Репортажи

«Я государев человек и обязана отдать свой гражданский долг»

Избиратели на Подмосковных участках о том, зачем они проголосовали за «Единую Россию» и ЛДПР

Фото: Евгений Фельдман / «Новая газета»

Политика

На избирательном участке № 1585 в Можайске жителей встречали песни групп ДДТ и Любэ о родине. Избиратели говорили о том, что надеются на новую Думу. И пусть один голос значит не так много или вообще ничего не значит, но «гражданский долг прежде всего».

Геннадий и Светлана пенсионеры. Прийти на выборы для них обязанность: «Мы и так ничего не делаем. А если не будем выбирать, значит, за нас решат, применят какую-нибудь схему. Были в 90-е времена бандитов, и зарплаты не платили. Сейчас мы просто привыкли к тому, что все есть, и все чем-то недовольны. А ведь жить стало лучше: внуки родились — хоть сейчас в детский сад отдавай. И зарплаты медленно, но растут».

Не все посещают выборы по собственной воле. Одна из избирательниц призналась, что ее заставляют: «Я государев человек и поэтому обязана отдать свой гражданский долг». И соответственно отказалась раскрыть свое имя и место работы.

Другие избиратели наоборот, сознательно идут голосовать: «Я иду на выборы, потому что надеюсь, что наша страна когда-нибудь поумнеет и изменится. Когда-то говорили, если не я, то кто же, и в какой-то момент я согласился с этим былым коммунистическим лозунгом. Человек, который не ходит на выборы и не участвует в политической деятельности, не имеет права жаловаться на судьбу и на то, что он плохо живет».

Среди голосовавших молодежи было немного. Ольга, молодая мама, на выборы пришла с малышом: «Да, я верю, мой голос может что-то решить. Есть ожидание, что соберутся более адекватные люди, которые не будут издавать глупых законов, как это было в предыдущие года. Что кандидаты будут ближе к народу. Мне бы хотелось изменение системы образования, после ЕГЭ оно не стало лучше, дети перегружены. Потом здравоохранение: в медицине все испортили, и винят врачей, хотя виновата-то система, которая врачей в эти рамки ставит, когда они должны заниматься бумажками, а не пациентами. И это ужасно. Я думаю, партия ЛДПР могла бы исправить ситуацию. Я всегда голосую за них. И надеюсь на «Единую Россию», потому что её все равно выберут».

Антон — студент, учится в Москве. На свои первые в жизни выборы он приехал домой в Можайск:

«Это интересный опыт, чувствуешь, что ты важен, можешь на что-то повлиять. К тому же я знал, кого буду поддерживать, следил за предвыборной кампанией Пушкиной и Толстого. Последний даже несколько раз приезжал к нам в институт, и мы очень душевно беседовали, он рассказывал о себе, о голосовании. Говорил, что собирается улучшить соцсферу, увеличить пособия и стипендии, развивать городскую инфраструктуру. Надеюсь, кандидаты исполнят свои обещания».

Избиратели на участке ОИК №122 в Одинцове также были полны надежд на будущее. Валерия никогда не пропускает выборов: «Я голосую, потому что это будущее наше, детей и внуков. Не думаю, что быстро все изменится, но партия, которая сейчас руководит, я ей довольна. По сравнению с прошлым, какая-то стабильность есть. Внутренняя политика меня на самом деле не очень устраивает. А внешней я довольна, авторитет России все равно высоко поднялся, лидер у нас хороший — он достоин уважения, на него приятно посмотреть».

Среди причин, которые называли пришедшие на участок избиратели, не только чувство долга, надежды на перемены, желание использовать голос и предотвратить фальсификации, но также и совесть:

«Как вы себе представляете, я буду объяснять студентам, что надо ходить на выборы, если сам не хожу? Очень много людей отдало свои жизни за то, чтобы институт голосования существовал и чтобы это что-то решало. Весь двадцатый век — процесс становления демократии в России. И теперь мы как потомки возьмём и не пойдём на выборы. Это просто неуважение к нашим предкам», — объяснил преподаватель истории.
 

«Обстановка менее нервная»

На Одинцовском участке ОИК №122 оказался всего один наблюдатель  от движения «Голос» — Борис Кайсинов. Он также заглядывал на соседние участки, где не оказалось представителей от оппозиционных кандидатов партий «Парнас» и «Яблоко».

«Я могу сравнить ситуацию с теми выборами, которые раньше проходили. Обстановка гораздо менее нервная. Может быть, действительно дали команду фальсифицировать меньше, а может быть, тоньше. Увидим по результатам. Но на самом деле снижение фальсификаций возможно только там, где нет нулевой плотности реального наблюдения. Это Москва, Московская Область, Санкт-Петербург, Новосибирск и другие крупные центры образованного населения. Активность 2011 года для власти была неожиданностью и шоком: кто-то читает списки кроме них, следит за тем, что происходит. Нас даже удалили тогда с участка за съемку подсчета голосов в Крылатском, но потом суд признал действия комиссии незаконными.

На наблюдателей в этот раз не давят: а что вы снимаете, куда пошли. Но совершенно точно, нас оказалось меньше. Вопрос к широкой публике: почему они не пришли? Нас реально мало! В 2011 году был охват по 3-5 человек наблюдателей не от правящих партий. Члены комиссии сразу смекают, кто настоящий. Реальные наблюдатели ведут себя активно, пытаются разобраться.. Поэтому даже простое присутствие уже важно. Несколько раз сегодня слышал шепот: «У нас тут наблюдатель!». Остальные же наблюдатели — это явно их знакомые, и кто-нибудь из комиссии с ними здороваются в духе: «Марья Петровна, как ваши зять и внуки?» Наблюдателей по разнарядке сразу видно. Сидят «ни рыба ни мясо»: ни вопрос лишний не задут».
 

«Наблюдателей в два раза меньше»

Сообщения от наблюдателей о нарушениях стали приходить к концу дня голосования. В Королеве по данным штаба кандидата Андрея Шальнева с участков были удалены пять наблюдателей, на одном из участков вебкамеры зафиксировали вброс бюллетеней. В штабе кандидата заявили, что ожидают фальсификаций «практически на каждом участке». Наблюдатель «Голоса» Илья Козлов в Участковой Комиссии 305 Дмитровского района, поселка Некрасовский сообщил о нарушении: «Председатель отказалась соблюдать закон и считать голоса по партиям согласно тому, как это прописано в законе. А именно: последовательно по каждому кандидату списка путем перекладывания их из ящика в ящик. В данный момент председатель комиссии устраивает саботаж и прерывает работу комиссии до тех пор, пока я не прекращу протест, но я не прекращу. На онлайн-трансляции вы можете увидеть, что на 305 участке подсчет голосов не производится». Как сообщил Илья Козлов в 4 часам утра подсчет бюллетеней состоялся, однако итогового заседания не было проведено: «То, что у нас есть на данный момент, это увеличенная форма протокола, а итогового протокола по-прежнему нет, хотя прошло более сорока минут с момента окончания подсчета голосов. Выдано 894 бюллетеня, а в урне 460. Соответственно, ожидаю вброса. Председатель заперлась в кабинете. Один из членов комиссии с правом решающего голоса от КПРФ угрожал мне побоями».
 

Нарушения в области отслеживала Татьяна Волкова через наблюдателей движения «Голос» на местах, а также Николай Сумеркин, координатор проекта «Гражданин Наблюдатель».

— Татьяна, вы наблюдали за выборами в Области. Каково ваше впечатление от кампании?

— Я работала через нашу сеть наблюдателей. Наша мобильная группа наблюдателей с членом СПЧ Илья Шаблинским и координатором по московской области от «Гражданина Наблюдателя» Николаем Сумеркиным направилась в Дмитровский район, и не зря. На одном участке не был составлен реестр надомного голосования. То есть, мог голосовать, кто угодно. На другом член комиссии расписался в реестре вместо самих избирателей — поставил за них подписи. Вот эти два случая — полная неграмотность и необученность комиссии, которая повергает в шок. И группа осталась там на подсчет.

Проблема этих выборов — некомпетентность и неграмотность комиссий во многих районах. В отдельных районах возникали прямые конфликты. В Сергиевом-Посаде начали сейчас удалять наблюдателей, хотя Элла Памфилова запретила. Есть видео, где одного выносят за руки и за ноги. И в целом день голосования шел напряженно, комиссия не давала наблюдателям знакомиться со списками, даже членам с совещательным голосом, которые имеют такое право по закону. То есть были напряженные отношения комиссий и наблюдателей. Если говорить о реальных нарушениях, которые искажают итоги выборов, то в Балашихе нам сообщили о каруселях. Это один из таких регионов Подмосковья, где традиция нарушений просто незыблемая. Там, где «традиций» нет, выборы прошли более-менее спокойно, то есть с множеством нарушений технических, но по сути громких скандалов, как обычно бывает на выборах, меньше. Не то что в Москве, где приезжие из области голосовали по открепительным за одномандатников в Госдуму, хотя они не имеют на это права, потому что прописка в другом округе. Сразу понятно, задействован административный ресурс. И мы видим, что вал открепительных, полученных в Московской области воплотился в то, что с утра свозили на автобусах этих людей. Это нарушение, которое сложно установить, надо беседовать с людьми, но мы видим, что в Москве пытались «натянуть явку» и добавить голосов «Единой России» за счет области.

— Почему снизилось число конфликтов?

— На прошлых выборах конфликтов больше, потому что на кону стояла местная власть. Местная борьба депутатов, для которых каждый лишний голос был значительным преимуществом. Сейчас нарушения вбросами не такие эффективные: проще привести 300 человек бюджетников. И я думаю, была установка на отсутствие явных фальсификаций. Хотя кандидаты жалуются, и я получаю отдельные сообщения из Ногинского района, где утро началось с того, что автобусу с наблюдателями подрезали шины, и они никуда не смогли поехать.

— С чем связана низкая явка в Подмосковье, на ваш взгляд?

— Нет интересных партий и кандидатов, старые надоели еще с 90-х годов. А новым не доверяют, потому что они маленькие и имеют сомнительную репутацию. Поэтому люди разочаровываются в выборах, приходят в основном бабушки и дедушки, которые привыкли с советских времен исполнять долг. В итоге, эти бабушки и дедушки и выбирают будущее страны.

— Правда ли, что раньше граждане активнее шли в наблюдатели?

— Бум волонтерства пришелся на 2011-2013 год, теперь он медленно спадает. В этом году наблюдателей в два раза меньше, чем в 2011 году. Тогда люди верили, что можно реально что-то изменить. Мы увидели друг друга, поняли, что мы есть, и начало создаваться гражданское движение. А сейчас, когда после всех протестов на Болотной, стало ясно, что власть в результате выборов не сменится, они потеряли интерес к политике, и в том числе перестали наблюдать. Многие наблюдатели и гражданские активисты эмигрировали, кто-то разочаровался во всем. Когда мы прозванивали старые базы наблюдателей — очень маленький процент наших прошлых наблюдателей, к сожалению, откликался. Сейчас накопилась усталость. И политическая обстановка в целом в стране давит на людей, лишает их оптимизма, веры в будущее.

Алина Рязанова

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera