Комментарии

«Неужели нельзя было спросить нас, студентов?»

Почему уволили ректора МПГУ академика Алексея Семёнова

Фото: МПГУ.РФ

Этот материал вышел в № 117 от 19 октября 2016
ЧитатьЧитать номер
Общество

Наталья Черноваобозреватель

10

Это первое серьезное кадровое решение в системе высшей школы нового министра образования Ольги Васильевой. «Новая газета» выслушала мнение тех, кто испытал на себе результаты деятельности отправленного в отставку ректора ведущего педагогического вуза страны.

Алексей Семенов, доктор физико-математических наук, профессор. До 2013 года — ректор Московского института открытого образования. в 2013 году сменил на посту ректора МПГУ Виктора Матросова, который после многолетней работы в этой должности был уволен из-за скандала, связанного с поставленной на поток фабрикацией фальшивых диссертаций.  В 2014 году СМИ сообщали о конфликте, возникшем между Семеновым и некоторыми преподавателями вуза.   В вину ему ставили сокращение преподавательского состава, уменьшение ставок, объединение факультетов вуза.

Предполагается, что место Семенова может занять замдиректора Департамента государственной политики в сфере высшего образования Минобрнауки России, бывший проректор МПГУ и выпускник этого вуза Алексей Лубков.

Комментарии

Сергей Казарновский
Директор «Класс-центра»

Есть старый школьный анекдот.

Во время урока директор идет по школе и видит ученика «началки», который топчется у дверей кабинета и что-то бормочет. Директор прислушался. «Где смысл? В чем логика? Где логика? В чем смысл? » — бормочет ученик. Увидел директора. «Что случилось? » — это директор.

Мальчик поправил очки и сказал: «Я на уроке совершенно случайно… пукнул. Вот. Меня выгнали. А они остались? !»

Я 35 лет работаю в школе. 25 лет директором. И задыхаюсь от отсутствия выпускников профильных педагогических вузов, которых можно было бы допустить к детям. Они боятся школы. Они не знают ее. Нет, конечно, помнят. Все в ней были. Все прошли через «круги ада». А вот так, чтобы прийти готовым к профессии, — в которой есть все. И дети не отмороженные «ботаны», а живые, летающие на переменах, забывающие тетради, говорящие, когда хотят, а не когда позволено по руке. И сумасшедшие родители, которые будут учить, как учить, при этом дарить по праздникам подарки… К которым, черт его знает, как относиться. Как к искренней благодарности или как к страховому полису своего ребенка? И завуч, израненная электронными сообщениями из «центра», из последних своих сил будет объяснять не как сделать, а как нужно сделать! И что кормление невкусной едой и медицинская помощь в отсутствие медсестры — это часть профессии…

Короче. Это практическая профессия, а не 5-летние лекции и экзамены и пару месяцев педпрактики. Так было.

И вдруг. Мне предлагают студентов сначала 4-го курса одного педвуза, чтобы они жили в школе. С утра и до вечера. Сидели на уроках. Ходили в столовую. Приходили на родительское собрание. Оставались на продленке.

Так случилось 3 года назад, когда в МГПУ пришел Семёнов. Каждый год до этого студенты как тени мелькали со своей педпрактикой, не оставляя ни следа ни в нашей, ни, судя по всему, своей жизни. А тут они снимали уроки на видео, потом анализировали их и даже высказывали замечания в адрес учителей. Я, директор, бегал к ним на зачеты в университет, чтобы получать удовольствие от их успехов.

А потом брал стажерами на 5-м курсе, чтобы реально работали учителями, а через год спокойно давал первый класс!

Такое прежде и представить было нельзя. Это совершеннейшая Революция в сегодняшнем педобразовании. Каждый год Семёнов собирал директоров лучших школ, обсуждая итоги прошлого года, и снова распределял студентов по этим школам для реальной жизни уже со 2-го курса! Чистый дарвинизм. Абсолютно естественный отбор на звание «Школьный человек». А другие в школе не работают! Вот что первое сделал Семёнов!

Вот что такое настоящее педагогическое образование! Выращивание Школьных людей.

Один мой сегодняшний ученик, когда поступал в школу, рассказывал, как они, отдыхая с отцом, где-то на острове встретили Снежного человека. Не подвергся сомнениям его рассказ, я лишь спросил: «А кто такой Снежный человек?» И он мгновенно ответил: «Это древний человек, который так и не стал человеком».

Исчерпывающе и все понятно.

«Я не уверен, что смогу также сформулировать. Но Школьного человека я, директор школы, чую почти по-животному»

Вот он как личную трагедию переживает, что семиклассник не знает, где в организме человека живет печеночный сосальщик! Вот он притаскивает всю свою семью, чтобы вместе с классом сделать грандиозный экологический проект про бабочек из пластилина. Сам заканчивает как всегда не завершенный к сроку строителями ремонт. Тратит все свое свободное время на общение с детьми и при этом всячески сопротивляется любой необходимой школьной бюрократии.

По большому счету Школьные люди — это те люди, которые решили потратить свою жизнь на разговоры с детьми. Для сторонних людей, занятых очень конкретными делами, такое отношение к жизни зачастую кажется чудачеством.

Во все времена учителя были подвижниками. И мне это хорошо известно еще и по семейным преданиям: мои бабушка и прабабушка были директорами школы и гимназии в провинции.

Это и начал делать Семёнов — селекционировать подвижников!

И это точнейшее понимание педагогической профессии.

Семёнова… снимают! Где смысл? В чем логика?

Замечательная мысль возникла у хорошего человека: «До семи лет мы учим детей ходить и говорить. Потом они приходят в школу, и мы их учим сидеть… и молчать». И это правда. Мы требуем от них невыполнимого. Например, быть внимательными, потому что мы сами не умеем «брать внимание», и вообще не считаем это элементом нашей профессии. А их — наших детей, надо этому еще учить. Медленно, скрупулезно, день за днем. Мы требуем от них ответственности, но это вообще-то возникает гораздо позже. А если точно — и является границей между детством и недетством. Так вот, мы требуем все это и еще много, много другого и, конечно, убиваем в наших детях абсолютно все живое. Причем этот результат не надо проверять ЕГЭ — он очевиден.

Семёнов — ученый, педагог, отец с многолетним «стадом» (8 детей, бог знает сколько внуков, внуков), абсолютно точно понял, что многие наши требования к ведению урока — от нашей беспомощности и безграмотности в плане организации публичного пространства. Дети в классе — это та же публика. И все законы публичного общения точно так же должны работать. Внимание нужно уметь брать. А не требовать его! Это уже почти Станиславский.

И для этого есть технология! А то заходит «препод» в класс с двумя журналами и начинает урок с того, что спрашивает: «Это у нас 5-й «А» или «Б»? » А потом говорит в учительской: «Какой сегодня невнимательный 5-й класс!»

И Семёнов открывает курс драматического мастерства для студентов!

Настоящие театральные мастерские с финальными показами, собирающими полные залы. То есть происходит то, о чем много лет говорят в педагогической среде, любуясь одинокими талантливыми учителями года: началось практическое массовое обучение публичной профессии преподавателя!

А Семёна… снимают! Где смысл? В чем логика!

В главном здании Университета есть угловой вход. По расположению он и прежде, вероятно, был главным. Вход уже давно закрыт и, судя по траурным атрибутам над входом, использовался в совершенно конкретных случаях. Никто до Семёнова эту атрибутику не убирал. На всякий свой случай Семёнов — убрал!

Борис Мнацаканян
студент 5 курса МГПУ, будущий учитель обществознания и права

Время Семенова в моем вузе — это очень плодотворное время. Начиная с 2013 года у нас проводились серьезные реформы. Например, система moodle. Она заключалась в том, что задания можно делать и через интернет. Это отличная возможность не занимать время на лекции, на семинарах. Жизнь в вузе постепенно информатизировалась.

Теперь же, спустя столько реформ, уходит человек, с которым работали люди, его любящие, уважающие, выполнявшие свои обязанности. Это почти полсотни людей. Опять надо ждать новых людей, новые мысли, новые реформы, всё опять пойдет с нуля. Мы и так не смогли многие реформы продолжить из-за присоединения к нашему вузу МГГУ им. Шолохова, а теперь новый министр, новый ректор, новые проректоры ещё только усугубят положение.

С Алексеем Львовичем мы могли обо всём договориться, не было вопроса, который нельзя было решить. Он очень уважал нас, студентов. Стиль общения был простым. Не было никаких «понтов», никаких косых взглядов.

Что касается образования, то на многих факультетах стало больше практики. На самом деле, я лично бы сам сделал так, что было бы больше практики, чем теории. Приходит студент на 1 курс, а его сразу нужно на пару раз раза в неделю отправлять в школу, пускай анализируют, опыт бесценный получают, даже хорошо было бы это в законодательстве закрепить.

Свойство, которое меня поражало в Алексее Львовиче — его работоспособность. Он мог ночью спать 3-4 часа, потом улететь в Китай на командировку, потом прилететь на Ученый совет, к нему всегда было много народу на прием. Он решал проблему не сам за спиной, а вместе с нами. До его вмешательства столовая по мнению администрации всегда «вкусно готовила» пока мне друг не показал плов с прожаренным тараканом. Естественно, мы эту проблему вместе с ректором решили – сделали ремонт в столовой, изменили меню.

Минобрнауки, по моему мнению, сделало очень большую ошибку, уволив Алексея Львовича, у него все постепенно, но получалось. В общежитиях перестал быть хаос, а те, кто говорит, что профильное направление урезали, так у нас же не ученых готовят. Наши выпускники в детсад и в школу приходят, а там, кроме преподавания предмета надо быть просто разносторонним человеком, любить музыку, живопись, театр. Да и образование должно быть с учетом мирового опыта.

Очень жаль, что вот так вот решают и всё. Неужели нельзя было спросить нас, студентов? Приехать, узнать, как и чего. Ведь министр образования окончила наш вуз...

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera