Колумнисты

19 сентября 2018 года

Результаты парламентских выборов изменили ход политического времени

Владимир Путин и Дмитрий Медведев посещают штаб «Единой России» в ночь подсчета голосов. Фото: пресс-служба Кремля

Этот материал вышел в № 105 от 21 сентября 2016
ЧитатьЧитать номер
Политика

Алексей Полухиншеф-редактор

Проблемы-2018 не существует. Можно сформулировать иначе: в политическом измерении 2018-й год уже наступил. Причем неограниченный мандат доверия получил не только президент, но и правительство. Да-да, ведь это Дмитрий Анатольевич Медведев — председатель «Единой России»

Результаты парламентских выборов изменят политическую конфигурацию в стране сильнее, чем это можно предположить. Во-первых, если смотреть с функциональных, а не с формальных позиций, то Дума стала однопартийной. Три прочие фракции не имеют в сумме даже «блокирующего пакета», а значит, все законы будут приниматься или отклоняться голосами «Единой России». Вся формальная иерархия, включая даже пост спикера, не говоря уже о председателях комитетов, становится декоративной. Из этого, кстати, следует и то, что вся ответственность за любые решения, приятные парламентом, лежит теперь исключительно на «Единой России».

Во-вторых, выборы в парламент по факту оказались референдумом о доверии политическому курсу президента. Четыре партии, олицетворявшие собой «крымский консенсус», прошли в Думу и в сумме набрали по спискам 86% голосов (если сложить целые числа). Ни одна из партий, критиковавших президента (а их было две), не дотянула и до 2% и не провела ни одного одномандатника.

Это значит, что проблемы-2018 не существует. Можно сформулировать иначе: в политическом измерении 2018-й год уже наступил. Причем неограниченный мандат доверия получил не только президент, но и правительство. Да-да, ведь это Дмитрий Анатольевич Медведев — председатель «Единой России», это он был единственной персоной в ее федеральном списке и он же теперь будет премьер-министром в ближайшие пять лет, если, конечно, вдруг не найдет себе занятия поинтереснее. Невозможно назвать причины, по которым президент может предложить однопартийному парламенту другую кандидатуру на пост, занятый председателем этой самой партии.

Между тем проблема-2018 и народный мандат занимали не такое уж периферийное место в непубличном дискурсе политической элиты. Объективные обстоятельства, гениально сформулированные как раз Дмитрием Медведевым — «денег нет» — предполагают серьезный пересмотр политического контракта с главными социальными стратами, то есть с силовиками, бюджетниками и пенсионерами. Пересмотр и так уже идет, но под воздействием «крымской» анестезии и в контексте борьбы с внешними врагами, которые, как водится, сжимают кольцо. Теперь придется резать по живому, потому что на внешнеполитические авантюры тоже, в общем-то, нет денег, а внутренние враги побеждены, чему порукой результаты выборов, превзошедшие, надо думать, даже желания их режиссеров.

Исчерпан не только ресурс, но и смысл охранительно-запретительной повестки, которая прославит в анналах шестую Думу. Парламенту седьмого созыва придется решать совсем другие вопросы. Например, о повышении налогов, включая прогрессивное обложение доходов физических лиц. Об увеличении пенсионного возраста и окончательной отмене накопительной компоненты. О дальнейшем сокращении объемов социальных гарантий, о замещении бесплатного образования и медицины коммерческими (вспомним, например, об идее спикера Совфеда Валентины Матвиенко не лечить за казенный счет безработных). Об отмене материнского капитала. О либерализации рынка труда, то есть упрощении процедуры увольнения. О введении новых и новых сборов по образцу «Платона» или капремонта.

С этой точки зрения сокращение присутствия в Думе формально «левых» фракций, имевших в предыдущем созыве ощутимые 156 мандатов, как нельзя кстати.

О досрочном наступлении 2018 года свидетельствует и то, что прямо в момент оглашения результатов выборов в «Коммерсанте» появилась публикация о скорой реформе всего силового блока, которая представляет собой не слив, а сигнал. Не так уж важно, будет ли структура, которой предстоит поглотить нынешние ФСБ, ФСО и СВР, называться Министерством госбезопасности или возьмет скромный псевдоним Федеральной службы контрразведки. К парламенту это все тоже отношения не имеет, потому что решения по силовому блоку принимаются исключительно президентом. Факт в том, что кулуарно подобная реформа тоже обсуждалась давно и активно, но к ее реализации предполагалось перейти после 2018 года. А теперь нет никакого смысла ждать.

Политическое время не просто ускорилось, из него исчезла такая категория, как будущее. Есть только новое настоящее, в котором всем нам, по завету Д. А. Медведева, предстоит держаться.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera