Сюжеты

«Закончатся сборы, и я где-нибудь разревусь»

Российские паралимпийцы, которых не пустили в Рио, завершили «альтернативные» игры в Подмосковье

Фото: Владислав Докшин / «Новая»

Этот материал вышел в № 101 от 12 сентября 2016
ЧитатьЧитать номер
Спорт

Дарья КобылкинаКорреспондент

В Подмосковье завершились Открытые всероссийские соревнования по видам спорта, включенным в программу летних Паралимпийских игр. За два дня «местных» состязаний на базе «Озеро Круглое» и в учебно-тренировочном центре «Новогорск» наши спортсмены с ограниченными возможностями установили 25 мировых рекордов! Этот результат российские паралимпийцы должны были показать на Играх в Рио. К ним они готовились целых четыре года. Но до бразильской Паралимпиады их не допустили…Конечно, нельзя говорить о подмосковных Играх, как о полноценной замене Паралимпиаде. Уровень и масштаб этих состязаний находится в другом измерении. Но для российских паралимпийцев сделали что могли. Они, в свою очередь, — тоже.

Фото: Виктория Одиссонова / «Новая»

Акжана Абдикаримова, легкоатлетка, бронзовый призер полумарафона в Сеуле в гонках на колясках:

— За последние несколько дней о моих переживаниях меня спросили больше, чем за всю жизнь. Сейчас, наверное, уже ничего не чувствую. Колоссальное напряжение, окружавшее нас последний месяц, от неизвестности того, что нас ждет, устаешь больше, чем от тренировок. Когда наступила ясность, было все: и досада, и обида, и ярость. Всеми спортсменами это воспринимается как недоразумение, непонятно кому и зачем нужное.

О вердикте, вынесенном паралимпийской сборной России, мы узнали во время сборов, ночью, а утром все вышли на тренировку, без всяких вопросов продолжили подготовку по намеченному сценарию.

Сейчас относимся ко всему философски. А что нам еще остается? Если не можешь изменить ситуацию — измени отношение к ней. И я думаю, что мы с гордостью выдержали этот удар. Состояние, с которым мы выйдем из этой истории, и будет нашей победой.

Это не наша война, но мы, как рядовые солдаты, оказались пострадавшими. Приятно, что на поле боя тебя не бросили одного. На открытии у меня было ощущение, что мы уже вернулись из Рио с медалями и принимаем поздравления. И эти соревнования для меня дороги в первую очередь вниманием, поддержкой, теплом.

Фото: Виктория Одиссонова / «Новая»

Ирина Громова, тренер экспериментальной группы подготовки легкоатлетов:

— Когда месяц назад объявили о том, что команда будет отстранена от Паралимпиады, я была уверена, что наше руководство приложит все усилия, чтобы этого не допустить. Но, как видите, они оказались недостаточными. В Международном паралимпийском комитете говорили, что не получили объяснений, достаточных для пересмотра решения. Значит, была брешь, значит, наша защита была слаба, одним словом — недоработали. Если обвинения неправомерны, то почему это не было доказано?

Много слов и эпитетов можно сказать о несправедливости нашего отстранения. Наверное, есть виновные, в каждой стране есть спортсмены, принимающие допинг, и у нас были случаи. Но надо было действовать: отстранять атлетов, тренеров, руководителей, если хотите.

Обвинить всю страну, обвинить всех нас — необъяснимое решение. Я — не согласна. Многие не согласны. Из Бразилии соперники пишут слова поддержки, не понимают, как такое произошло, что нас с ними рядом нет. Колоссальная поддержка и внутри страны, особенно сейчас. Отношение к нам изменилось, даже у детей: раньше на колясочников показывали пальцем и говорили: «Инвалид», сейчас восхищенно произносят: «Мама, смотри — паралимпийцы!» Раньше нас матерками выгоняли из леса: «Вы что мешаете тренироваться!», сейчас гордятся, что на одних базах живем и готовимся.

Как спортсмены пережили последний месяц? А пережили ли они его? Мне кажется, нет. Они понимают, где могли бы показать результаты, которые выдали в Подмосковье, а они достаточно высоки. Все наладится, конечно, как иначе может быть? Вопрос только в том, когда: через месяц, два, три года или пять лет? Зимой начинается квалификация к зимним Паралимпийским играм. Работать сейчас надо, действовать, менять что-то.

Фото: Виктория Одиссонова / «Новая»

Алексей Быченок, легкоатлет (гонки на колясках), бронзовый призер чемпионата мира:

— Я доволен и своими заездами, и результатами. На Паралимпийских играх мы бы сейчас вели тактическую борьбу, «пасли» друг друга до финиша, экономили силы для победного рывка. Здесь мы соперничаем только с самими собой, со стихией, со временем. И результаты даже выше паралимпийских. Но атмосферу не сравнить, конечно.

О Паралимпиаде не думаю, открытие не смотрел — поздно было. Все что ни делается — к лучшему, отошли уже все. Со мной моя семья, главный болельщик — дочь Аня, а сейчас был бы без них в Бразилии. К следующей Паралимпиаде подготовимся еще лучше, всем покажем! Думаю, Игры в Рио очень много потеряли от нашего отстранения, много великих людей, которые забрали бы много медалей.

По возможности буду следить за соперниками на Паралимпиаде, изучать, ведь нам еще не раз придется встретиться. Ну и болеть за знакомых, все-таки мы одна большая семья. Белоруса, который пронес российский флаг на церемонии открытия Игр, мы не знали. Собрались с ребятами, отыскали в интернете его телефон, отправили смс с благодарностью и приглашением. Спасибо ему за его поступок, это сильно.

Мы не политики, наше дело — работа, каждодневная, постоянная. Все силы мы тратим на тренировки и старты, месяцами не видим семью, детей. Мы в спорте всю нашу жизнь, мы — «чисты» перед всеми организациями, мы открыты. Но решение — не за нами.

Фото: Владислав Докшин / «Новая»

Ирина Мишурова, фехтовальщица, призер чемпионатов Европы и мира:

— Если этот турнир сделали как утешение — спасибо большое. Какой-то выплеск энергии нам очень нужен был. Мы готовились, и если бы этого соревнования не провели, мы бы просто сейчас сидели и грустили. Новость о нашем отстранении от Игр объявили по микрофону на тренировке. Все сели, начали обсуждать, как такое могло получиться. Естественно, о тренировке потом речи быть не могло. Успокоились уже вечером, дали нам время с этим смириться. А потом начали тренироваться снова. Но продолжали думать: «А вдруг изменят решение, вдруг поедем?» До открытия Игр так думали…. А открытие наших соревнований сделали замечательное. Разрешили пригласить родных. Еще здорово было, что мы, наконец, увидели всю нашу паралимпийскую сборную вместе, потому что обычно мы тренируемся на разных базах, друг друга не видим. И тут мы все такие красивые, нарядные. Чувство единения… Грусть где-то в душе все равно есть все-таки. Но я еще ни разу не плакала, может, меня позже «накроет». Закончатся сейчас сборы, и я где-нибудь разревусь. Наверняка.

Фото: Владислав Докшин / «Новая»

Роман Федяев, фехтовальщик, чемпион Европы:

— Мы были в пути, когда узнали о нашем снятии с Игр. Ехали со сборов в Алтае на машинах, и тут внезапно шквал эсэмэсок, звонков. Друзья, родные спрашивали: «Как так-то?» Это было очень не­ожиданно, ведь олимпийцев-то допустили на Игры. И мы думали, раз уж их допустили, то мы — тем более поедем. Надо, конечно, успеть решить все проблемы к зимней Паралимпиаде. Давайте честно: мы потеряли намного больше, чем кажется, а все из-за того, что не участвуем в Играх. Этот турнир сейчас что-то вроде утешительного приза. Я не говорю про деньги… Потому что олимпийская медаль — это совсем другое. Вот чемпион ты мира — ну и ладно, а олимпийский чемпион — это же на всю жизнь с тобой.

Фото: Владислав Докшин / «Новая»

Денис Тарасов, пловец, чемпион и многократный призер летних Паралимпийских игр, многократный чемпион мира и Европы:

— Обиду не за что держать. Все понимают, что происходит. Мы стали заложниками случившегося. Очень приятно, что нам провели эти соревнования. Они были важны не только для нас, но и для болельщиков, людей, которые за нас переживали. В индивидуальном выступлении сегодня я не особо доволен результатом. При всех сложившихся обстоятельствах это неплохо. Но сравним с результатами моих соперников в Рио. А эстафетой на этих Играх очень доволен — новый мировой рекорд наш, свой же перебили. Сейчас больше всего хочется до дома доехать. Я там уже два с половиной месяца не был.

Татьяна Васильчук —
для «Новой»
Дарья Кобылкина,
«Новая»

Глава Международного паралимпийского комитета Филип Крэйвен — «Новой»: «Мы не можем быть точно уверены, какие спортсмены чистые, а какие нет»

Фото: Владислав Докшин / «Новая»

Решение главы Международного паралимпийского комитета (МПК) Филипа Крэйвена временно исключить из состава этой организации Паралимпийский комитет России (ПКР) лишило всех наших спортсменов с ограниченными возможностями шансов на выступления в Рио. Вердикт Крэйвена изобиловал общими фразами, но был юридически безукоризненно точен и жесток. В России реакция была весьма однозначна. О недопустимости принципов «коллективной ответственности», политической составляющей и тяжелых последствиях для всех инвалидов страны делали заявления даже самые либеральные правозащитники…

Мы отправили свои вопросы Филипу Крэйвену в разгар Паралимпиады, на которой от России присутствовал только отечественный флаг, и то нелегально и в составе белорусской делегации. На некоторые из них мы получили вполне конкретные ответы.

— Не могли бы вы объяснить, что конкретно необходимо сделать Паралимпийскому комитету России для восстановления своего членства в МПК?

— МПК сейчас разрабатывает критерии, которые ПКР должен будет принять для возвращения в нашу организацию. Ожидается, что они будут окончательно подготовлены и представлены российской стороне к концу летних Паралимпийских игр в Рио. Как только условия будут выполнены российским комитетом, мы сразу же снимем с них наказание.

— Это было единогласное решение МПК?

— Да, управляющий совет единогласно проголосовал за приостановление членства ПКР в Международном паралимпийском комитете.

— Почему были отклонены индивидуальные иски россиян?

— В паралимпийском спорте каждый должен быть честным и играть по общим правилам, в том числе соблюдать антидопинговые законы. Каждый спортсмен должен подчиняться правилам национального паралимпийского комитета, а комитет должен обеспечить соблюдение этих правил. Неправомочность индивидуальных исков российских спортсменов напрямую связана с приостановкой членства ПКР в Международном комитете.

— Вам не кажется, что тотальное отстранение российских паралимпийцев может вызвать неправильную реакцию у общества? Ведь наказаны же только спортсмены, а возможные виновники — нет…

— Мы надеемся, что это решение станет катализатором изменений в России. Перемен, которым уже пора случиться. А если виновные люди продолжат занимать свои прежние должности, и система, которая привела к приостановке членства ПКР, не изменится, Международному комитету будет очень трудно восстановить позиции России. Мы все с нетерпением ждем того дня, когда сможем снова принять в свои ряды российских коллег, точно зная, что комитет выполняет свои функции для обеспечения честной конкуренции на соревнованиях.

— Почему российским спортсменам не было предложено выступать под флагом МПК?

— Дело в том, что каждый спортсмен подчиняется только своему национальному комитету.

— Почему не был рассмотрен вариант просто не включать Россию в общий медальный зачет Паралимпиады?

— Потому что МПК является членской организацией. Мы приостановили членство ПКР в нашем комитете за невыполнение своих обязательств. Национальный комитет несет ответственность за всех своих спортсменов. И, обнаружив наличие допинговой системы в России, мы не можем быть точно уверены, какие спортсмены там чистые, а какие нет.

— Президент ПКР Владимир Лукин сказал, что это было полностью политическое решение. На ваш взгляд, наказание было направлено конкретно на государственную систему?

— Политика никогда не играла роли в принятии решений международного комитета. Наше решение было основано исключительно на доказательствах присутствия государственной допинговой программы, которая распространяется и на паралимпийский спорт. ПКР не смог выполнить свои обязанности в соответствии со Всемирным антидопинговым кодексом. Как руководящий орган паралимпийского спорта, мы были вынуждены действовать таким образом, чтобы обеспечить равные условия для всех спортсменов.

— Вы были в России и наверняка знаете, как редко на наших улицах можно увидеть, например, инвалидов-колясочников. Не потому, что у нас их нет, а потому, что они все сидят по домам. Российские города не приспособлены для этих людей. Паралимпиада дарит им надежду и желание продолжать жить, а участие и победа в играх — шанс получить безбарьерную среду, хотя бы в своем районе. Неужели эти состязания для вас только медальная гонка между странами? Может, даже государственная допинговая система — не повод лишать спортсменов-инвалидов этого праздника?

— Паралимпийские игры — это соревнование между странами, где конечной целью является выиграть наибольшее количество медалей в рамках существующих правил. Любой стране, которая не в состоянии соблюдать эти правила, в данном случае — России, не должно быть разрешено участвовать в соревнованиях.

— С вашей точки зрения, как вся эта история с допингом в дальнейшем отразится на отношении к российским спортсменам во всем мире?

— Думаю, когда российская система изменится и больше не будет существовать государственной системы допинга, отношение мира к российским спортсменам кардинально изменится. Только потому, что люди хотят наблюдать за спортом, будучи уверенными, что они смотрят на справедливую конкуренцию.

Татьяна Васильчук —
для «Новой»

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera