из нынешних сотрудников редакции. — В результате эта история растянулась на 2,5 года — уже протянули дольше, чем задумывалось». Никаких цензурных ограничений перед журналистами поставлено не было. Единственное специальное требование состояло в том, что подавляющее большинство расследований должно сводиться к экономическим и финансовым мотивам, так как РБК — издание про бизнес. За 2 года новой команде удалось превратить холдинг в ведущее деловое СМИ, известное за счет высоких стандартов журналистики и смелого выбора тем для расследований (среди наиболее нашумевших тем — проект технологической долины МГУ под руководством «предполагаемой» дочери Путина, финансовые интересы РПЦ, гибель российских солдат на Украинебенефициары строительных работ в Москве).

Пределы профессионализма

Активность холдинга начала раздражать российские власти. 14 апреля 2016 года ФСБ провела обыски в структурах «Онэксима». Официальная причина — расследование уголовного дела, связанного с банком «Таврический» (Прохоров является акционером банка МФК, который занимается санацией «Таврического»). Более реалистичная версия: «маски-шоу» в офисах Прохорова — это реакция Кремля на активное освещение медиахолдингом «панамского скандала» и публикации ряда расследований о ближайшем окружении Владимира Путина. Владельцы медиахолдинга отреагировали на сигнал достаточно предсказуемым образом. Спустя месяц вся редакционная верхушка была уволена.

Замглавы Минкомсвязи Алексей Волин объяснил увольнение топ-менеджеров РБК экономическими причинами: «Его (РБК. — А. Х.) менеджеры генерировали убытки, а не прибыль». Слова Волина не соответствуют цифрам. РБК можно назвать «токсичным» активом по политическим причинам и из-за высокой долговой нагрузки, ставшей результатом неудачной инвестиционной политики предыдущих владельцев, но текущая работа холдинга в последние годы является весьма успешной. Аудитория проектов РБК, по данным TNS Web Index, в марте составила 12,5 млн человек (практически вдвое больше, чем у «Коммерсанта» и «Ведомостей»). В 2015 году холдинг получил чистый убыток в объеме 1,5 млрд рублей, но существенная часть потерь приходится на обслуживание процентов по долгу (около $220 млн на сегодняшний день) и покрытие курсовой разницы. EBITDA группы компаний в прошлом году достигла 426 млн рублей, увеличившись за год на 59%, — по этому и многим другим финансовым параметрам РБК обгоняет медиарынок.

Практически сразу после обысков в «Онэксим» появились слухи о том, что Прохоров, не выдержав давления Кремля, готовит медиахолдинг к продаже. Потенциальным покупателем называли Национальную медиагруппу Юрия Ковальчука (главные активы — «Известия», РЕН ТВ, «Пятый канал»). В начале июля «Ведомости» со ссылкой на свои источники сообщали о намерении Прохорова распродать сразу все российские активы группы «Онэксим». Нужно заметить, что бизнесмен регулярно участвует в различных сделках, а некоторые из них готовятся по несколько лет. К примеру, недавно «Онэксим» продал 20% акций «Уралкалия» — такую возможность обсуждали больше года. Возможно, появившиеся слухи — еще один сигнал для властей, попытка «прощупать» ситуацию, а смещение команды управленцев РБК на какое-то время удовлетворит Кремль. Дальнейшая политика издания зависит от убеждений нового руководства и желания акционеров снова двигаться «на ощупь».

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera