Сюжеты

«Холодная и организованная жестокость генералов»

Когда 80 лет назад в Испании вспыхнула гражданская война, порядочный человек точно знал, на чьей он стороне. Сейчас испанцам труднее выбрать место на исторической баррикаде

Наступление франкистов. 1937 год. Фото: РИА Новости

Этот материал вышел в № 75 от 13 июля 2016
ЧитатьЧитать номер
Политика

Леонид Млечинжурналист, историк

Будущий владыка Испании Франциско Франко был произведен в бригадные генералы в 33 года. Самый молодой генерал в Европе после Наполеона Бонапарта. В личном деле записали: «Является национальным достоянием. Армия и страна только выиграют от использования его выдающихся способностей на более высоких постах».

Он был маленьким — 1 метр 64 сантиметра, так что в военном училище ему пришлось непросто. Недостаток роста компенсировал невероятным хладнокровием. Предпочитал штыковую атаку. Взять противника в штыки — значит деморализовать его. Это стало стилем и стратегией.

Летом 1936 года, возглавив антиправительственный мятеж, вождь националистов генерал Франко понимал, что в случае провала рискует жизнью. И принял на вооружение стратегию устрашения — массовый террор. Задача состояла не только в том, чтобы физически уничтожать врагов, но и подавить волю к сопротивлению.

«Они не пройдут!»

Воинскую службу будущий диктатор Испании начинал в Марокко, жители которой добивались независимости. Солдаты Франко отрезали головы взятым в плен марокканцам. Вернувшись в казарму, с гордостью демонстрировали трофеи. Война в Африке сделала его безжалостным. И Франко привык к тому, что те, кем он управляет, неразумны, как дети, — им нужна твердая отеческая рука. И никакой свободы, которая оборачивается анархией.

В бою он был ранен в живот. В Африке при том уровне медицины подобное ранение заканчивалось смертью. Ему фантастически повезло — он выжил. И он сам, и его солдаты поверили, что провидение его бережет.

Парламентские выборы в Испании прошли 16 февраля 1936 года. Седьмой конгресс Коминтерна разрешил коммунистам создавать предвыборные коалиции с другими партиями во имя борьбы с фашизмом. Народный фронт, объединивший анархистов, социалистов и коммунистов, победил с минимальным перевесом. Коммунистами руководил Хосе Диас, недавний анархист. Он страдал от рака желудка. В декабре 1938 года он уедет в Советский Союз. Не выдержав боли, выбросится из окна.

На посту генерального секретаря его сменила Долорес Ибаррури по прозвищу Пассионария (то есть «Страстная»). На митинге 18 июля 1936 года она произнесла слова, которые станут знаменитыми: «Но пасаран!» («Они не пройдут!»). 3 сентября 1936 года на митинге в Париже прозвучит другая громкая фраза Ибаррури: «Испанский народ предпочтет умереть стоя, чем жить на коленях!» После поражения в войне и она уедет в Советский Союз.

Победа левых на выборах породила большие ожидания. Крестьяне, которые жаловались на безземелье, теперь просто захватывали чужие участки. И в городах начались беспорядки.

Правые любую забастовку или демонстрацию считали происками мирового коммунизма. Набожных офицеров пугали антицерковные настроения левых. Офицеры решили, что придется силой подавить безбожников и анархистов. Генерал Франко колебался. 23 июня 1936 года отправил премьер-министру письмо, предупреждая о враждебности армии к республике. Намекнул, что это можно преодолеть, если правильно относиться к военным. Последняя попытка предложить правительству свои услуги в обмен на очень высокий пост? Он всегда хотел быть на стороне победителей. Если бы республика была щедрее к Франко, стал бы он ее врагом?

Крестовый поход

В ночь на 18 июля 1936 года военные подняли мятеж. 21 июля в авиационной катастрофе погиб генерал Хосе Санхурхо, который должен был возглавить восстание.

На пост вождя претендовал другой генерал — Эмилио Мола. Именно ему принадлежат исторические слова о «пятой колонне». Он имел в виду своих тайных сторонников, которые изнутри поддерживают армию националистов, наступающую на Мадрид четырьмя колоннами. Генерала ждало большое будущее, но 3 июня 1937 года он тоже погиб в авиакатастрофе. Испанским путчистам не везло в небе.

Руководители мятежа присвоили Франко высшее воинское звание генералиссимуса и стали почтительно именовать каудильо вождем.

Силу франкистам придала католическая церковь. Франко объявил крестовый поход в защиту христианства и церкви. Церковь знала обо всех преступлениях армии Франко и молчала. Священнослужители считали уничтожение врагов необходимой хирургической операцией, что-то вроде удаления воспаленного аппендикса.

В нашей стране считается, что атеизм большевиков, преследование церкви и священнослужителей привели к оскудению народной нравственности, и это сделало возможным массовые преступления. Испанская война показала, что вера в Бога, принадлежность к церкви вовсе не уберегают людей от участия в преступлениях. В ситуации выбора человек может полагаться только на собственную совесть.

Гитлер и Муссолини

Война на Пиренейском полуострове расколола не только самих испанцев, но и Европу. Мятежников поддержали фашистские вожди. Адольф Гитлер и Бенито Муссолини признали режим Франко и оказали ему военную помощь.

Министр иностранных дел Италии и зять Муссолини — Галеаццо Чиано записал в дневнике 29 октября 1937 года: «Утром вручали медали вдовам павших в Испании и раненным в боях. Я смотрел на этих женщин и мужчин и видел, как у них на глаза навертывались слезы, и задавал себе вопрос: пролита ли эта кровь во имя правого дела? Ответ: да! В Испании мы сражались, защищая нашу цивилизацию и нашу революцию. Раненые демонстрировали мужество. Один из них, потерявший обе руки и глаз, сказал: «Я бы хотел иметь еще одну руку, чтобы отдать ее за Италию».

От Гитлера европейцы не ожидали участия в испанской войне. Именно в тот год Германия принимала Олимпийские игры и старалась быть респектабельной.

Европейцы не понимали, с кем имеют дело. Для Гитлера это была всего лишь передышка, необходимая для мобилизации ресурсов. Он жаждал войны. И власти над Европой. Он двигался к цели шаг за шагом. Не встречая сопротивления, наглел и смелел. Низкопоклонство чиновников, сладкая лесть пропаганды укрепили уверенность фюрера в том, что он избран провидением, дабы вести Германию к победе.

Судьба Герники

26 апреля 1937 года был рыночным днем. Тысячи жителей баскского города Герника находились на улице, когда в половине пятого зазвучали колокола. Сигнал воздушной тревоги! Первым в небе появился «Хейнкель-111» лейтенанта Рудольфа фон Моро из немецкого легиона «Кондор», отправленного Гитлером в помощь генералу Франко.

Пролетая над центром города, пилот открыл дверцы бомбового люка… Немецкие бомбардировщики вновь и вновь заходили для бомбометания. Тридцать одна тонна взрывчатки обрушилась в тот день на город. Герника даже не была военным объектом. Единственный завод оборонного значения находился за городом и не пострадал. Цель авианалета — напугать мирное население.

Реакция мирового сообщества была очень резкой. В штабе Франко утверждали, что отступающие республиканцы, баски и анархисты в отчаянии сами сожгли город. Но нашлись немецкие документы, которые описывают стратегию налета. Сначала сбросили тяжелые бомбы, чтобы в городе возникла паника. Потом принялись расстреливать горожан из пулеметов, чтобы люди спрятались в подвалах. И, наконец, засыпали Гернику зажигательными бомбами, чтобы город загорелся, дома обрушились и похоронили под собой всех жителей.

Начальник штаба легиона «Кондор» барон Вольфрам фон Рихтхофен пометил в дневнике 28 апреля 1937 года: «Герника, город с пятью тысячами жителей, буквально стерта с лица земли. Воронки от бомб на улицах видны до сих пор. Просто потрясающе. На завтра пока никаких планов».

Испания стала пробой сил. Первая война на территории Европы — после мировой. И Гитлер обрел уверенность в том, что он способен навязать свою волю слабнущей и безвольной Европе. Британский министр иностранных дел Энтони Иден заявил, что нацистский режим сохранится только в том случае, если Германия станет соблюдать правила и нормы международных отношений. Немецкая партийная пресса злобно ответила, что британский министр живет устаревшими либеральными идеями, о которых пора забыть.

Сталин принимает решение

Когда генерал Франко поднял мятеж, Сталин отдыхал в Сочи. 6 сентября 1936 года он отправил шифротелеграмму члену политбюро и секретарю ЦК Лазарю Кагановичу, который в отсутствие вождя остался в Москве на хозяйстве:

«Хорошо было бы продать Мексике пятьдесят штук скоростных бомбардировщиков, чтобы Мексика немедля перепродала их Испании. Можно было бы также подобрать человек двадцать наших хороших летчиков, чтобы они выполняли в Испании боевые функции и вместе с тем обучали испанских летчиков. Обдумайте это дело побыстрее. Хорошо было бы тем же путем продать двадцать тысяч винтовок, тысячу пулеметов и миллионов двадцать патронов. Нужно только знать калибры».

22 октября в порты Испании вошли первые пять судов. Они доставили 50 танков с запасом горючего и боекомплектом, 30 скоростных бомбардировщиков, стрелковое оружие.

Каганович доложил Сталину:

«Испанский посол Паскуа сказал, что Ваша популярность в Испании очень велика, что Ваши сочинения, переведенные на испанский язык, читаются вместе с сочинениями Ленина широкими массами. Сам он, видимо, подавлен опасностью потери Мадрида. Сказывается, конечно, то, что он не настоящий революционер-большевик, а меньшевик».

Мятежников Франко поддержали сельские католические районы. Промышленные центры остались опорой республиканцев. Правительство раздавало оружие рабочим, и это позволило успешно сопротивляться мятежникам. Не хватало профессиональных военных, поэтому так высоко ценились советские офицеры. Они служили в испанской армии советниками или даже занимали высшие командные должности.

Прошедшие Испанию командиры станут главным кадровым резервом; их назначат с большим повышением на высокие должности, освобождавшиеся в ходе массовых репрессий в Красной армии.

Левые проиграли

17 сентября 1936 года Сталин написал Кагановичу и Молотову:

«Консулом в Барселону предлагаю назначить Антонова-Овсеенко. Он знает военное дело. Кроме того, он сумеет сладить с анархистами».

«Анархистами» Сталин называл испанскую Рабочую партию марксистского единства. Это была марксистская партия, но не просоветская. В отличие от испанских коммунистов партия не желала подчиняться советскому генсеку и обвиняла Сталина в создании «бюрократического режима». В партии состояло 40 тысяч человек — большая сила. Ее лидер Андрес Перес Нин был очень популярен в Испании. Но он был сторонником Троцкого, которого Сталин ненавидел.

Советские представители повели против Андреса Нина и его партии скрытую борьбу. Инструкция, полученная из Москвы, гласила: «Троцкистов следует рассматривать как авангард фашизма и агентуру гестапо». Батальоны Рабочей партии расформировали. Руководителей партии арестовали, лидера партии Андреса Нина убили. Так разрушалось единство республиканских сил.

Расправы вызвали разочарование интеллигенции, которая ехала в Испанию воевать против фашизма. В рядах Рабочей партии марксистского единства сражался британский писатель Джордж Оруэлл. Когда партию уничтожили, он осознал опасность создаваемой коммунистическими вождями тоталитарной системы. И описал ее в книгах, которые станут знаменитыми, — «Скотный двор» и «1984».

Люди с обостренным чувством нравственности не знали, кого поддержать в этой войне. Русский эмигрант, религиозный философ Георгий Федотов не принял коммунизм, покинул советскую Россию. Но Франко и франкисты ему нравились еще меньше:

«Холодная и организованная жестокость генералов» хуже «ярости безумной черни». А когда я узнаю, что эти палачи, убивающие врагов даже в церквах, выдают себя за защитников христианства, мой выбор окончательно сделан: я предпочитаю им одержимых, которые жгут монахинь и ругаются над трупами. Они, по крайней мере, не знают, что творят. Я с Пассионарией».

На стороне республиканцев сражались европейцы и американцы левых и либеральных убеждений. В Испанию устремились антифашисты, идеалисты, искатели приключений и прирожденные авантюристы. Приехали выдающиеся писатели — Эрнест Хемингуэй, Антуан де Сент-Экзюпери, Джон Дос Пассос. Иностранных добровольцев зачисляли в интернациональные бригады. Но многие левые и либерально мыслящие люди были сильно разочарованы увиденным в республиканской Испании. Писатель-коммунист Артур Кёстлер был схвачен франкистами, обвинен в шпионаже и приговорен к смертной казни. Смерти избежал, потому что его обменяли. Франкистов он ненавидел. Но, познакомившись с методами коммунистических вождей, распрощался с компартией.

Террор, устроенный левыми, которых инструктировали советские чекисты, сыграл на руку Франко. Испанцы испугались коммунистической диктатуры. Партийные комитеты на заводах развалили промышленность. Крестьяне жили хуже, чем перед войной. На территориях, контролировавшихся республиканцами, начался голод. А в областях, где были войска Франко, экономика работала исправно.

Республиканцам сочувствовал только Париж. Остальная Европа заявила о невмешательстве в испанские дела. В конце концов и Франция перестала поставлять оружие правительственным войскам. Позорное мюнхенское соглашение в сентябре 1938 года, когда Англия и Франция фактически капитулировали перед Гитлером, подорвало позиции испанских республиканцев. Все увидели, что Европа пасует перед Германией.

Войска генерала Франко 24 марта 1939 года взяли Мадрид. Франко торжествующе объявил: «Красная армия взята в плен и разоружена. Национальные войска одержали победу. Война окончена». Коммунистическое движение истекло кровью в Испании. А пакт Молотова и Риббентропа в августе 1939 года окончательно его добил.

Оценки не меняются?

Франциско Франко объявил себя пожизненным «верховным правителем Испании, ответственным только перед Богом и историей». Он казнил 100 тысяч республиканцев. Осенью 2008 года судья Бальтазар Гарсон потребовал раскопать могилы, куда сбрасывали тела убитых при Франко. В подписанном им ордере перечислены имена 114 266 человек, которые значатся «пропавшими». Судья назвал методичное уничтожение политических противников «преступлением против человечности». Одни испанцы поддержали судью: должна же, наконец, восторжествовать справедливость. Другие высказались против: не стоит бередить старые раны… Как же сегодня в Испании относятся к правлению Франко?

Франциско Франко был храбрым солдатом во время марокканской войны, расчетливым карьеристом между двумя войнами, умелым стратегом в гражданскую войну и беспощадным диктатором до последних дней своей жизни. Но Франко не создал тоталитарный режим, калечащий человека. Он удовлетворился властью над страной.

Через два года после смерти Франко прошли свободные выборы. Еще через год на референдуме приняли конституцию. Испания стала парламентской монархией — на британский манер. Страна вступила в НАТО и в Общий рынок, который превратился в Европейский союз. Авторитарное правление оказалось меньшим бедствием для государства, чем тоталитаризм. Испания быстрее вернулась к нормальной жизни и вошла в общеевропейское сообщество, чем бывшие социалистические страны.

Вот почему одни испанцы не в силах забыть диктатуру Франко, а другие довольны, что не коммунисты, сторонники Сталина, победили в гражданской войне. Но разве можно было воевать на стороне Франко?..

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera